Ещё

Русский король Андорры стоял у истоков процветания этой страны 

В учебнике истории Андорры королю Борису посвящён один коротенький абзац. Но из полутора десятков местных жителей, которых я расспрашивал о Скосыреве, лишь одна дама надменно кивнула: «Да, был такой авантюрист и самозванец».
Она права лишь отчасти. Авантюрист? Пожалуй. Но не самозванец: за воцарение на андоррский трон Бориса Скосырева проголосовали 23 из 24 членов Генерального совета — высшего законодательного и исполнительного органа страны. Так что получил он абсолютную власть вполне легитимно. Распорядился ею король разумно — провёл прогрессивные реформы, по сей день сохраняющие значение. А вот лишился он власти до обидного нелепо.
Монтсе Сирес, хранительница Национального архива Андорры, с сожалением сообщила: — Всё, чем мы располагаем, — интервью Скосырева французским газетам и несколько писем другу в Португалию.
Эти документы датированы 1938 годом, спустя четыре года после его короткого, но яркого царствования.
Борис Михайлович родился в городе Вильно, в дворянской семье, имевшей редкий в России баронский титул. Эмигрировав в 1919 году из большевистской России, 23-летний морской офицер поступил на учёбу в самый престижный парижский лицей Луи-ле-Гран и, возможно (архивных подтверждений нет), в колледж Магдалены при Оксфордском университете. Чему он там выучился, неизвестно, но овладел основными европейскими языками, усвоил благородные манеры и обзавёлся нужными связями.
Ещё в годы Первой мировой войны Борис служил военным переводчиком в подразделении британской армии, прикреплённом к русской армии на германском фронте. Там он свёл дружбу с членом британского парламента консерватором Оливером Локер-Лэмпсоном, который, видимо, и помог Скосыреву поступить на службу в Королевский флот Великобритании. Вскоре, однако, Скосырев перебрался в Нидерланды. То ли английская муштра не пришлась ему по вкусу, то ли связи с британскими спецслужбами вынудили изменить место работы. Есть и другая версия: бегство обусловлено обвинениями в прессе: русский мошенник подделывал чеки и замешан в краже золотых часов.
Оказавшись на службе у королевы Нидерландов, вскоре барон Скосырев удостаивается (с его слов) титула графа Оранского, якобы дарованного ему за особые заслуги. В это же время фамилия Скосырев появляется в сомнительном списке «иностранных революционеров». А вскоре русский барон, он же нидерландский граф, а возможно, и английский шпион, поселился в южной Франции, где заключил брак с богатенькой вдовушкой. Жена была на десять лет старше, внешне не соответствовала красавцу-барону, поэтому неудивительно, что русского авантюриста то и дело видели в обществе бывшей жены американского автомобильного магната. Вероятно, деньги влюблявшихся в него женщин и оказались материальной основой для осуществления проекта «Андорра», в котором у Бориса была уже совсем другая компаньонка — юная англичанка, с которой Скосырев поселился в романтическом особняке на окраине тихого андоррского городка Санта-Колома.
Сотрудница местного музея Кристина Добарро любезно проводила меня к «каза руссо» — «дому русских», как до сих пор местные жители именуют этот особняк. Здесь-то и разыгрались основные события лета 1934 года. О них читайте в следующем номере «АиФ».
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Больше видео