Войти в почту

Сергей Моисеев: «Печатные издания решают государственные задачи!»

Одним из самых ярких в этом ряду людей можно назвать Сергея Николаевича Моисеева, видного государственного, военного и общественного деятеля, успешного руководителя печатной отрасли. С ним встретились главный редактор «Мира новостей» Николай Кружилин и первый заместитель главного редактора Андрей Авдонин.

Сергей Моисеев: «Печатные издания решают государственные задачи!»
© Мир новостей

СУДЬБУ ПОНАЧАЛУ СВЯЗАЛ С АРМИЕЙ

- Сергей Николаевич, мы хотим знать про вас как можно больше, чтобы читатель понимал, откуда берутся такие интересные люди. Вот, например, вопрос: как вы стали в свое время военным?

- Во-первых, хочу поблагодарить за такую высокую личную оценку, это особенно приятно и важно слышать от вас, уникального издательского коллектива «Мира новостей», который прошел такой огромный тридцатилетний путь в постсоветской эпохе. Вы начинали как непрофессионалы, но быстро стали профессиональным и уважаемым сообществом, выжили в то непростое время, когда чего только не происходило на нашем издательском рынке. Надеюсь на ваши дальнейшие успехи и нашу плодотворную дружбу и в дальнейшем.

Ну а во-вторых, что касается моей биографии, действительно, история моей служебной карьеры достаточно противоречива и сложна в плане определенных «зигзагов», потому что, как и у любого из нас, были и удачи, и неудачи. Но скажу, что в армию меня повлекло во многом то обстоятельство, что родился я в семье военного в городе Сумы Украинской ССР. Хотя я первоначально не хотел отдавать себя целиком службе в Советской армии.

- Однако жизнь, что называется, заставила?

- Да, это случилось волею обстоятельств. Семья была обыкновенной, советской, мой отец оканчивал Сумское артиллерийское училище, мама училась в Сумском педагогическом институте. Конечно, судьба отца-военного заставила семью помотаться по бескрайним просторам нашей родины.

Могу в итоге только сказать, что на сегодняшний день Москва — это 26-й по счету город в моей жизни, если проследить путь службы и родителей, и мой. Когда отец служил в городе Ереване, я окончил там школу и поступил в Ереванский политехнический институт. Потом отца перевели в Прибалтику, а я захотел получить ту специальность, на которую рассчитывал. Она называлась «автоматизация комплексной механизации машиностроения». Это автоматические линии и станки с ЧПУ, довольно редкая специальность для того времени.

- Но это не был совсем уж уникальный вуз?

- Да, всего их было три, которые готовили специалистов такого профиля: один в Ереване, один в Харькове и один за Уралом. А так как родственники мамы жили в Сумах, то решили, что мне надо перебраться в город Харьков, чтобы не менять профиль обучения. Так я и окончил там политехнический институт.

Потом в силу разных семейных обстоятельств перебрался в город Ригу к родителям. Там пошел работать гражданским специалистом на военный завод: был мастером, инженером-технологом, заместителем начальника цеха. Но так как на военном заводе часть должностей была должностями военнослужащих, меня призвали в армию, чтобы я продолжал трудиться на этом военном заводе.

- Но уже немного в других условиях...

- Конечно, но поменялось все не очень сильно, и было это в 1980 году. Меня назначили на одну из офицерских должностей, потому что в вузе я окончил военную кафедру и на тот момент числился лейтенантом запаса. А потом получилось так, что вместо положенных двух лет я в общей сложности прослужил в армии без малого четверть века.

Надо отметить вот какой примечательный факт: еще в институте активно занимался комсомольской работой, был заместителем секретаря комитета комсомола. По той же стезе продолжил двигаться, попав и на армейскую службу. Меня избрали секретарем комитета комсомола завода.

За годы службы я времени не терял, окончил Свердловское высшее военно-политическое училище и Военно-политическую академию. Наверное, так бы и шел дальше этим путем политруков-комиссаров, но тут случился 1991 год. Политические органы Советской армии рухнули вместе со всей системой и страной.

- Но службу в армии до этого момента вы продолжали, там начали взаимодействие со СМИ...

- Я был и замполитом батальона, и инструктором отдела комсомольской работы политуправления, продолжительное время был замполитом полка. Когда стал замначальника политотдела дивизии, а потом начальником, вот тогда пришлось работать и с печатью. Были редакция газеты, типография, было даже свое телевидение и радио. Конечно, политическая работа подразумевала работу с прессой.

ПЕРЕЖИЛИ РАЗБРОД И ШАТАНИЯ

- Сергей Николаевич, вы по характеру человек деятельный, целеустремленный, поэтому в армейской жизни не стояли на месте...

- В том же Прибалтийском военном округе пришлось какое-то время кочевать по гарнизонам, затем я оказался в Чехословакии. Наша 15-я танковая дивизия была, наверное, самой большой тогда в стране по численности личного состава. Это не менее 15 тысяч человек, представьте себе!

Но получилось так, что в конце 1990-го было принято решение вывести нашу дивизию из Чехословакии. Это произошло по требованию пришедшего к власти Вацлава Гавела. Наша 15-я танковая дивизия оказалась первой, выведенной из-за границы. А вот на новом месте, в городе Чебаркуле Челябинской области, надо было в предельно сжатые сроки обустроиться. В общем, хлебнули лиха. Вскоре начались перебои с зарплатой, не получали ни копейки по 4-5 месяцев.

- Это горбачевские времена еще были...

- Да, когда в 1991 году все стало рушиться, офицерский состав нашей дивизии категорически не поддержал то, что происходило тогда в нашей стране. Категорически! Морально мы были на стороне ГКЧП, потому что подавляющая масса офицеров понимала, что дальше произойдет в стране и со страной.

- Да, было нелегко тогда всем...

- На моих глазах происходили деградация армии, ее распад, разбегались по «национальным квартирам» и солдаты, и офицеры. Это было очень тяжело видеть и переживать, многих из нас мучили бессилие, невозможность остановить катастрофу. Вот как мы видели по фильмам о 1917 годе все процессы армейского разброда и шатания, такое же, к сожалению, приходилось нам пережить и в 1991 году.

- А почему, как вы думаете, тогдашние Вооруженные силы СССР не поддержали ГКЧП?

- Думаю, не поддержали они эту попытку в силу своей дисциплинированности и организованности. Если бы, условно говоря, в те дни до конца пошел министр обороны Дмитрий Язов и дал команду «Вперед!», думаю, что 99 процентов офицерского состава Вооруженных сил СССР выполнили бы эту команду. Ведь так называемых демократов тогда в наших рядах были единицы.

В общем, служа на Урале, я понял, что армия специально разваливается в угоду этим отщепенцам, что все деградирует, нет перспектив роста никаких. Родители у меня были в то время в Москве, в те дни я перевелся сюда и стал работать военкомом. Трудился 10 лет, как только исполнилось 25 лет выслуге в армии, сказал спасибо родине и вышел в отставку. Это был 2001 год.

НОВЫЕ ЗАДАЧИ – СЕРЬЕЗНЫЕ ВЫЗОВЫ

- Вы стали министром печати в правительстве Московской области в 2002 году... Новая служба не тяготила?

- Наоборот, было интересно решать сложные задачи на ином поприще. В силу определенной жизненной ситуации меня тогда пригласили от имени знавшего меня губернатора Мос­ковской области и сказали, что надо вернуться к своему старому профилю взаимодействия со СМИ, печатью, в какой-то мере и к идеологической работе.

- Помнится, тогда материально-техническая база для этого там была слабенькой...

- Без ложной скромности должен сказать, что за годы моего руководства эта база стала самой мощной по РФ. Это было очень серьезное подмосковное министерство, в котором работали при мне 12 тысяч человек, имелось 168 подведомственных предприятий и учреждений, более 100 редакций и более 100 телекомпаний, 35 радиоредакций. Этот громадный организм был самодостаточен для решения поставленных задач, хотя материально, конечно, самодостаточным не был и подпитывался правительством Московской области. Таким образом, в ранге министра я проработал до 2012 года.

Губернатор Б.В. Громов и министр по делам печати и информации правительства Московской области С.Н. Моисеев на встрече с руководством телеканала «Подмосковье», 24 сентября 2009 года.

- За то десятилетие вам удалось создать в Подмосковье мощный идеологическо-информационный холдинг, как это получилось?

- К моменту моего прихода в правительство области там выпускалась только газета, причем с огромной задолженностью по зарплате. Треть районных газет была приватизирована главами муниципальных образований и для области потеряна.

Первое, что я сделал, - начал возвращать районные газеты. Поменяли систему финансирования - на районные и городские газеты тогда тратили больше, чем вся Россия, вместе взятая. Потом подтянули типографии, стали покупать самое современное оборудование, перешли на цветную печать, принялись выпускать книжную продукцию. Занялись и телевидением, наладили областное телевещание. В итоге у нас действительно получился полноценный информационный холдинг. Думаю, удалось ответить на все вызовы того периода и ответить достойно.

КТО РЕШИТ ПРОБЛЕМЫ ПОКУПКИ КОЗЫ

- Сергей Николаевич, известно, что в Московской области не так давно произошло объединение редакций, телеканалов, порядка тысячи работников подмосковных СМИ были уволены. С точки зрения своего опыта работы как вы считаете, это оправданно?

- Думаю, ни к чему хорошему это не приведет. Проблема в том, что тот, кто все это делает, не понимает сути местной прессы, не знает, что местная пресса, районная печать - это своеобразная субкультура. Ведь это не Москва, и каждое муниципальное образование в области имеет свою историю, свои традиции, свою элиту. Это некий живой организм, который в каждом районе живет сам по себе...

- А главное, он в каждом районе обслуживает информационные интересы именно этого района...

- В том числе, конечно... Я, когда проводил информационные мероприятия, всегда говорил, что, например, в Луховицах объявления типа «куплю козу - продам козу» в газете для жителя куда интереснее, чем слова, скажем, министра сельского хозяйства Московской области. Это не исключает важности слов министра, но «куплю козу» для местного жителя важнее, это жизнь. А для того чтобы «покупать - продавать козу», жителю надо иметь информацию: у кого коза, какая коза и как быстро ее хотят продать.

Нынешняя конфигурация СМИ, по моему мнению, не будет работать. Они что делают? Вот в тех же Луховицах, как мне известно, не осталось ни одного журналиста. А газета местная выходит, и делающие ее люди сидят в Жуковском. Слушайте, ну разве это настоящая работа, когда дергают информацию из интернета, из соцсетей и на ее основе делают «газету для Луховиц»?

Подольская фабрика офсетной печати.

- Она отражает интересы местных жителей, там можно найти «про козу»?

- Нет, конечно! Наоборот, ты можешь потом получить «козу» за такую вот сомнительную информацию из интернета, которую публикуешь в местной газете! Я считаю, что такое положение вещей категорически неправильное. Когда я работал профильным министром, лично знал все СМИ на территории Московской области, реально работающих журналистов было примерно 500 - я был с ними знаком, встречался со всеми. И не все были государственные СМИ, особенно телекомпании, а мы даже старались помочь им развиваться. Когда ты знаешь все средства массовой информации на своей территории, ты можешь грамотно и разумно управлять процессами, не заставлять и приказывать, а направлять и поправлять, убеждать людей.

- Нынешнее поколение областных управленцев, получается, не очень справляется?

- Их довольно сложно убедить в необходимости дифференцированного подхода к процессам, связанным с развитием СМИ, их эффективностью в наш непростой период. Так называемое клиповое мышление, которое сегодня существует у нынешнего поколения руководителей, начиная с министерства цифрового развития и заканчивая управлением по социальным коммуникациям правительства Московской области, считается достаточным, чтобы управлять всеми социальными и идеологическими процессами в регионе. Но это категорически неправильно! Мы видим, к сожалению, что «клиповое мышление» и такое же руководство - они неэффективны, если не сказать, что вредны.

ОПЫТ, ОТДАННЫЙ БИЗНЕСУ

- Сергей Николаевич, вы верите в силу печатного слова, поэтому сделали все возможное для того, чтобы это слово помогало людям. Но все-таки решили уйти в бизнес, перенести туда свой многолетний опыт...

- Я считаю, что бороться с ветряными мельницами и терять время на эту борьбу не выход... Когда ты видишь, что бесполезно с чем-то бороться, ты не можешь ничего сделать, то оставаться в должности министра, советника, президента чего-то просто бессмысленно. По моему характеру, я считаю это неправильным, это себя надо не уважать, когда тебя игнорируют, а ты пытаешься навязываться.

- В общем-то, Сергей Николаевич, вы ведь все равно остались в поле работы смысловой, идеологической. Стали собственником и руководителем Подольской не только фабрики, но и целого издательско-полиграфического комплекса...

- Все, что касается печатных форм идеологической работы, входит в наш комплекс. Развернута редакция газеты «Мой район», до недавнего времени «спящая». Раньше ее было 10 вариантов, и эта газета выходила по каждому округу Москвы, издавалась на рекламные деньги. Есть у нас и структура, которая занимается распространением государственных СМИ по почтовым ящикам. Есть полиграфия, которая охватывает и книжные издания, и газеты, и журналы. В целом у нас большой холдинг, в котором работает более тысячи человек. Я считаю, что для нынешнего рынка это довольно большая структура, таких в нынешней печатной отрасли не так уж и много.

- А жаль...

- Конечно, мы ведь с вами не раз уже обсуждали вопрос о том, что газеты и журналы, особенно хорошие печатные издания, книги, обладают огромным информационным, воспитательным ресурсом, без преувеличения, содействуют в решении задач управления государством. Идущее схлопывание отрасли приводит к громадным идеологическим, информационным потерям, хотя многие управленцы этого упорно не хотят понять. А мы и не устаем им разъяснять, что печатная периодика востребована народом. Несмотря на крайне стесненные финансовые обстоятельства, люди выкраивают деньги на любимые издания. Книги же — это вообще как бы «дальнобойная артиллерия», стреляющая на 10-15 лет вперед.

- Видите ли вы будущее у газетных типографий?

- Боюсь, что этого будущего нет. Если государство не повернется лицом к газетному рынку, то... Причина одна: у истоков важнейших для страны и региона медиарешений находятся люди с тем самым «клиповым мышлением», о котором мы уже говорили. Они считают, что в интернете клик, лайк кинул и на этом все идеологические задачи решены. Стало слишком много «эффективных менеджеров», которые никакого отношения к данной отрасли не имеют, и они пытаются все «оптимизировать», что мы и видим на многих социальных направлениях, в медицине, например, где все надо потом исправлять.

- Да, это трагедия, и с этим надо что-то делать. И мы будем в меру сил стараться. Спасибо вам за интересную беседу.

Фото: ТАСС/А. Геодокян.

Мир новостей: главные новости