Как Дудаев вооружал свою армию перед Первой чеченской войной 

Фото: Русская Семерка

В 1991 году Джохар Дудаев, едва заняв кресло президента Чеченской Республики Ичкерия, озаботился созданием регулярных войск. Так, законом об обороне от 24 декабря была введена воинская повинность для всех мужчин. Количество военнослужащих достигло 15 000 человек действующей армии и столько же национальной гвардии. Откуда в небольшой республике взялось оружие для полномасштабной войны?

Что в Грозном продают на рынке

Полковник милиции в отставке Ю. В. Черных вспоминает: осенью 1995 года, когда закончилась Первая чеченская война и в республике пытались навести порядок. В Главный информационный центр (ГИЦ) МВД России обратился сотрудник оперативного подразделения. При обыске помещения Грозненского УВД были найдены дискеты с базой данных. Оперативники подозревали, что они содержат информацию об оружии в Грозном.

Программист определил, что на дискетах имеется специально разработанная для МВД России система управления базами данных «Арамис». Вскрыв ее, он получил скрытую в файлах СУБД информацию.

Это действительно оказалась система учета оружия у населения Грозного. Несколько тысяч записей содержали сведения о пистолетах, автоматах и даже гранатометах, которые были зарегистрированы у людей, казалось бы, мирных профессии: поваров, продавцов, водителей и т. д. В графе «Источник приобретения» стояло: «Купил у неизвестного гражданина на рынке».

В глобальном смысле основные пути вооружения армии Чеченской Республики в 1991-1994 гг. были следующие:

— хищение со складов Министерства обороны РФ на территории Чечни;

— передача от уходящих войск России;

— закупки и помощь из-за рубежа;

— собственное производство.

Дорогой подарок поневоле

Дудаев потребовал вывести до 10 июня 1992 года войска Российской Федерации с территории республики. Тогдашний министр обороны маршал Е. И. Шапошнико отказался от щедрого (как потом оказалось) предложения раздела военного имущества: половина остается в Чечне, а половину можно увезти.

На тот момент на территории Чеченской Республики находилось довольно много объектов военного назначения: 903-й зенитный ракетный полк, 566-й конвойный полк внутренних войск, а также учебные заведения: гвардейский 173-й окружной учебный центр Северо-Кавказского ВО, 382-й учебный авиаполк. Но самый большой интерес для интендантов чеченской армии представляли военно-технические склады Армавирского военно-авиационного училища.

Пока начальство колебалось, склады откровенно разворовывались, на войсковые части РФ совершались нападения. С 6-го по 9 февраля 1992 года в Грозном был разгромлен 566-й полк внутренних войск МВД России, подверглись нападению военные городки 173-го ОУЦ. В результате шесть человек были тяжело ранены, также были ограблены 25 офицерских квартир.

Военное руководство РФ не пыталось помешать разграблению и, по сути, его узаконило. Так, министр обороны Павел Грачев 28 мая 1992 года направил в СКВО шифротелеграмму, в которой говорилось: «Разрешаю передать Чеченской Республике из наличия 173-го гвардейского ОУЦ боевую технику, вооружение, имущество и запасы материальных средств в размерах:

— боевую технику и вооружение — 50%

— боеприпасы — два бронекомплекта.

— инженерные боеприпасы — 1–2%. Автомобильную, специальную технику, имущество и запасы материальных средств реализовать по остаточной стоимости на месте.

В реальности поровну делить было уже нечего. Попытки вывоза военного имущества с территории Чечни блокировались.

Масштабы потерь зафиксированы в письме генерал-полковника В. П. Дубынина, начальника Генштаба ВС РФ, председателю Комитета по вопросам обороны и безопасности Степашину. „Командование СКВО было вынуждено срочно вывести оставшийся личный состав Грозненского гарнизона за пределы республики. В результате часть вооружения, техники, боеприпасов и запасов материальных средств были захвачены националистами республики“, — отмечал Дубынин.

В письме приводятся конкретные данные. Только по 173-му окружному учебному центру были захвачены: 42 танка (Т-63 и Т-72), 34 БМП, 145 орудий и минометов, 15 зенитных средств, 40 тысяч единиц стрелкового оружия и свыше 300 тысяч боеприпасов.

Степашин не поверил сведениям Главного штаба и поручил Управлению военной контрразведки Министерства безопасности РФ „проанализировать объективность представленной в Комитет информации“.

Результаты проверки были удручающими. По приблизительным оценкам, реально было передано и захвачено более 80% военной техники и около 75% стрелкового оружия.

Армией, органами внутренних дел и госбезопасности были оставлены более 60 тысяч единиц стрелкового оружия, из них 138 30-миллиметровых станковых автоматических гранатометов АГС-17 „Пламя“, 678 танковых и 319 крупнокалиберных пулеметов, более 2000 ручных пулеметов РПК и ПКМ и около 150 тысяч ручных гранат. По данным статистического исследования, одних только боеприпасов было оставлено 27 вагонов.

На авиабазе Калиновская были оставлены истребители МиГ-17 (3 шт.), МиГ-15УТИ (2 шт.), шесть самолетов Ан-2 и два вертолета Ми-8. На авиабазе Ханкала были захвачены 72 учебно-тренировочных самолета Л-39 и 69 Л-29 „Дельфин 2“.

»Гуманитарная помощь» и закупки

Первая партия оружия поступила из Турции в ноябре 1991 года под видом гуманитарной помощи. «Алаверды» в рамках приграничной торговли через ВО «Росвнешнеторг» МВЭС России из Чечни было вывезено в Турцию 251,9 тыс. тонн нефтепродуктов. Экспортная выручка в количестве 17,8 млн долларов в бюджет России не поступила.

Поставка оружия в Чечню в 1992-1994 гг. осуществлялась как прямыми закупками в странах СНГ и прибалтийских республиках, так контрабандой из Афганистана и Турции. Часть оружия — пулеметы, автоматы — поступала из Абхазии.

Афганистан поставлял автоматы АК-47 китайского производства, АКМ производства СССР, ГДР, Польши, Египта, китайские пулеметы РПД, пулеметы Калашникова ПК/ПКМ, а также английские снайперские винтовки Lee Enfield.

Английские винтовки стояли на вооружении снайперских групп моджахедов, прибывших из Афганистана. По некоторым данным, в Чечне воевали наемники из стран Прибалтики, Таджикистана, Азербайджана, Украины, Афганистана, Турции, прибывшие со своим проверенным личным оружием.

Финансирование Дудаевских сепаратистов из-за рубежа шло полным ходом. Только в 1995 г. чеченской диаспорой было собрано 12 миллионов долларов для закупки оружия и снаряжения, оплаты наемников.

Таким образом на начало декабря 1994 года вооружение 13-тысячной регулярной армии Чечни составляло более 40 танков, 50 БМП и БТР, до 100 орудий полевой артиллерии и минометов, 600 единиц противотанковых средств, до 200 единиц средств ПВО.

Оружие местного производства

Регулярные части Чечни снабжались купленным и наворованным оружием, но для ополченцев стволов все равно не хватало — пришлось организовывать собственное производство.

Каких только видов оружия ни изготавливалось в Чечне из подручных средств: пулеметы, гранатометы, минометы из кусков трубы, где патрон болтался с зазором в 4-5 мм, реактивные гранатометы и даже пусковые установки для стрельбы авиационными ракетами НУРС, пусковой механизм которых питался от батареек «Крона» в одной из рукоятей.

На Грозненском машиностроительном заводе «Красный молот» стали выпускать 9-мм пистолет-пулемет К6-92 БОРЗ («Волк»), рассчитанный под распространенный патрон пистолета Макарова (ПМ) для одиночного и автоматического огня. Оружие конструкции местных инженеров классической компоновки (магазин перед рукоятью) состояло из штампованных деталей, доступных для изготовления на имеющемся в Чечне оборудовании. Успели выпустить нескольких тысяч стволов. Однако ошибки конструктора и неточное соблюдение технологии — детали пистолета выпускались из инструментальной, а не оружейной стали — делали его небезопасным для стрелка.

В кустарных условиях изготавливались винтовки калибром 12,7 мм и 14,5 мм с длиной ствола 120 или 160 см, к которым идеально подходили украденные у российской армии патроны. Несмотря на пружинный демпфер-амортизатор в прикладе винтовок, стрелять из этого оружия было непростым занятием.

Испытания винтовки 12,7 мм на полигоне проводили эксперт по оружию Сергей Коломиец и специальный корреспондент журнала «Калашников» Руслан Чумак. Коломиец так описывал свои ощущения: «На две минуты забыл, как дышать, и еще две недели сводил с плеча громадный синяк».

Некоторые виды боевых изделий были весьма несовершенны и опасны для самого стрелка, но результат был достигнут: к декабрю 1994 года оружие было в каждой чеченской семье.

Читайте также
Видео
Больше видео