В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

Провалившаяся альтернатива

Бесспорным фактом победы большевиков в гражданской войне было то, что они, во-первых, получили большую поддержку со стороны народа, чем их противники. А во-вторых, это произошло и потому, что именно большевики занимали более патриотические позиции, чем их оппоненты, во всяком случае именно так было на Дальнем Востоке. 100 лет назад, с 20 по 30 марта 1921 года, во была предпринята попытка организовать альтернативный Учредительному собранию ДВР форум. В работе так называемого съезда несоциалистических организаций Дальнего Востока приняли участие около 300 делегатов. Среди главных организаторов были те самые делегаты Учредительного собрания ДВР правой политической ориентации от Приморья, что не поехали в . Скрыть «физиономию» не удалось В Чите с самого начала следили за работой этого съезда. 22 марта в газете «Дальне-Восточная Республика» напечатали заметку «Съезд реакционеров». В её основу положили информацию Дальневосточного телеграфного агентства (ДальТА), поступившую из . «Во Владивосток на съезд реакционеров выехали самые видные члены правых организаций, — говорилось в ней. — Газета «Русский голос» сегодня пишет, что Владивостокский съезд должен образовать Приморское национальное правительство с Кронштадтскими лозунгами, просить помощи иностранцев и объявить беспощадную борьбу с большевиками». В Харбине, видимо, ещё не знали, что 18 марта антибольшевистское восстание в было уже подавлено. Позже первый председатель Совета министров ДВР в своих мемуарах, напечатанных в 1963 году, написал: «Во Владивостоке был созван так называемый несоциалистический съезд, считавший преждевременным обнаруживать свое подлинное лицо и высказавшийся за созыв Учредительного собрания и против гражданской войны». Хотя в момент открытия съезд был не совсем таким уж реакционным. Делегаты представляли 51 организацию, в том числе «Комитет спасения Дальнего Востока», , Биржевой комитет, Союз домовладельцев Владивостока, Союз рыбопромышленников, «Национал-демократическую партии», партию кадетов и другие. Участвовавший в работе съезда депутат Учредительного собрания ДВР генерал в своих мемуарах позже написал: «Намерения некоторых участников съезда превратить этот съезд из «несоциалистического» в «антикоммунистический» и добиться привлечения к работам демократических группировок и социалистов, противников коммунизма, как и следовало ожидать, не встретили ни малейшего отклика среди реакционно настроенного большинства съезда. Реакционные устремления последнего, лишь слегка завуалированные «демократическим» флером некоторых резолюций, заставили торгово-промышленную группу отойти от съезда, то же сделали и кадеты, ушедшие с первого же заседания. Тем не менее открытие съезда было обставлено с большой помпой. Присутствовало до 20 организаций, большею частью фиктивных, наскоро сформированных из богатого запаса беженцев в Харбине». Несмотря на уход правоцентристов, съезд продолжил свою работу. Оснований его разогнать у властей ДВР оснований не было, тем более, что во Владивостоке продолжали находиться японские оккупационные войска. Это не могло не злить большевиков ни во Владивостоке, ни в Чите. Поэтому и в главной газете большевиков ДВР «Дальне-Восточная Правда» (с подшивками читинских газет удалось познакомиться в краевом краеведческом музее им. А.К. Кузнецова) в оценках несоциалистического съезда не стеснялись. «Даже те отрывочные сведения, которые дошли до нас, — сообщала эта газета 24 марта, — достаточно определенно рисуют как звериную физиономию этого новорожденного в буферно-интервентских условиях ублюдка, так и паскудные его стремления». Хотя продекларированные стремления вроде бы были и не такими уж ужасными. Правая «копия» Вольно или невольно Владивостокский съезд «копировал» уже больше месяца заседающее в Чите Учредительное собрание, хотя были и принципиальные отличия. Так, съезд во Владивостоке, в отличие от Читы, начался с молебна. Харбинский протоиерей Василий Демидов, проделавший с каппелевцами «Сибирский ледяной поход» и осевший на время в Харбине, провозгласил, что прочным может быть только православное правительство. Таким образом, съезд с первого дня возвратился к религиозной версии русского национализма. Первые два дня делегаты выслушивали различные приветствия. Среди них, к слову сказать, особенно важными были приветственные послания от трёх генералов-каппелевцев — их главнокомандующего Григория Вержбицкого, а также командиров 3-го корпуса Викторина Молчанова и 2-го корпуса Иннокентия Смолина. Хотя и потрепанная, но всё же это ещё была военная сила. «Официальный тон сдержанный, — с иронией писала 24 марта «Дальне-Восточная Республика» в заметке «Съезд черных воронов», — настроение участников антикоммунистическое и антисемитское». 22 марта делегаты избрали президиум и состав девяти рабочих секций. Председателем избрали Спиридона Меркулова, фигуру достаточно крупную в Приморье. Его товарищами, как тогда называли заместителей, избрали пять человек, из которых самым заметным был лидер монархистов в Харбине Алексей Кропоткин, который и возглавил самую многочисленную секцию — политическую. Секции занялись подготовкой проектов постановлений по обсуждаемым вопросам и итогового документа съезда. В приморской газете «Слово» в те дни было чётко определено их кредо: «Мы не демократы в том смысле, как это понимается в революционном лагере; мы не революционные демократы — сила воинствующая и разрушительная, мы демократы революционного творчества в пределах правого, национально-культурного государства». Эта установка почти полностью совпадала с идейной позицией «Национал-демократической партии», чья политическая линия в основном и проводилась съездом. Понятно, что главной задачей съезд провозгласил борьбу с большевизмом. Конечной целью провозгласили восстановление «Единой, Великой и Свободной России, в которой народу будет обеспечено спокойное и свободное выражение своей созидающей воли через Всероссийское Учредительное собрание». Точно, хотя резко и многословно, оценила ход несоциалистического съезда «Дальне-Восточная Правда» в передовице 24 марта: «Внутренний смысл слета этого воронья прост и ясен. Поскольку даже через такой народоправческий форум, как Учредительное Собрание, воля народа Дальнего Востока в подавляющем своем большинстве выявилась не в пользу интервентов, а, следовательно, и не в пользу тех отбросов русского народа, которые ради спасения своего кошелька и права выжимать прибавочную стоимость из трудящихся, «спасают» Россию из Токио, Вашингтона, Парижа и др. не менее удобных мест, поскольку объединение областей Русского Дальнего Востока в интересах трудящихся Советской России с каждым днем становится все более и более очевидным фактом, поскольку, несомненно, должна была выявиться и деятельность этих бандитов, скопившихся главным образом в полосе отчуждения и Приморье под крылышком интервентов и «истинного демократизма». Конференция — это попытка под фирмой «самого настоящего демократизма» противопоставить Учредительному собранию с преобладающим в нем влиянием революционных трудовых масс контрреволюционный центр — проводник интересов буржуазии и ее верных союзников — интервентов». Руководители ДВР понимали, что такого рода мероприятие в качестве своего логичного финала должно иметь переворот и взятие власти в Приморье, что вместе с полосой отчуждения КВЖД может создать новый «буфер», в этот раз белый, а не красный. В своих «Записках премьера ДВР» Пётр Никифоров написал по этому поводу: «Организованный при содействии японцев «съезд несоциалистов» и ряд других обстоятельств свидетельствовали, что нужно ждать попытки переворота». Мартовский недоворот Завершая свою работу, несоциалистический съезд избрал совет, который, по сути дела, стал играть роль временного правительства. «В совет съезда, — писал генерал Болдырев, — вошли два брата — Спиридон и — местные аборигены, князь Крапоткин — беженец, земец Казанской губернии, и В.Ф. Иванов — адвокат, кажется, тоже из или , несколько легкомысленный, но недурной и весьма темпераментный оратор. Современный историк из Денис Ляхов, основательно проанализировавший работу этого форума в статье «Съезд несоциалистических организаций Дальнего Востока: попытка консолидации антибольшевистских сил Приморья (март 1921 г.)», опубликованной в 2007 году, уточнил состав этого «правительства». «В избранный Совет съезда несоциалистического населения Дальнего Востока, — писал он, — вошли С.Д. Меркулов (председатель), Н.Д. Меркулов, С.П. Руднев, Н.И. Кузьмин, Д.И. Густов, В.Ф. Иванов, А.А. Кропоткин, А.Я. Макаревич, Е.М. Адерсон. Таким образом, блок несоциалистов Дальнего Востока возглавили лидеры «Национал-демократической партии» ». Госполитохрана ДВР, а также большевики во всех регионах внимательно следили за деятельностью своих противников и их приготовлениями. 24 марта в «Дальне-Восточной Правде» печаталось сообщение ДальТа из Харбина, в котором прямо говорилось: «Правые гражданские и военные группировки деятельно и энергично готовятся к перевороту во Владивостоке. Ежедневно бесплатно отправляются в Приморье группы офицеров, снабженные деньгами и оружием. Все время беспрерывно шныряют курьеры между Владивостоком, Харбином и . Во Владивосток выехали ген. Лохвицкий, Кропоткин и др. видные деятели. Днем переворота безотлагательно называют четверг, 24 марта. Детально разработан план переворота. По проекту несоциалистической организации съезд должен избрать правительство и обратиться к народу за поддержкой, и тогда народ в лице заполняющих Владивосток семеновцев должен расправиться с демократией». Ошиблись лишь с датой. Переворот должен был произойти 31 марта. И ночью накануне чекисты арестовали руководство заговора во главе с генералом Николаем Лохвицким. Но часть белогвардейцев, не зная об этом, стала действовать по ранее намеченному плану. Но перевес сил был не в их пользу, а японцы в тот момент вмешаться не рискнули, они лишь укрыли у себя часть бежавших белых. «Меркуловский недоворот», как иронично назвали эту неудавшуюся попытку переворота, провалился. Но и сил для полного разгрома у властей ДВР в Приморье было недостаточно. И те, и другие стали готовиться к новой схватке. «Все группировки до правых высказываются отрицательно (о попытке переворота – Авт.), — написала 2 апреля «Дальне-Восточная Правда», — и о своей непричастности заявляет даже Меркулов, председатель конференции несоциалистических группировок, хотя факты устанавливают несомненное участие в авантюре этой конференции». 31 марта 1921 года председатель правительства ДВР Александр Краснощеков телеграфировал руководству РКП(б) и РСФСР о том, что в ночь на 31 марта во Владивостоке была предпринята попытка белогвардейского переворота, которая местными силами была подавлена. И с несоциалистическим съездом, и с «недоворотом» белые в очередной раз сели в лужу. В то же время и им, и красным стало ясно, что без активной поддержки иностранных интервентов у белых ничего не получится. Точка в этой истории поставлена не была. .