В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

«Что мы сейчас уже будем делать, это мертвому припарка»

«Что мы сейчас уже будем делать, это мертвому припарка»
Фото: ИндикаторИндикатор
Чем не нравится социально-экономическая и научная политики власти академикам, как они относятся к «фактическому закрытию» РФФИ и что делать, если с тобой не считаются, — читайте в репортаже Indicator.Ru со второго дня Общего собранияН.
«Никто нас не спрашивает»
Пандемия коронавируса значительно усложнила нам жизнь в последние месяцы, и имевшиеся проблемы не только не отошли на задний план, но и усугубились. С обсуждения одной из основных и начал второй день Общего собрания РАН академикн. Он выступил с критикой нынешнего курса социально-экономической политики, в которую включены также культура, наука, образование и здравоохранение. За последние пять лет рождаемость упала до уровня девяностых, а, по расчетам, к 2025 году сокращение численности населения и вовсе составит полмиллиона человек в год. С одной стороны, сыграла свою роль «оптимизация» здравоохранения — отсюда рост смертности. С другой стороны, экономическая ситуация в стране не слишком хороша: доходы граждан упали, цены растут, жить тяжело, а потому женщины не рожают.
На науку политический курс тоже повлиял не лучшим образом. Денег выделяют мало, соответственно, в аспирантуру молодые идти не хотят. Президент Реев согласился, что ситуация с финансированием социального сектора тяжкая. На науку выделено всего около 1% ВВП, хотя на государственном уровне выдвигался ряд проектов, призванных эту цифру увеличить и вместе с тем выйти на международный уровень. Цели и планы есть, но они не выполняются, и анализа причин этого нет.
Раскритиковал Нигматулин и систему науки в целом.
Финансовым положением уже никого не удивить, но странные решения принимаются и на управленческом уровне. В частности, председатель СО рмон обеспокоен происходящим вокруг региональных институтов. После отделения от Академии их отдали под ведение территориальных управлеФАНО, те стали территориальными управлениауки. Сейчас же ведомство планирует их упразднение.
«Оторвать у нас институты, чтобы передать их бухгалтерам»
То, что правящую верхушку не сильно интересует мнение академической среды, стало понятно в 2013 году, коссии инициировало реформу РАН. Произошло это внезапно, стремительно, и ученых никто не спросил, а плоды мы пожинаем и по сей день, уверены в РАН.
Шоком для многих стало и решение о вхождении РФФИ в состав РНФ, которое также было принято без обсуждения. Это станет очередным примером «оптимизации», считают академики. У РФФИ очень большой функционал, международный размах, много конкурсов и получить его гранты было проще, чем в РНФ. Особенно это актуально для молодых ученых, некоторые с этих средств и начинают свою исследовательскую карьеру. Важна роль РФФИ в регионах, что признают и губернаторы.
Акадбаков уверен (и все с ним согласились), что так поступать с научным сообществом нельзя, а само решение приведет к серьезному провалу в регионах. Здесь необходима перезагрузка фонда при участии РАН и ученых, например путем создания временного органа, который бы и контролировал процесс слияния. Очень важно не потерять уникальные конкурсы, уверен Рубаков.
Примечательно, что, когда только начались разговоры о ликвидации РФФИ, в РАН еще надеялись как-то повлиять на решение властей, но теперь на Общем собрании царили настроения в духе «после драки кулаками не машут». Все считают это большой ошибкой, но предпринимать что-то считают равноценным измерению пульса у приговоренного перед расстрелом.
Реформы 2013 года и «вливание» РФФИ в РНФ заставляют академиков думать, что РАН потерял свое влияние. Академик Михаил Угрюмов подчеркнул, что РАН была и все еще остается конкурентоспособной на мировом уровне, и без нее нельзя участвовать в решении международных вопросов. Попытка ее «ликвидировать» (имеется в виду реформа) незаконна и губительна. Программы изменения науки нет, никто не понимает, куда идти. А потому участники заседания предлагали создать собственную комиссию и стратегию. Вместе с тем, по мнению акадКашина, нужно обратить внимание и на внутренние проблемы РАН, в частности на экспертизу. Внешнее разрушительное влияние заметно, не нельзя забывать и о собственном «раке».
Что делать, когда понятно, кто виноват
Тот факт, что научное сообщество наверху не слышат, очевиден, но подход к решению имеющихся проблем остается прежним: академики думают о том, каким образом подать свои предложения и высказать мнение, чтобы на том же политическом Олимпе их услышали.
Выход участники Общего собрания РАН видят в том, чтобы писать письма — президенту, правительству, Минобрнауки и прочим, прочим, прочим. Ставить диагноз нынешнему политическому курсу со стороны академической среды, просить расширить полномочия РАН, деньги и оборудование, разрешение дать хотя бы сохранить конкурсы РФФИ, предлагать свои программы. Наконец, самое главное — просить просто прислушаться к мнению.
Академик Михаил Угрюмов считает, что нужно не замыкаться на опыте своей страны, а посмотреть на международный опыт.
Мысль выступающего развил Борис Четвертушкин.
Понравился материал? Добавьте Indicator.Ru в «Мои источники» Яндекс.Новостей и читайте нас чаще.
Подписывайтесь на Indicator.Ru в соцсетях: Facebook, ВКонтакте, Twitter, Telegram, Одноклассники.