Войти в почту

American Thinker (США): Россия и Кавано, доказательства, шмоказательства...

Скандал с российским вмешательством разгорелся давно. А сегодня пожинают плоды этого беспочвенного гонения на президента, считает автор American Thinker. Это стало новой правовой нормой — выступить с обвинением, и пусть обвиняемый доказывает свою невиновность. Именно так получилось с недавним обвинением американского судьи в домогательствах.

Рашагейт: доказательства, шмоказательства...
© © AP Photo, J. Scott Applewhite

В обычной обстановке, когда кого-то обвиняют в каком-то правонарушении или нечестивом поступке, обвинитель представляет доказательства в подтверждение своих обвинений. Такого рода обвинения могут лишить человека работы, разрушить его семью, репутацию и будущее. Законы существуют для того, чтобы защищать обвиняемого от клеветы и оговоров. А обвиняемый имеет право выступить против обвинителя и обличить его, а также опровергнуть любые представленные им доказательства.

Чтобы обвиняемый был признан виновным по предъявленным ему обвинениям, доказательства должны убедить жюри присяжных «в полной мере без сомнений». Если есть разумные сомнения, обвиняемого объявляют невиновным. Конечно, такое правило существует в суде общего права, но данный стандарт должен действовать и за пределами зала суда.

Президент, руководящий исполнительной ветвью власти в государстве, куда входят и , является главой всей юридической системы в США. Юридический комитет сената, в состав которого входят избранные сенаторы с юридическим образованием, осуществляет контроль за назначением судей в суды страны.

Неужели это слишком — считать само собой разумеющимся, что эти ветви власти должны придерживаться юридических принципов тех, кем они руководят? Или что они должны отвечать за соблюдение этих норм? Но в эпоху Трампа мы не видим ничего подобного.

Начнем с обвинения в том, что Трамп в сговоре с русскими украл выборы и победил якобы непобедимого кандидата . Это фальшивка и до сих пор не доказанное обвинение, и оно предназначалось для того, чтобы отвлечь внимание от неэтичной и незаконной подрывной деятельности . Первая цель обвинителей состояла в том, чтобы сфальсифицировать выборы в пользу Клинтон. Когда эта попытка потерпела неудачу, они попытались сорвать процесс вступления Трампа в должность.

Когда и это закончилось ничем, задача изменилась, и они стали подрывать позиции законно избранного президента, пытаясь довести дело до отставки или импичмента и используя при этом колоссальную власть и возможности федеральных юридических органов и спецслужб.

Но все это было основано на сфабрикованных свидетельствах и уликах, таких как скармливание ложной информации второстепенным помощникам типа Пейдж и Пападопулоса. Затем этот информационный вброс внезапно «обнаруживался», и лагерь Клинтон по закону о надзоре за иностранными разведками получал ордер на слежку, причем не только за этими помощниками, но и за ближним и дальним окружением Трампа, то есть, за всем предвыборным штабом Трампа и администрацией. Эти люди сливали ложную информацию СМИ, а те прилежно публиковали утечки, приписывая полученную информацию анонимным источникам и оправдывая такими новостными сообщениями запросы на новые ордера и на их продление.

Доказательств сговора Трампа-России нет по сей день. Сама идея, лежащая в основе деятельности спецпрокурора, является фальшивкой. По положению о назначении специального прокурора, должно быть преступление, которое надо расследовать. Преступления не было, но все равно назначили, чтобы он придумал преступление президента Трампа, а потом расследовал его. Даже такой информированный и высокопоставленный человек как адвокат ФБР (Lisa Page), и та в момент назначения Мюллера призналась в отсутствии доказательств. Джон Соломон (John Solomon) сообщал на страницах издания «Хилл» (The Hill): «ФБР, которое девять месяцев максимально использовало предоставленные ему колоссальные полномочия, до сих пор не нашло улик, связывающих Трампа и его штаб с российским вмешательством в выборы».

Все, что у них есть, это обвинение (как у Эмиля Золя — «Я обвиняю».) Для левых это стало новой правовой нормой: просто выступить с обвинением, и пусть обвиняемый доказывает свою невиновность вместо того, чтобы обвинитель доказывал его вину.

Если вам недостаточно сговора с Россией, посмотрите на ту баталию, которая разгорелась из-за утверждения в должности судьи Верховного суда (Brett Kavanaugh). Она в полной мере соответствует правовому стандарту «Я обвиняю». Накануне голосования по кандидатуре Кавано сенаторы-демократы и какой-то мерзкий адвокатишка вытащили из рукава джокера, назвав его «сентябрьским сюрпризом».

Судя по отзывам, судья Кавано — это настоящий «бойскаут», блестящий юрист и хороший семьянин, активно участвующий в общественной жизни. То есть — это идеальная кандидатура для Верховного суда. Но поскольку он верит в конституцию и не отказывается от своих слов, для левых этот человек является худшим образцом юриста.

У него образцовая карьера, и он за годы своей работы прошел шесть проверок ФБР. То есть, ровно на шесть проверок больше, чем любой из его обвинителей. Если Кавано и участвовал в групповом изнасиловании, как утверждают они, надо полагать, что ФБР узнало бы об этом в ходе своих проверок. Известно, что при проведении проверок сотрудники ФБР беседуют с друзьями, родственниками, знакомыми, учителями проверяемого и так далее. Наверняка кто-то из них слышал о групповых изнасилованиях, если они регулярно происходили на школьных вечерах.

Но все это неважно. Важно обвинение. Я обвиняю.

Активные адвокаты демократов выставляют на всеобщее обозрение одну женщину за другой, и те брызжут возмущением и негодованием, выдвигая голословные обвинения. Они не знают деталей, связанных с обвинениями. У них нет свидетелей. Единственное их «подтверждение» состоит в том, что тот или иной человек подтверждает их обвинения — но не то, что сделал или не сделал Кавано. Доказательства, шмоказательства.

Я слышал многих людей, который обвиняли Обаму в том, что он мусульманин и уроженец Кении. Я тоже могу «подтвердить», что эти люди выдвигали такие обвинения. Но главное отличие состоит в том, что я не могу подтвердить правдивость и достоверность этих обвинений. Вот такое оно — «подтверждение» обвинителей Кавано.

В течение недели Кавано превратился из любителя полапать школьниц в лидера школьной банды насильников. В свое время я тоже бывал на школьных вечеринках примерно в таком же городке, где жил и учился юный Бретт Кавано. По утрам в понедельник было много разговоров об этих сборищах, но я не слышал ничего, даже отдаленно похожего на изнасилование.

Я тоже учился в школе с умными ребятами типа Бретта Кавано, которые поступили в лучшие вузы страны. Они могли быть занудными ботаниками, это да. Порой глупыми. Изредка напивающимися сверх меры. Но эти зубрилы боялись девчонок, которые были красивее, опытнее и искушеннее их. Для таких умников было огромным успехом просто погулять с девчонкой, потусоваться, поговорить. Какое там групповое изнасилование! Об этом даже мысли не было.

Но вне зависимости от моего личного жизненного опыта, мне не верится, что Бретт Кавано был не таким человеком, каким он предстал на прошлой неделе в своем полном раскаяния и слез интервью на «». Но в эпоху под названием «Я обвиняю» это не имеет никакого значения.

Отвратительным левым наплевать, что они уничтожают хорошего человека, разрушают его семью и его карьеру. Для них важнее всего их левацкие политические цели. Точно так же левые пытаются уничтожить президента Трампа, мешая ему выполнять свои планы и данные американскому народу обещания.

Все это фальшивка — и сговор с Россией, и похождения Кавано, и история с . К черту доказательства. Все, что имеет значение, это обвинения. Готовы ли приличные люди из состава американского сената назвать омерзительной такую деструктивную тактику выжженной земли?

Некоторые сенаторы высказываются, но большинство хранит молчание. А где республиканцы? Где противники Трампа? Неужели их ненависть к Трампу и к его назначенцу в Верховный суд сильнее их порядочности? Где председатель Верховного суда? Это его суд, и это с его кандидатом обращаются как с серийным убийцей.

Где средства массовой информации? Базовые правила журналистики требуют от репортера выяснять, кто, что, где, когда и почему, и уже потом сообщать об этом. Вместо этого наши незрелые дилетанты от журналистики повторяют последние скабрезные обвинения, плюя на нормы приличия, точности и корректности. Хотим ли мы, чтобы правило «Я обвиняю» действовало в отношении наших друзей, родственников и всей страны? Вспомните об этом 6 ноября.