Ещё

Новый передел Боснии и Герцеговины по плану США 

Дейтон 1995. Часть 2  Мостар — ее столица и местонахождение всех государственных учреждений нового объединения — должен был стать своеобразным образцом для других новообразований, возникших после распада СФРЮ.

Недавно река Неретва разделяла Мостар на две трудно сотрудничающие части — хорватскую и мусульманскую. На левом берегу хорватская полиция и хорватская валюта, на правом — плохо экипированные мусульманские полицейские и немецкие марки — неофициальная национальная валюта БиГ, где куны и доллары деньгами почему-то не считали. Теперь в Мостаре должна была заработать единая система госуправления, полиции и финансов. За единицу денежных отношений временно согласились на постоянную и любимую в регионе немецкую марку.

— В Боснии исламисты создали базу для подготовки терактов в Европе

Боснийская сторона постоянно выторговывала для себя политические и экономические преимущества. Неожиданно для американцев подал в отставку министр иностранных дел БиГ Мухамед Шачирбей. Он заявил, что уступает свое место политику хорватского происхождения. Этот ход молодого министра наглядно показал, что согласия в высшем боснийском руководстве не было никогда. В Дейтоне в те дни решалось не только будущее самого государства БиГ, но и то, кто какое место займет в новом распределении главных ролей в послевоенное время.

— Милорад Додик: «Радикальный ислам укрепляет позиции в Боснии и Герцеговине»

Неоспоримым лидером считал себя престарелый президент Алия Изетбегович, стоявший у истоков конфликта. Ему в те дни верило население.

Вторым человеком в сараевском руководстве был премьер Харис Силайджич. Теолог по образованию, премьер был популярен в мусульманском мире. Через него шли в Сараево огромные деньги из богатых стран Ближнего Востока и Персидского залива. Силайджич всегда выступал за более жесткую политику. Именно он в свое время выдвинул лозунг «Снимите эмбарго на поставку оружия в Боснию, и мы добьемся мира сами».

Мухамед Шачирбей вписался в сараевскую команду только летом 1995 года. Он занял место погибшего министра иностранных дел Лубьянкича. Шачирбей (Шачирбегович в боснийской транскрипции) до этого представлял интересы своей страны в ООН. Бывший игрок в американский профессиональный футбол, он практически не ездил в Сараево, зато постоянно общался с политическими лидерам по всему миру.

Борьба сараевских «прагматиков» и представителей «жесткого курса» в Дейтоне заходила в тупик. В обмен на статус Сараево и мусульманский анклав Горажде Изетбегович соглашался отдать часть своих территорий боснийским сербам. Речь шла о районе боснийской Посавины. Но здесь жили преимущественно хорваты из новой Федерации Герцег-Босна. Парламент Федерации тут же выразил протест по поводу такого решения. В специальном послании парламента Федерации президенту Хорватии Франьо Туджману боснийские хорваты просили его защитить свои территориальные интересы. Влиятельный и авторитетный Туджман, которого все тогда считали победителем в четырехлетнем противостоянии в бывшей Югославии, долго не мог дать ответа. Его тогда больше интересовала Восточная Славония, где он снова мог стать хозяином.

В те ноябрьские дни 1995 года американцы пытались правдами и неправдами (уговорами и угрозами) убедить всех трех участников переговоров в том, что что каждый из них больше получит, чем потеряет. У Билла Килотонна перед новыми президентскими выборами была одна цель — заморозить войну в БиГ и кризис в бывшей Югославии.

— Как американцы обучали боснийских террористов

Насколько глубокой оказалась эта заморозка для Балкан, показали дальнейшие события в Косово. У США и Белого дома была к тому времени новая схема развала Сербии. «Косовский сценарий» уже набирал свои обороты и для его реализации нужно было закрыть «боснийский вопрос». По крайней мере, на бумаге.

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео