Ещё

«Внимание! Приготовиться к удару о грунт» 

Фото: Из архивов ВМФ
45 лет назад судно «Академик Берг» протаранило подлодку К-56. Как погибали моряки и кто был виноват в катастрофе, вспоминает «Газета.Ru».
В 1960 году в СССР началось строительство атомных подводных лодок с крылатыми ракетами — подводных лодок проекта 675. Это стало продолжением проекта 659, серии субмарин, вооруженных крылатыми ракетами класса «корабль — земля».
От своих предшественниц подлодки проекта 675 отличались наличием дизельного генератора, чуть большими габаритами (но при этом меньшей надводной скоростью) и вооружением — калибр торпедных аппаратов был больше, количество торпед также возросло. Вместо крылатых ракет П-5 использовались более совершенные П-6, обладавшие большей дальностью полета (650 км против 500 км) и большей скоростью (1650 км/ч против 1250 км/ч).
Всего в рамках проекта 675 в 1960-1968 годах было построено 29 подлодок. Они несли службу в составе Северного и Тихоокеанского флотов, некоторые были задействованы в боевом дежурстве в Индийском океане.
Вечером 13 июня 1973 года на одном из полигонов Японского моря проводилась экспериментальная стрельба ракетами с подлодки К-56, крейсера «Владивосток» и ракетного корабля «Упорный». Экипаж подлодки справился отлично — все ракеты попали в цель. В приподнятом настроении моряки возвращались на базу, где их поджидал командный состав.
Кроме экипажа на борту подлодки находился офицерский состав другой лодки, К-23, и специалисты-наладчики из Ленинграда.
Около девяти вечера все присутствовавшие собрались в кают-компании, выпили чаю. Затем два капитана остались поиграть в нарды, большинство же отправилось спать. В жилом аккумуляторном отсеке устроилось на ночь 36 человек — вдвое больше положенного. Еще около 20 человек ночевали в носовом торпедном отсеке.
14 июня в час ночи подлодка огибала мыс Поворотный в Приморском крае. Идти до базы оставалось еще около четырех часов.
В это же время поблизости проходило исследовательское судно «Академик Берг». На сопровождавшем подлодку «Владивостоке» заметили корабль и передали информацию о нем на К-56. Но радиолокационная станция, которая показала бы, где находится корабль, на лодке была выключена.
Обогнув мыс, подлодка неожиданно оказалась в полосе плотного тумана. Когда из него вдруг навстречу К-56 вынырнул «Академик Берг», командир подлодки отдал приказ: «Полный назад!», но оказалось слишком поздно.
«Академик Берг» протаранил лодку, носом буквально вспоров корпус между первым и вторым отсеком. В пробоину тут же хлынула вода.
Сразу после удара капитан первого ранга Ленислав Сучков выскочил из каюты и скомандовал по громкой связи:
«Во втором отсеке пробоина! Задраить переборки! Начать борьбу за живучесть корабля!»
Эта команда была последней записью в вахтенном журнале центрального поста.
В первом и втором отсеках находилось 49 человек. Отсеки пришлось изолировать вместе с оставшимся в них экипажем. Несколько человек все же смогли прорваться в другой отсек, но через проход в него тоже стала поступать вода.
«К двери лаза бросился Леонид Пшеничный, командир пятой боевой части К-56. Он закрыл лаз и прикрыл собой поворотный механизм, чтобы никто не смог его открыть. Он так и умер: повиснув на двери, не выпуская из рук поворотного руля», — вспоминал чудом выживший штурман Лукьян Федчик — за полчаса до столкновения он ушел из второго отсека.
Моряки во втором отсеке погибли за пару минут. На нижней палубе второго отсека находились огромные аккумуляторы, в которые попала вода, запустившая химическую реакцию с обильным выделением хлора. Шансов спастись у моряков уже не было.
«Командир лодки и другие офицеры разговаривали с ними по переговорному устройству. Они успокаивали их, сообщая, что лодка идет к берегу, что скоро их спасут, но сами-то понимали, что не успеют это сделать», — рассказывал Федчик.
А тем временем стало заливать и первый отсек. В нем находилось 22 человека, в основном члены экипажа К-23. Отсек располагал всего семью дыхательными аппаратами, на каждом из которых были бирки с именами членов экипажа К-56, что означало гибель для 15 человек из другого экипажа, самому старшему из которых, лейтенанту Александру Кучерявому, было всего 25 лет.
Заделать пробоину не удалось, не вышло и откачать воду помпой. Экипаж перебрался на палубу выше. Через оставшийся открытым отливной клапан помпы вода стала поступать еще быстрее. Закрыть его удалось моряку Степану Казаны — чтобы сделать это, в полной темноте он проплыл через два затопленных люка.
К этому моменту вода поднялась настолько, что взобравшиеся на койки люди по грудь стояли в ледяной воде. До потолка оставалось всего полтора метра.
В отсеке заканчивался кислород. Кучерявый уже был готов попытаться спасти экипаж, выбравшись из лодки через аварийно-спасательный люк. Шансы выжить были невелики, но при затоплении отсека они вообще оказались бы нулевыми.
В этот момент по общекарабельной связи раздалась команда:
«Внимание! Приготовиться к удару о грунт».
Штурману удалось найти отмель и вывести к ней лодку. Она села на отмель так мягко, что выжившие этого почти не почувствовали.
А лодку тем временем уже поджидала помощь — буксир, спасательное судно, находившийся поблизости торпедолов.
После спасения выживших водолазы принялись было извлекать трупы. Но вскоре выскочили из затопленного второго отсека с криками:
«Они там живые, шевелятся!».
Конечно, это было не так. В воде тела моряков приняли вертикальное положение, а стоило к ним прикоснуться, как они начинали двигаться, шевеля руками. Их позы и лица были неестественны и искажены гримасами ужаса. Водолазы не были психологически готовы к такой картине.
«Когда начались спасательные работы по извлечению тел погибших, то перед каждым заходом морякам-спасателям наливали по сто граммов спирта.
Но и это не всегда помогало — картина в отсеке была страшной. Некоторые матросы, отравившись газом, умерли во сне. У кого-то даже застыла на лице улыбка — видимо, что-то хорошее снилось», — вспоминал Федчик.
На следующее утро пробоину в борту К-56 заделали цементом, осушили затопленные отсеки, прикрепили к лодке понтоны и отбуксировали в док в бухту Чажма, где временно заделали пробоину, а затем отогнали на восстановительный ремонт в приморский город Большой Камень. Уже через шесть месяцев, 19 февраля 1974 года подводная лодка К-56 вышла на ходовые испытания.
«Академик Берг» же отделался легкой царапиной. Капитан обвинил в случившемся своего помощника, самовольно изменившего курс судна и не поставившего командование в известность. Оказавшись в районе с плохой видимостью, «Академик Берг» не подавал противотуманных сигналов.
По результатам расследования, причиной трагедии было признано невыполнение Международных правил по предупреждению столкновений судов в море, распространяющихся и на подводные лодки, идущие надводным ходом: выключение на К-56 радиолокационной станции ночью в тумане, низкая организация вахтенной службы, беспечность экипажей. Подводная лодка в сложившейся той ночью ситуации должна была пропустить «Академика Берга» вперед и подождать, пока он отойдет на безопасное расстояние, а он, в свою очередь, видя, что этого не происходит, обязан был застопорить ход и дать предупреждение световыми сигналами. Ни того ни другого не произошло.
С 27 погибших моряков обвинения были сняты. Их похоронили как героев.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео