Кем были народы моря из «Одиссеи» Гомера?
В «Одиссее» Кристофера Нолана фигурируют некие «народы моря» — загадочные люди на краях цивилизации, находящейся на пороге катастрофы. Как ни странно, они не совсем выдуманы. Портал theconversation.com рассказал о том, кем могли быть реальные народы моря, и почему их связывали с коллапсом древнего мира.
Морские народы, фигурировавшие в литературных источниках после 1200 года до н.э., винили в крахе взаимосвязанного мира бронзового века (1500-1180 до н.э.). Он обрушился словно в одночасье, когда на крупнейшие державы обрушилась одна беда за другой. В Греции сгорели величественные дворцы Микен и Пилоса. На территории современной Турции пало Хеттское царство — хозяева Трои. Города от Сирии до Кипра и Ханаана были разрушены за считанные годы.
Историки сегодня полагают, что за этим системным коллапсом стояла целая цепочка кризисов: 300-летняя засуха привела к голоду, жизненно важные торговые маршруты пришли в упадок, и люди попросту бросали свои жилища. Иногда по доброй воле, иногда — конфликтно.
Первое упоминание народов моря встречается в надписях египетских фараонов Мернептаха и Рамзеса III, правивших в 1213-1203 и 1185-1155 до н.э. соответственно. Так, в погребальном храме Рамзеса рядом с Долиной царей есть надпись, которая гласила, что «заморские государства» учинили великий заговор, и в число заговорщиков входили филистимляне, сицилийцы и греки. Якобы коалиция народов пронеслась по Средиземноморью от Греции, и никто не мог преградить им путь.
В храме также есть фрески, которые изображали народы моря как монолитное объединение воинов, чьи корабли фараон затопил, тем самым отбив вторжение. Но, конечно, это не более чем красивая история о могущественном правителе.
Другой источник, на который можно взглянуть в поисках народов моря — Хеттское царство, которое обладало одной из самых сильных армий в древнем мире. На протяжении долгого времени историки следовали трактовке египтян и думали, что таинственные морские захватчики сожгли столицу царства — Хаттусу. Но археология рассказывает совсем другую историю: сожженные здания были пустыми, из них спасли ценные документы. Может, хетты в Хаттусе знали, что их общество стояло на грани краха задолго до вторжения каких-либо внешних сил, и решили переместить свои архивы в более безопасное место?
По факту, хетты в то время уже боролись с рядом других проблем, включая засуху, разорившую регион и вынудившую их молить собственных вассалов о поставках зерна. Можно даже сказать, что последний удар нанесли не народы моря, а народ каска — давний враг хеттов из северной части современной Турции.
В Угарите, некогда крупном торговом порту на побережье Сирии, археологи находили более личные свидетельства: письма, рассказывающие о засухе, торговле и атаках со стороны народов моря. Одно из писем, написанных царем Угарита своему царю-союзнику на Кипре, читается прямо как отчет об атаке в реальном времени. Порт в итоге был жестоко уничтожен: от зданий остались лишь руины.
Другие города в орбите хеттов, вроде Трои, разграбили. По мнению ряда экспертов, это и послужило источником вдохновения для легенд Гомера. Но, опять же, в Ашкелоне (современный Израиль) вырисовывается иная картина. Там микенская керамика, прядильные инструменты и новые фермерские культуры свидетельствуют о появлении филистимлян — одного из народов моря из микенского мира. Только Ашкелон, в отличие от Угарита, не разграбили; там вместо насилия произошла интеграция. Анализ ДНК недавно найденных скелетов филистимлян поддерживает эту гипотезу: они были внуками народов моря, у которых в роду были южные европейцы и ханаанцы.
Тем временем, в Греции умирал мир героев Гомера. Легендарный дворец царя Агамемнона, известный публике по «Илиаде» и «Одиссее», был сожжен в 1190 году до н.э. После него сгорел дворец Нестора в Пилосе. Народы моря обвинили в этом, но только частично: некоторые специалисты считают, что, на самом деле, регионы пострадали от народных восстаний, вызванных засухой, голодом и коллапсом торговли. Помимо этого, не исключено, что народы моря — не кто иные как микенские греки, отправившиеся на чужие берега в поисках лучшей жизни.