Войти в почту

к 100-летию создания СССР

«Сегодня день рождения СССР — того самого государства, споры о котором не утихают, да и не могут утихнуть. Отблески величия Красной лежат на всём, к чему мы прикасаемся. Нам они, бывает, неотчётливо видны, но глаз Бога не обманешь: 100 лет со дня основания немыслимого и невозможного (казалось бы) — сегодня».

Ночь. Скажем, с 30 на 31 декабря 1962-го.

Ведь именно в это время, только на день позже, разворачиваются события в повести Стругацких «Понедельник начинается в субботу».

А сегодня у нас с вами 30 декабря 2022-го. Но это всё ерунда, и день длится один и тот же, и имя ему — век. Возьмите лист бумаги. Сложите, но не сминайте и мысленно проткните сомкнутые края иглой времени — вот вам и сегодня, наступившее вчера, и вчера, наступившее завтра.

Сегодня день рождения СССР — того самого государства, споры о котором не утихают, да и не могут утихнуть. Отблески величия Красной Атлантиды лежат на всём, к чему мы прикасаемся. Нам они, бывает, неотчётливо видны, но глаз Бога не обманешь: 100 лет со дня основания немыслимого и невозможного (казалось бы) — сегодня.

СССР — наш Древний !

Над нами нависает хмуро,

Его тверда мускулатура.

И мавзолей — неистребим!

Это Лимонов. Это не я.

Хотя так-то под каждым словом подписаться готов.

Лист бумаги просто отпустите (что вы в него вцепились, как в снег прошлогодний?) — видите, он не падает и не распрямляется — всё работает, как и было предсказано, и все времена текут сразу и в одном потоке.

Сегодня у молодого научного работника младшего возраста, он же выдающийся и единственный инженер-программист известного на всю страну НИИЧАВО, Александра Привалова самый обычный производственный день. Предохранители в его супермощном вычислительном «Алдане» перегорят только завтра, около двух часов дня, и только завтра, примерно в это же самое время, он узнает, что назначен дежурным по родному институту в самое страшное, самое ответственное и самое удивительное время — в новогоднюю ночь.

Что он там напевает себе под нос, прекраснодушный (в истинном смысле этого слова) Саша Привалов? А пусть бы и «Песенку о снежинке» из фильма «Чародеи», не беда, что выйдет он на экраны через 20 лет — в 1982-м. Подобное в НИИЧАВО даже и за чудо не считается — так, общие знания на ближний горизонт планирования событий.

Гагарин полетел и вернулся.

Достоверно известно, что ракеты наши будут на Марсе — и скоро.

Наука почти неотделима от магии.

Саша Привалов не видит надобности сканировать будущее год за годом. Ему невдомёк события 1991-го. Ему и во сне не приснится год уходящий, год 2022-й. Саша Привалов живёт и созидает в государстве вечном, в государстве, в той вечности длящемся.

Не без проблем — это да. Не без дураков — это уж конечно. Не без показухи и зазнайства — такое для человечества строго обязательно.

Но.

В государстве, длящемся вечность.

Мы слишком рано похоронили никем даже и официально не отменённый СССР.

Когда приходит год молодой,

А старый уходит вдаль,

Снежинку хрупкую

Спрячь в ладонь, желание загадай.

Смотри с надеждой в ночную синь,

Некрепко ладонь сжимай

И всё, о чём мечталось, проси,

Загадывай и желай!

Думаете, так просто, ради словца красного, Стругацкие накачали ночные коридоры НИИЧАВО нежитью всех мастей? Как же! Они, Стругацкие, видели Великую Отечественную своими собственными глазами, пережили блокаду и подарили нам после Победы блистающий мир Полудня.

Наступит он или нет, зависит только от нас.

От Саши Привалова такое не зависит, он в мир Полудня идёт семимильными шагами, для него тот мир — реальность абсолютная и движение к нему есть истинное проявление внутренней силы. А главное свойство той силы — глубочайшее спокойствие.

Как смели мы похоронить СССР?

Искру короткого замыкания, задуманного Отцом Небесным?

Или допустимо предполагать, что некоторые события происходят вне его ведома?

Это... Очень самонадеянно и дерзко — такое предполагать.

Через 20 лет после войны Стругацкие со своими жёнами сидели как-то вечером и чаёвничали. Борис по своему обыкновению грыз (с удовольствием великим) каменные, насмерть засушенные им же самим мятные пряники — другого способа их употреблять он не признавал с блокады. Покупал, выкладывал на тарелку и ждал, пока засохнут. Утверждал, что нет и не может быть ничего вкуснее на свете.

Так вот, четыре человека в комнате — две женщины, двое мужчин. Старшего, Аркадия, вдруг будто озарило. Он вспоминал, что понял внезапно: никто из них четверых не имел ни малейшего шанса выжить в войну. На каждого пришлось шансов умереть от голода, пули, болезни с ой каким запасом.

Но они выжили.

Выживет и СССР.

Нежить в ночных коридорах — самое обычное испытание вечностью. Мы тысячи тысяч раз читали про такое в сказках и легендах. Герой должен дойти до цели. В этом смысл всего его существования. Он должен одолеть свой собственный страх, победить собственных демонов — прочие, что скачут и ярятся вокруг, суть есть иллюзия, бешенство ума, фантасмагория, уносимая порывом ветра.

Сто лет назад где-то очень высоко коротнуло. И на мгновение — потому как в масштабах вечности и вселенной сто лет и есть одно лишь мгновение — мир осветил свет того самого Полудня. И не беда, что после он снова погрузился во мрак: электрики сфер небесных работают, соблюдая (по возможности) все правила техники безопасности.

Терпение.

А ещё труд, труд и труд, как говорил кот Василий, обитающий вблизи Изнакурножа (он же — изба на курьих ножках) на территории, подконтрольной известному институту.

Кот Василий, который обитающий.

Не обитавший, заметьте.

Для настоящего нет прошедшего.

Для времени есть только время.

Когда приходит год молодой,

А старый уходит прочь,

Дано свершиться мечте любой —

Такая уж эта ночь.

Затихнет всё и замрёт вокруг

В преддверии новых дней,

И обернётся снежинка вдруг

Жар-птицей в руке твоей!

Перечитайте «Понедельник начинается в субботу». Выпишите себе в блокнот те строчки, что определяют саму суть столетнего молодого государства, временно перешедшего в состояние проекции возможного реального будущего. Это строчки о духовной сути людей, СССР созидавших. Пусть они не покажутся вам напыщенными — и люди, и слова.

Тогда так жили.

Тогда в такое верили.

«Трудовое законодательство нарушалось злостно, и я почувствовал, что у меня исчезло всякое желание бороться с этими нарушениями, потому что сюда в двенадцать часов новогодней ночи, прорвавшись через пургу, пришли люди, которым было интереснее доводить до конца или начинать сызнова какое-нибудь полезное дело, чем глушить себя водкою, бессмысленно дрыгать ногами, играть в фанты и заниматься флиртом разных степеней лёгкости. Сюда пришли люди, которым приятнее быть друг с другом, чем порознь, которые терпеть не могли всякого рода воскресений, потому что в воскресенье им было скучно. Маги, Люди с большой буквы, и девизом их было — «Понедельник начинается в субботу». Да, они знали кое-какие заклинания, умели превращать воду в вино, и каждый из них не затруднился бы накормить пятью хлебами тысячу человек. Но магами они были не поэтому. Это была шелуха, внешнее. Они были магами потому, что очень много знали, так много, что количество перешло у них, наконец, в качество, и они стали с миром в другие отношения, нежели обычные люди. Они работали в институте, который занимался прежде всего проблемами человеческого счастья и смысла человеческой жизни, но даже среди них никто точно не знал, что такое счастье и в чём именно смысл жизни. И они приняли рабочую гипотезу, что счастье в непрерывном познании неизвестного и смысл жизни в том же».

Я вполне готов принять шквал «критических замечаний» и потому уверенно скажу: СССР занимался проблемами человеческого счастья и смысла человеческой жизни. Да! С великими огрехами. И да! С величайшими достижениями. С истинными прорывами в области и силы духа, и силы ума.

СССР есть то, на что мы и хотим, да не можем всё ещё решится. Это как турник во дворе: вот двор, вот турник, вот ты, каждый день проходящий рядом.

Не в зубоскальстве следует нам упражняться, рассуждая о «пустых мечтаниях советских фантастов, кроме прочего все идеи укравших у серьёзных западных писателей». Не в зубоскальстве...

Саша Привалов, однозначно и безусловно, «Алдан» починит, Новый год встретит с друзьями и сотворённым из воздуха шампанским, любовь свою найдёт и все обстоятельства затруднительные одолеет. Безусловно.

Но как?!

Услышьте, братья и сёстры!

Привалов идёт по коридорам ночного НИИЧАВО, как хозяин по своей земле ходит! По своей! Земле! Кто-то там в облике скелета стонет в тёмных нишах? С капителей и колонн свисают сонмища кровопийцев-нетопырей? Бриарей сломал палец на восемнадцатой правой руке, а отставной вурдалак Альфред вместо чая пьёт из чайника всем понятно что?

Это проблема?!

Это для советского человека проблема?!

Надеюсь, вы понимаете.

Однажды, в обозримом будущем, мы завернём к турнику.

Сначала будет трудновато — это понятно: форма потеряна и надо её набирать. А дальше дело пойдёт. День за днём. Шаг за шагом. Быстро сказка сказывается, да небыстро дело делается, но делается — и получается хорошо. Как и положено в сказке, которая суть отражение действительности.

Музыку к «Чародеям» (думаю, Привалов и про трёх белых коней себе под нос мурлыкал, как все физики-лирики) написал легендарный, другого слова не найти, . Он родился в 1934-м в рабочей семье в городке Лысьва . В жестокие сталинские времена — так ведь принято говорить о тех временах.

А теперь вот что: музыка к мультику «Умка», та самая колыбельная медведицы, от которой всё внутри замирает, музыка к фильмам «Гостья из будущего», «Приключения Электроника», музыка к засмотренным до дыр «Трое из Простоквашино» и «Дед Мороз и лето» — это всё Крылатов. Список длинный — почитайте в сети.

Это всё Крылатов. Фамилия-то какая.

«Достояние республики» — тоже он.

Что сказать в день столетия СССР?

Что пожелать имениннику и гостям празднества?

Будем жить!

Привалов Саша, он же и каждый из нас с вами, всё погоревшее починит, «Алдан» в строй введёт, перезамкнёт цепи по-новому и по-надёжному.

Миру Полудня быть.

СССР здравствовать.

Такая вот историческая реальность.

Протяжённая во времени.

С наступающим вас, дорогие мои люди!

Будьте, пожалуйста, счастливы!

И Новый год, что вот-вот настанет,

Исполнит вмиг мечту твою.

Если снежинка не растает,

В твоей ладони не растает,

Пока часы двенадцать бьют...

Пока часы двенадцать бьют!

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.