В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

Как понять, что смешно

Учитывая, как долго люди размышляли о том, почему юмор существует в принципе, кажется удивительным, что первый в истории академический симпозиум по комедии состоялся в январе 2011 года, а не где-нибудь в Древней . Комедии, ситкомы, сборники анекдотов и мемы — все это смешно, но насколько одинаково люди воспринимают юмор? Разбираемся, как формируется юмор, как мы определяем, что смешно, и есть ли какая-то универсальная формула, чтобы сделать шутку смешной для каждого.
.marker { background: #FFE3E0; background: linear-gradient(180deg,rgba(255,255,255,0) 45%, #FFE3E0 55%); }
Люди — не единственные существа, которые смеются: шимпанзе, гориллы и орангутаны хихикают, особенно если речь идет о щекотании. Причем физический контакт не всегда обязателен — детеныши шимпанзе будут хихикать, если родители просто будут делать вид, что щекочут их, шевеля пальцем рядом с телом, но не касаясь его. Почему же приматы такие чувствительные? Некоторые считают, что с эволюционной точки зрения приматы начали смеяться, чтобы сигнализировать о том, что предполагаемая угроза не так опасна, как казалось на первый взгляд, в то время как другие связывают смех с обучением молодого поколения тому, как играть и ладить друг с другом. И, конечно же, юмор служит связующим звеном между людьми, объединяя группы внутренними шутками и отсылками, относящимися к культуре.
Юмор — это своего рода создатель правил, способствующий привлечению внимания и устанавливающий иерархию
Но даже с учетом всей объединяющей силы юмора, после пары тысячелетий бесконечных теоретических рассуждений и экспериментов, нам все еще лишь предстоит расшифровать какую-либо универсальную формулу комедии. Если, конечно, мы можем говорить о ней в принципе. Можно очертить основные элементы стендапов, перечислить энное количество старых добрых шуток и даже выявить различия между иронией и сарказмом, но почти невозможно предсказать, что вызовет искренний смех у каждого отдельно взятого члена аудитории.
Теоретически это смешно
Связь между философией и комедией может показаться чем-то маловероятным, однако именно с такой позиции рассматривали юмор великие умы давнего и относительно недавнего прошлого. Платона и Аристотеля можно считать крестными отцами философии смешного, но свой вклад успели внести и Фрейд, и Кант, и Кьеркегор, в результате чего возникли три основные теории юмора:
Теория превосходства. Поддерживаемая Платоном, Аристотелем и Томасом Гоббсом, теория превосходства юмора фокусируется на темной стороне комедии. В частности, согласно ей, мы смеемся в ответ на наше собственное возвышение над неудачными ситуациями или социальным положением других.Теория облегчения. воспринимал смех и юмор как форму освобождения. Вычленение юмора из шутки — это процесс, с помощью которого люди извлекают внешнюю энергию из сексуального подавления, сдерживания эмоций или интеллектуализации.Теория несоответствия. Иммануил Кант и Серен Кьеркегор считали, что поиск чего-то смешного вращается вокруг обманутых ожиданий. Эффективная изюминка юмора должна быть непредсказуемой и застать нас врасплох.
Сегодняшнее исследование юмора опирается на элементы этих основных теорий и смешивает их. Например, теория юмора, разработанная группой психологов из Университета Колорадо в Боулдере, объясняет смешное как серию неугрожающих нарушений социальных норм. По сути, шутка должна нарушать какие-то культурные обычаи или ценности, но на безопасном психологическом расстоянии, где юмор не становится слишком «реальным» для аудитории. Например, откровенно расистские и сексистские шутки могут быстро испортить хорошую комедию.
А вот это смешно
Благодаря технологии функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ) неврологи имеют довольно хорошее представление о том, как мозг находит что-то забавным.
Группа ученых из Дартмута подключила участников исследования к аппарату фМРТ и наблюдала за тем, что загоралось во время просмотра эпизодов «Сайнфельда» и «Симпсонов». И хотя люди далеко не всегда смеялись вслух, исследователи обнаружили, что процесс обнаружения и оценки юмора состоит из двух частей. Распознавание шуток происходило в левой нижней лобной и задней височной коре в левом полушарии головного мозга. Левое полушарие мозга помогает нам отсортировать новую или неожиданную информацию и сопоставить ее с информацией, уже хранящейся в нашей памяти. То есть, возвращаясь к упомянутой ранее теории несоответствия, эта функция мозга помогает нам понять ситуационные контрасты и их неожиданные решения, то есть шутки. Когда наш мозг обрабатывает содержание шутки, оценка происходит в островной коре и миндалине, которые помогают регулировать эмоции.
Заразен ли смех?
Отвечая на этот вопрос, есть смысл вспомнить ситкомы и их закадровый смех — независимо от того, насколько нелепо он звучит, эти звуки действительно увеличивают шанс того, что аудитория над чем-то посмеется. Более того, исследователь Роберт Провайн, эксперт по смеху, обнаружил, что людям даже не нужна шутка, чтобы посмеяться: он просто воспроизводил 20 секунд смеха на портативном устройстве, и хотя было очевидно, что смех фальшивый, испытуемые все равно улыбались или смеялись. В общем, смех — явление заразное.
Эксперименты с МРТ и фМРТ также показывают, что словесные шутки требуют предварительной обработки речи, хотя разные типы юмора затрагивают разные области мозга в левом полушарии. Например, семантические шутки, характеризующиеся словесным несоответствием, активируют височную долю, которая помогает мозгу сортировать неоднозначную или противоречивую информацию. Между тем каламбуры наполняют энергией область Брока, центр управления языком, а хорошо известные анекдоты (например, про поручика Ржевского или тещу) сотрясают лобную долю мозга, которая связана с высоким когнитивным функционированием.
После подобной мысленной тренировки наш мозг предлагает награду за удовольствие от разгадывания смешной изюминки в анекдоте: если что-то было для нас забавным, мозг награждает нас дофамином. Дофаминовая связь также объясняет, почему трудно смеяться над чем-либо, когда мы, например, в стрессе: мезолимбическая система вознаграждения отключает дофаминовый клапан, и наше настроение и чувство юмора ухудшаются.
Смех за гранью (науки)
И все же, несмотря на единство механизмов мозга, смешное является субъективным понятием: приятный опыт, который мы получаем от юмора, во многом зависит от контекста. Так, от личности щекочущего вас человека зависит, будет ли этот опыт приятным или дискомфортным или даже болезненным. Ваши личность, возраст, язык, этническая принадлежность и социальное происхождение также будут влиять на то, что вы посчитаете смешным. Скажем, американцы склонны смеяться над «положительным юмором», характеризующимся иронией, в то время как британцы смеются над «отрицательным юмором», вращающимся вокруг сарказма.
Недавние исследования также подвергли критике теорию превосходства юмора. Хотя древние греки утверждали, что люди злобно смеются над чужими несчастьями, исследования показывают, что за нашим весельем могут стоять и другие мотивы. В одном исследовании участники, притворяющиеся начальниками перед вымышленными подчиненными, меньше смеялись над банальной шуткой, придуманной исследователями, по сравнению с теми, кто играл роль сотрудников более низкого уровня, взаимодействующих с вымышленными работодателями. Это говорит о том, что мы можем притворяться, что нам смешно, чтобы выслужиться перед людьми более высокого статуса.
Попробуйте посмеяться вслух прямо сейчас. Вам было сложно? Скорее всего, да, потому что смех очень сложно подделать: когда мы смеемся, это в значительной степени непроизвольное действие. А теперь подумайте, в какой ситуации вы больше смеетесь над комедиями: когда смотрите их в кинотеатре вместе с другими людьми или когда смотрите их дома и в одиночестве? Если вы похожи на большинство людей, то вы будете больше смеяться, находясь рядом с кем-то. Что, конечно, не значит, что мы не находим вещи смешными, когда мы одни, — просто в этом случае мы с большей вероятностью лишь улыбнемся, а не начнем кататься по полу от хохота.
Что касается юмора в целом, универсального понятия о том, что смешно или не очень, не существует. Но если вас вдруг беспокоит, что ваш мозг заставляет вас смеяться над несмешными вещами, подумайте, каким благом это было для наших предков. Если смех предшествовал речи, как предполагают некоторые теоретики, то эта склонность к позитиву была важным способом продемонстрировать дружелюбие, показать, что вы не хотите причинить вред другой группе, что вы хотите установить контакт и быть ее частью. Даже сейчас юмор и смех являются важными социальными инструментами, которые укрепляют связи между людьми.