Войти в почту

Научная дипломатия: помогут ли ученые политикам понять друг друга

В российско-американских отношениях давно существует мем, согласно которому Москва играет в политические шахматы, а Вашингтон — в покер или шашки. Российским СМИ такое противопоставление всегда нравилось как отражение нашего предполагаемого интеллектуального превосходства и, напротив, американской примитивности и склонности блефовать.

Помогут ли ученые политикам понять друг друга
© ТАСС

"Хуже, чем во время холодной войны"

Теперь, однако, выясняется, что даже если сравнение и обоснованно, ничего хорошего в подобной ситуации нет. Как сказал на днях на пресс-конференции в ТАСС научный руководитель Института всеобщей истории РАН Александр Чубарьян, в нынешней реальной политической жизни нередко кажется, что наши страны "никак не могут договориться ни о чем вообще", поскольку играют то ли "на досках с разным количеством клеток", то ли просто "разными колодами карт".

В результате, на его взгляд, нынешняя ситуация "хуже, чем во время холодной войны", когда хотя бы имелись общие, признаваемые обеими сторонами "правила игры".

Схожие впечатления и у других специалистов. Проректор по научной работе Московского государственного института международных отношений (МГИМО) Евгений Кожокин ответственно заявил, что, на его взгляд профессионального историка, сейчас наступает "действительно новый период", при котором размываются границы между правдой и вымыслом. Сложилась целая концепция "политической жизни в эпоху после правды" (post-truth politics), о которой кое-кто на Западе говорит чуть ли не с гордостью. "И даже в рабочем дипломатическом диалоге за закрытыми дверями становятся возможными ситуации, при которых одна сторона опирается на факты, а другая — на альтернативную реальность, почерпнутую из интернета", — пояснил он.

Вследствие этого "происходит разрушение дипломатии". А это, как предупредил Кожокин, "действительно опасно" и даже "страшно", поскольку в отсутствие дипломатических решений действовать начинают "люди другой профессии — военной". "А мы, между прочим, как жили, так и живем в ядерном мире", — напомнил специалист.

"Послы мира"

Его коллега Федор Войтоловский, возглавляющий академический Институт мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) им. Е.М. Примакова, считает, что в сложившейся ситуации на помощь дипломатам могут прийти ученые. В отличие от дипломата, связанного официальной позицией своего государства, "ученый — в определенном смысле человек безответственный", с улыбкой сказал он. И добавил, что "это дает на самом деле очень большие преимущества", потому что исследователям из стран с трудно складывающимися отношениями ничто не мешает "обсуждать и самые острые, самые болезненные темы".

Кстати, и Чубарьян говорил о том, что "ученые — лучшие послы мира". По его словам, эту фразу ему подарил старый друг, "профессор из Мюнхена". А от себя он ее проиллюстрировал рассказом о том, как даже в нынешнее непростое время продолжает работать с западными партнерами: ждет в ближайшие дни в гости ученых из Литвы, отмечающих столетие ее государственности; том за томом выпускает с поляками совместный учебник истории; обсуждает с постоянным секретарем Французской академии Элен Каррер д’Анкосс ее новые размышления о России и Владимире Путине. Между прочим, эту публикацию в газете Le Figaro знаменитая француженка, по ее словам, "пробивала" около двух месяцев.

Повод для дискуссии

Поводом для встречи с журналистами и всей этой дискуссии послужило предстоящее в мае в Москве годовое собрание Глобального исследовательского совета (Global Research Council, GRC). Это ассоциация ведущих организаций мира, финансирующих фундаментальную науку. Один из высших постов в ее руководстве занимает глава Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) академик Владислав Панченко.

По его словам, право проведения форума было предоставлено РФФИ по итогам конкурсного отбора, причем "не с первого раза". В прошлом году в Оттаве собирались представители примерно 50 организаций и фондов со всего мира. В Москве, как ожидается, охват будет шире. В частности, должны прибыть руководители научных исследовательских фондов из Германии, Китая, США, Японии и других стран.

Для обсуждения намечены две основные темы: научная дипломатия и правильная организация экспертизы проектов. Актуальность их в нынешней ситуации признается профессиональным сообществом во всем мире.

Ну а скорый слет именно в российской столице и сам по себе служит подтверждением того, что ученые нацелены на продолжение и развитие взаимодействия. В этом вполне можно видеть успех той самой научной дипломатии.

Факты по вере

На пресс-конференции подобные оценки давали все гости нашего агентства. Признаюсь, мне было не только интересно, но и приятно их слушать, поскольку они касались самых важных для меня тем. Например, прямое противоборство правды и вымысла было для меня повседневной реальностью на протяжении многих последних лет работы в Вашингтоне.

Другое дело, что там, как правило, именно меня обвиняли в том, будто я отстаиваю "фикции", а обладание "фактами" американцы считали собственной прерогативой. И переубедить их было невозможно. В результате у меня сформировалась стойкая уверенность в том, что люди вообще подбирают себе факты по вере, а не наоборот. Как шутил один мой американский знакомый, "не приставайте ко мне со своими фактами, я уже все для себя решил".

И кстати, подобно директору ИМЭМО, я тоже считаю, что профессиональные дипломаты — одни из самых несговорчивых людей на свете. Они ведь в подробностях знают как свою позицию, так и чужую. Умеют атаковать чужие слабости и маскировать свои. И именно поэтому, на мой взгляд, никогда и ни о чем не договорятся, пока им сверху не скажут: кончайте препирательства, пора поладить. А вот тогда все сразу становится возможным.

Хороший пример

Между прочим, слово "поладить" — из лексикона действующего президента США Дональда Трампа, он его только что вновь повторил на встрече с японским премьером во Флориде. И все мы ждем, когда оно наконец из сотрясения воздуха превратится в руководство к действию. Предпосылки для этого есть.

Известно, что в недавнем телефонном разговоре с Путиным Трамп приглашал российского лидера к себе в Вашингтон. Кстати, предлагал в ходе такого визита сразу договориться и о следующей встрече, поскольку очевидно, что тем для обсуждения сейчас хватает с избытком.

Один очень знающий и опытный человек, с которым я это обсуждал, напомнил, что и при Джордже Буше — младшем США поначалу действовали в отношении России весьма агрессивно. Не обошлось и без массовой высылки дипломатов из-за дела Роберта Ханссена — агента ФБР, арестованного в феврале 2001 года по обвинению в шпионаже в пользу Москвы. Тем не менее вскоре состоялась встреча на высшем уровне в Любляне, на которой лидеры России и США сумели найти общий язык.

Как достучаться до политиков

Но все же такой антироссийской истерии, как нынешняя, в Вашингтоне и других западных столицах тогда и близко не было. И я спрашивал ученых, что, на их взгляд, можно сделать, чтобы политики и дипломаты с обеих сторон вновь научились слушать и слышать друг друга. Признавать не только собственные, но и чужие наборы фактов.

Однозначного ответа мне никто не дал. Чубарьян рассказал о прошлогоднем приезде полутора десятков молодых американских историков на мероприятия, посвященные 100-летию революции в России. Они поработали в архивах, написали статьи, которые теперь войдут в сборник на русском и английском языках.

Войтоловский и Кожокин привели собственные примеры сотрудничества, включая скорые Примаковские чтения. Подчеркнули, что сейчас ценно все, что способствует стабилизации отношений между Россией и Западом.

"Вот если ее добиться, это и будет победа", — заявил проректор МГИМО.

А в РФФИ мне сказали, что подумают над вопросом о том, как придать наибольшую гласность и весомость решениям предстоящего московского форума GRC.

На нем, кстати, ожидается выступление одного из современных корифеев научной дипломатии — француза Пьера-Бруно Руффини. Вот его и спросим о том, как помочь России и Западу поладить или хотя бы "сесть за общую шахматную доску", тем более что он в свое время работал в посольстве своей страны в Москве.