Войти в почту

Рай в океане — больше не рай: между Индией, Китаем и Халифатом

Для большинства наших соотечественников Мальдивские острова известны лишь тем, что это богатый курорт. Однако островная республика, несмотря на свою туристическую привлекательность, за последние десятилетия успела претерпеть немало политических испытаний. И угроза превращения райских островов в региональный очаг нестабильности в ближайшем будущем достаточно высока.

Рай в океане — больше не рай: между Индией, Китаем и Халифатом
© ИА Regnum

Мальдивы получили политическую самостоятельность в рамках широкой политики Великобритании по деколонизации. 26 июля 1965 года премьер-министром Мальдив Ибрагимом Насиром Раннабадери и высоким комиссаром Великобритании на Цейлоне был подписан акт о государственной независимости Мальдивских островов. В 1968 году по результатам общенародного референдума в стране была провозглашена республика. Первым президентом стал Ибрагим Насир, выходец из аристократии, имевший репутацию жёсткого руководителя. Именно Насир ещё при султанате смог подавить сепаратистские настроения на аттолах Фувамулла, Адду и Хувадху. Однако, авторитарный стиль не помог первому президенту справиться с управлением и молодая республика за два срока правления Насира скатилась в экономический кризис. Не помогла даже высылка премьер-министра Ахмеда Заки на отдалённый аттол. Рынок рыбной торговли, важнейшая для экономики страны статья экспорта, испытал настоящий обвал.

Недовольство политикой Ибрагима Насира ширилось как среди простых граждан, так и среди политических элит. Опасаясь за свою дальнейшую жизнь, в 1978 году Насир бежал в Сингапур, прихватив с собой крупную сумму денег из государственной казны. Там он благополучно прожил тридцать лет и в 2008 году скончался. После бегства Насира руководителем страны стал Момун Абдул Гаюм, в глазах общественности выглядевший народным вождём, оппозиционным лидером, бесстрашно боровшимся с властью и неоднократно попадавшим под арест. Тем не менее, учитывая, что Мальдивы совсем недавно «встали на рельсы демократии», вчерашний борец за свободу на президентском посту обернулся диктатором не меньшим, чем его предшественник. Абдул Гаюм на протяжении тридцати лет переизбирался президентом на безальтернативных выборах. Несмотря на жёсткий авторитаризм в политике, второй президент значительно улучшил экономические показатели государства, превратив острова в мировой курорт для состоятельных людей. Однако, оппозиция трижды пыталась свергнуть президента: в 1980, 1983, 1988 гг. В 1988 году для этой цели были наняты 80 вооружённых наёмников из «Народной организации освобождения Тамил-Илама» (группировка, отколовшаяся от знаменитых «Тигров освобождения Тамил-Илама»). Благодаря помощи индийских десантников переворот был подавлен.

В конце концов, Абдул Гаюм уступил требованиям оппозиции и давлению иностранных государств и согласился на демократические выборы в 2008 году. И проиграл их. Новым президентом стал Мухаммед Нашид, ориентированный на сотрудничество с Западом либерал, сторонник светского государства. В его пользу говорили 16 тюремных сроков за политическую деятельность и хорошие связи с британским истеблишментом. Последнее было тогда особенно важно, учитывая, что экономика страны, и туристический сектор в частности, сильно пострадали от крупного цунами в 2004 году. Экономические реформы, начатые Нашидом и направленные на приток инвестиций в страну, начали буксовать, и президент обвинил в этом ряд чиновников правительства и депутатов Меджлиса, работавших еще при его предшественнике. Они обвинили Нашида в излишней светскости и низкопоклонстве перед западными странами, что на фоне всё ещё нерешённых экономических проблем усиливало в народе недовольство президентом. Пытаясь удержать власть, Нашид арестовал даже верховного судью, после чего на сторону противников президента перешли полиция и армия. В феврале 2012 года Мухаммед Нашид добровольно ушёл в отставку.

В 2013 году страну возглавил Абдула Ямин, консерватор и по совместительству двоюродный брат бывшего президента Момуна Абдул Гаюма. Необходимость притока иностранных инвестиций, с одной стороны и верность консервативным исламским ценностям заставили нового главу государства искать новых союзников. Вместо традиционных партнёров в лице западных стран, Ямин переориентировал политику страны на сотрудничество с единоверцами, главным образом, на богатые монархии Персидского Залива.

Вместе с инвестициями в страну потекли потоком и исламские проповедники, в основном, как и большинство инвестиций, из Саудовской Аравии. Королевство уже успело построить в маленькой стране Исламский университет и наводнить мечети салафитскими толкователями Корана. Семена исламского радикализма падают на «благодатную» почву. Высокий уровень безработицы, наркоторговля, преступность, политическая чехарда с одной стороны, и богатые туристы, отдыхающие в роскошных отелях на курортах страны с другой, являются крайне выгодными условиями для радикализации политических и религиозных настроений мальдивцев.

В данной обстановке очень важной проблемой является значительное влияние иностранцев на политику и экономику страны. Основными владельцами туристического бизнеса на островах являются европейцы и австралийцы, предпочитающие на должность обслуживающего персонала нанимать преимущественно бангладешцев. Что при высокой безработице местного населения накаляет социальную обстановку. Помимо того, те же англичане и австралийцы с трибун заседаний британского Содружества Наций долгие десятилетия в менторском тоне критикуют мальдивских политиковза высокий уровень преступности, рост наркоторговли и религиозного экстремизма в республике. Неудивительно, что молодые мальдивцы, получающие благословение в местных мечетях от салафитских проповедников, в поисках справедливости и отсутствия возможностей трудоустроиться едут к единоверцам воевать на территорию Сирии и Ирака.

В настоящее время по данным полиции Мальдив до 300 граждан республики воюет в рядах и (обе организации запрещены в РФ). Это очень крупная цифра для страны, общая численность которой составляет около 340 тысяч человек. Те исламисты, кто не уехал воевать на Ближний Восток, терроризируют несогласных с ползучей исламизацией мальдивского общества. По сообщениям мальдивского журналиста Анимеша Роула, в августе 2014 года на островах исчез идеологический противник местных радикалов общественный деятель Ахмед Рилван. За 2015 — 2016 годы всё большее количество местных противников салафизма получают регулярные угрозы в виде сообщений на мобильные телефоны и электронную почту.

Начиная с 2014 года и по настоящий момент в Мале, столице республики проходят регулярные демонстрации под флагами ИГИЛ и «Джебхат-ан-Нусры» (обе организации запрещены на территории РФ), главные требования которых открыто выражены в лозунгах демонстрантов: «Ислам будет править миром!», «Нет шариата — нет мира», «Шариат — путь к процветанию» и т.д. При этом местные салафиты, по всей видимости, не теряют связи со своими единомышленниками, воюющими на Ближнем Востоке. Так несколько месяцев назад боевики-мальдивцы опубликовали видеообращение с угрозами убить президента республики и устроить теракты на курортах, если правительство не введёт по всей стране шариатское правление и не выпустит из тюрем заключённых-исламистов.

Очевидно, что потенциальные теракты на Мальдивских островах означают гибель экономики, при том, что 90% всей валюты Мальдивы зарабатывают на туристах-курортниках. Огромные проблемы, при наихудшем развитии событий, ожидают не только экономику страны, но и практически все сферы жизни общества, ведь под вопросом окажется импорт жизненно необходимых продуктов питания, топлива и даже питьевой воды. Социальный взрыв станет неизбежен, чем непременно воспользуются радикальные исламисты.

Довольно активно ведёт себя в последние годы и умеренная политическая оппозиция. В конце лета сего года прошёл съезд мальдивских оппозиционных политических сил на Шри-Ланке, по результатам которого два бывших президента республики, Мохаммед Нашид, недавно получивший политическое убежище в Великобритании, и Абдул Гаюм (сводный брат нынешнего главы государства) договорились о союзе против Ямина. В рядах правящих элит также нет единства: периодически власть арестовывает на крупные сроки высших чиновников, по обвинению в подготовке к покушению на президента. Так к 30 годам заключения был приговорен бывший вице-президент Ахмед Адиб.

Британское Содружество при этом активно требует на протяжении последних двух лет проведения судебной реформы, освобождения из тюрем всех политических заключенных и проведения судебной реформы. Абдуле Ямину до недавних пор удавалось миновать санкции Содружества, заручаясь поддержкой влиятельных членов организации: Индии, Малайзии, Пакистана. Однако, решив сыграть на опережение и не дожидаясь министерской встречи по вопросу прав человека и демократии на Мальдивах, президент страны 14 октября заявил о выходе республики из состава Содружества. Чуть ранее Ямин отменил 30-летний мораторий на смертную казнь и понимал, что исход встречи будет весьма неблагоприятным для мальдивских властей.

Стратегия действующего руководителя Мальдивской республики выглядит достаточно логичной, хотя и вызывает большие вопросы относительно способностей Ямина в её реализации. Введение смертной казни, опора на консервативную часть общества, установление приоритета исламских ценностей над светскими и конфронтация с Западом призваны показать и местному населению, и мировому сообществу, что именно Ямин в отличие от своих предшественников контролирует ситуацию в стране наилучшим образом и для реализации государственных интересов пойдёт на самые крайние меры. Помимо этого, выход из Содружества Наций, по расчётам Ямина, позволяет Мальдивам вести многовекторную внешнюю политику, укрепляя отношения не только с богатыми нефтью монархиями Персидского залива, но и с расширяющим своё влияние в Индийском океане Китаем.

Китай, по сути, является вторым главным экономическим партнёром Мальдив после Индии. И если Мальдивы во многом обязаны именно Индии сохранением политической стабильности в сложные годы, поставками вооружения, обучения немногочисленной мальдивской армии, и тем самым Индия стала для маленькой островной республики старшим братом, имеющим значительное влияние на военную, политическую и экономическую сферы жизни страны, то Китай демонстративно стремится не вмешиваться в политику страны, зарабатывая свой авторитет у мальдивских чиновников и бизнесменов крупными денежными инвестициями в туристическую отрасль и развитием перспективных инфраструктурных проектов.

В частности, Пекин вкладывает средства в строительство моста «Китайско-мальдивской дружбы», призванного соединить столицу страны Мале с островом, на котором располагается аэропорт. Также китайская компания «Beijing Urban Construction Group"получила контракт на сумму 800 миллионов долларов на модернизацию аэропорта. При этом изначально контракт был заключен с индийской компанией «GMR», но стоило китайской стороне предложить больше денег, как мальдивцы сразу поменяли бизнес-партнёра. Кроме того, есть свидетельства того, что Китай в южной части страны, на аттоле Лааму собирается строить морской порт. Также, по сообщениям министра иностранных дел Мальдив Ахмеда Насима, немногочисленное местное население эвакуировано с острова Гаадху, а китайские компании уже строят на нем дороги. В прессе хоть и достаточно мало сообщений о китайском инфраструктурном строительстве на юге архипелага, одно можно констатировать точно: Мальдивы — один из ключевых пунктов в строительстве глобального китайского проекта «Морской шёлковый путь ХХI века». Данный трансконтинентальный коридор должен соединить приморские районы Китая и Европу через Южно-Китайское море и Индийский океан.

Всё это заставляет серьёзно насторожиться Индию, главного торгового партнёра и гаранта безопасности Мальдив. Индийские десантники предотвратили военный переворот в 1988 году. В 2004 году спасательные самолёты Индии были первыми, кто доставил Мальдивам гуманитарную помощь после цунами. Несмотря на то, что острова все годы независимости продолжают оставаться в сфере влияния Индии, антииндийских настроений в обществе практически не наблюдается. В отличие от западных государств, обрушивавшихся на мальдивские власти с сокрушительной критикой нарушения прав человек и норм демократии, Нью-Дели без нужды не вмешивался во внутриполитические проблемы. При всём при этом, Абдула Ямин дажене высказал определенной позиции по поводу обострения индо-пакистанских отношений.

Попытка усидеть на нескольких стульях сразу может очень дорого обойтись Абдуле Ямину. Нынешний президент, пытаясь улучшить инвестиционный климат страны и привлекая бизнес арабских монархий и Китая, параллельно формирует значительный очаг напряжённости в Южной Азии. Рост числа любителей халифата и радикализация их намерений и действий способствует скатыванию страны в состояние гражданской войны, где 24 часов и роты индийских десантников для восстановления мира вряд ли будет достаточно. В свою очередь, непродуманная политика Ямина по расширению китайского присутствия на островах, способствует эскалации напряжённости в и без того непростых отношениях Индии с Китаем. В результате нынешний президент попытками построения многовекторной международной политики создаёт ситуацию, при которой под вопрос ставится не только безопасность Мальдивской республики, но и безопасность южно-азиатского региона в целом.