Ещё

Москва словам не верит 

Москва больше не готова платить за «дружбу и братство»
Фото: Петр Сивков / ТАСС
решил немного пошантажировать . Он надеется таким образом выбить у  дополнительные уступки — но должен на деле получить очень жесткий, образцово-показательный ответ.

Интеграция без альтернатив

Формально отношения двух стран считаются союзными. и  создали Союзное государство, входят в  и ОДКБ. Среди российского населения (судя по опросам) Батька является наиболее популярным иностранным лидером. Путин среди белорусского — тоже. Однако последние сводки с полей двусторонних отношений напоминают чуть ли не российско-украинский диалог. Александр Лукашенко отжимает принадлежащий банк, обвиняет Москву в намерении устроить в  «цветную революцию» и подчинить себе Белоруссию. Ищет в Кремле «кукловодов», которые с помощью «современных фальшивых технологий пытаются вмешаться в белорусские выборы».
Причины столь резкой риторики и неадекватного реальности (а по-другому и не скажешь) поведения кроются в разных позициях Минска и Москвы по поводу будущего Союзного государства. Неспособности (или нежелания) Александра Лукашенко вести цивилизованный диалог на предмет преодоления этих разногласий и чрезмерной терпимости Москвы к «нецивилизованному поведению» Минска — терпимости, которая поощряла белорусское руководство на еще более хамское поведение.
Все началось в того, что у сторон принципиально разное понимание интеграции. Для Лукашенко интеграция — это прежде всего российские субсидии и дотации. Миллиарды долларов, которые помогли ему создать и поддерживать «белорусское экономическое чудо» — важнейший элемент его общественного договора с населением страны, которое за развитие экономики было готово терпеть его авторитарное поведение.
Однако авторитаризм Лукашенко подразумевал собственническое отношение к Белоруссии, чьим рачительным хозяином он себя считает. И это уже противоречило интересам России. Москва была готова субсидировать Белоруссию — но только в рамках интеграции, после создания единого рынка, налогового кодекса и т.п. Лукашенко же готов заниматься углублением интеграции без делегирования суверенитета — что невозможно.
Да, Батька правильно опасается, что такая интеграция может привести к «инкорпорации» и поглощению Белоруссии, однако таковы интеграционные реалии. В рамках интеграционного объединения две страны с таким разным уровнем политико-экономического потенциала могут и даже должны быть равноправными — однако они ни при каких обстоятельствах не будут равнозначными. У  и, условно, в  равные права — однако степень их влияния на курс ЕС и принимаемые там решения абсолютно неравнозначна. И, если Минск выбрал путь интеграции с Россией в рамках Союзного государства, то нужно идти по этому пути — либо отказываться от него.
Правда, отказываться Лукашенко тоже не хочет. И не только потому, что белорусская экономика во многом зависит от российского рынка и от российских субсидий. Геополитического выбора, как такового, у Минска тоже нет.
Конечно, Лукашенко всячески пытается убедить Москву, что выбор есть. Он призывает бизнес выходить на западные рынки, нормализует отношения с , покупает себе в убыток американскую нефть и на встрече с госсекретарем США Майком Помпео даже терпит слова последнего о том, что Белоруссия не является еще суверенным государством. Отдельные российские эксперты считают, что на белорусского лидера влияет его прозападное окружение — именно оно толкает Батьку на конфликт с Москвой, а, значит, нужно как-то это окружение уравновешивать.
Прозападное окружение, действительно, есть — тот же министр иностранных дел . Однако в Белоруссии все решения принимает исключительно Лукашенко. Он действительно развивает отношения с Западом — однако при этом четко осознает красную линию. Линию, до которой это развитие служит эффективным контрбалансом российскому влиянию и является демонстративным уколом Москве — но после пересечения которой начинается процесс самоликвидации режима Лукашенко. Белорусский лидер понимает, что первой жертвой ухода страны в западный лагерь станет сам Лукашенко — слишком самостоятельный и пророссийский для западных партнеров. Его уберут либо сразу через майдан, либо через размывание его власти западными НКО, которым он вынужден будет дать свободу на территории Белоруссии. Ни в какие сделки с Западом Лукашенко не верит — пример Каддафи был весьма показателен. Поэтому у него и нет иных вариантов, кроме как быть в связке с Россией — и в Москве это понимают.

Сыграл на обострение

Казалось бы, в этой ситуации у Белоруссии нет особых рычагов для того, чтобы продвигать свою позицию. Однако Лукашенко воспользовался занятостью российской дипломатии конфликтом с Западом и нежеланием Кремля устраивать открытые разборки с вроде как ближайшим союзником — белорусский президент регулярно переводил конфликты и споры в плоскость публичного конфликта. И Путин уступал, шел на поводу у шантажиста — вплоть до недавнего времени, когда чаша терпения российского лидера, судя по всему, переполнилась. Теперь Москва перешла во взаимоотношениях с Белоруссией на тактику монтера Мечникова — «Утром стулья (то есть углубление интеграции) — вечером деньги (скидки и субсидии)».
Подобная принципиальность Москвы поставила Минск в тупик. По идее, Лукашенко должен был сменить устаревшую переговорную тактику — однако он решил, что старая не работает из-за недостаточности революционного пыла. Поэтому Минск стал пытаться «качать» Москву — через публичные наезды на «Газпром», через намеки на укрепление связей с США и Китаем, и т.п. Однако Кремль стоял непоколебимо — утром интеграция, вечером субсидии. И теперь, по всей видимости, Батька решил еще больше повысить ставки — сделал Россию «заговорщиком» в рамках идущей в Белоруссии кампании перед выборами президента страны.
А кампания, действительно, интересная. Формально шансы Лукашенко победить крайне высоки. Считается, что популярность президента в обществе зашкаливает. Как все обстоит на самом деле, судить сложно — в Белоруссии давно не проводятся серьезные и заслуживающие доверия соцопросы на эту тему. Некоторые российские эксперты — например, замглавы  — уверены, что Лукашенко боится реальной кнкуренции и считает, что впервые может потерять власть. Поэтому Минск решил подстраховаться — с подачи администрации президента Белоруссии (а по-другому там кандидат и не выставится) к предвыборной агитации допустили два образцово-показательных жупела. Первый — условный «Демшизоид» в лице блогера Сергея Тихановского, который поддерживает Майдан и за которым стоят западные либералы. Второй — коллективный «Буржуин» в лице Виктора Бабарико, которого (в рамках сценарной роли) поддерживает российский олигархат. Соответственно, из Батьки создают национального лидера, который борется против радикалов и капиталистов. И за которого нужно проголосовать ради спасения страны.
Однако в какой-то момент «российские олигархи» превратились в «заговорщиков из Кремля», которые (отчаявшись победить законным путем) стремятся устроить переворот, сместить Батьку и поставить страну под власть России. Москву (не вмешивающуюся в выборы) такие обвинения удивили и даже разозлили — однако Батька пошел дальше. В рамках борьбы против «переворота» и ради спасения страны Лукашенко арестовывает Буржуина и фактически конфискует Белгазпромбанк, который возглавлял Бабарико и который на 98% принадлежал «Газпрому» и . После чего (взвинтив, по его мнению, ставки) заявил, что с «Путиным у него не искрит» и вообще все будет хорошо — то есть отправил в Москву сигнал о том, что готов деэскалировать ситуацию в обмен на скидки, субсидии, поставки энергоносителей по льготным ценам и т.п. О чем, по всей видимости, он и собирался вести диалог с Путиным 24 июня — на полях парада Победы.
И диалог состоялся. Лукашенко, по словам пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова, сделал очень много добрых заявлений о России. Однако, судя по последующим новым заявлениям о вмешательстве Москвы, уехал из Первопрестольной с пустыми руками.
Следующий подход к переговорному снаряду он, вероятно, совершит 30 июня — когда приедет в Россию на церемонию открытия мемориала советскому солдату подо Ржевом в Тверской области. И, если он примет приглашение (а на момент сдачи текста официального ответа Лукашенко на приглашение Москвы не было), то в ближайшие дни нас ждет новый поток заявлений и обвинений из Минска
Сейчас России предстоит сделать непростой выбор. Можно, конечно, пойти навстречу просьбе-шантажу Лукашенко и снова от него откупиться — однако в этом случае белорусский лидер уверится в собственной безнаказанности и в следующий раз пойдет на еще большие провокации. И пойдет не только он — примеру Белоруссии последуют другие страны постсоветского пространства, и, прежде всего, партнеры России по Евразийскому союзу.
Есть и другой путь — занять жесткую позицию, принудить Батьку отказаться от шантажа, и либо соглашаться на «Принцип монтера Мечникова», либо принять факт отказа Москвы от новых субсидий. Да, это чревато обострением отношений с Минском — однако Россия должна дать понять и Лукашенко, и другим друзьям, что больше не готова платить за устную дружбу и братство. Что если страны хотят российской помощи и субсидий, то они должны учитывать интересы России — как экономические, так и политические.
Слова Москву больше не устроят — она не готова больше платить за «дружбу и братство». Если же союзник хочет большего суверенитета, то это его право. Вот только он не должен забывать о том, что суверенитет — это еще и суверенное право самим содержать собственную экономику и решать собственные социальные проблемы.
Видео дня. Новый клип «Ленинграда» с Тетей Мотей раскритиковали
Комментарии 10
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео