В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

о противостоянии политических сил после трагедии в порту Бейрута

«У (у кого, в общем, как ни у неё, создавшей весь этот клубок хитросплетений изначально) есть план нового политического переустройства , который выдвинул «антикитайский клуб». Его и озвучил во время своего последнего визита».

Недавний взрыв в и экстренный визит туда президента Франции Эммануэля Макрона был важным не только потому, что Франция вдруг вспомнила о своём былом имперском величии и бывшем мандате на Ливан.

Видео дня

Самым, пожалуй, интересным стало то, что Франция — впервые за многие годы — публично выступила против , так как именно она была главным европейским «лоббистом» этой шиитской военно-политической организации. В 2007 году, когда президентом стал Саркози, он пригласил делегацию из «Хезболлы» в Париж, в 2019-м сам Макрон на встрече с президентом Салехом сказал: «Не нам решать, какие ливанские партии являются хорошими, а какие плохими».

И вдруг 6 августа, после того как взлетел на воздух бейрутский порт, Макрон в ливанской столице обнимает простых людей из толпы, и камеры журналистов останавливаются на громче всех кричащей несчастной женщине: «Это наше правительство виновато, оно губит нашу страну. Это не политики, а полевые командиры, а вы всегда садитесь с ними за стол переговоров. Как так можно? Кто подумает о нас?!»

Макрон берет её за руку и сочувственно произносит: «Этого больше не будет. Я здесь, чтобы помочь вам».

После отъезда Макрона, полного ярости, как разгневанный Аполлон, посыпалось как карточный домик ливанское правительство — один министр за другим. И в конце концов подал в отставку премьер-министр . Печальный президент молчаливо принял отставку, лишь попросив временно исполнять обязанности — до формирования нового правительства. Диаб был компромиссной фигурой, одобренной «Хезболлой» на пост полгода назад, равно как одобренный «Хезболлою» же и президент Аун. По-другому здесь пока быть не может.

И именно против одобренного «Хезболлой» правительства восстали Франция, Европа и , которые требовали от Ливана реформ, аудита Ливана и многого другого, на что «Хезболла» не дала зелёный свет ни правительству, ни президенту (последний, кстати, как и генсек «Хезболлы», против международного расследования взрыва в порту).

«В Ливане есть один человек, который контролирует страну, — это Хасан Насралла, — говорит в интервью Le Point один из подавших в отставку депутатов Надим Гмайель. — Чтобы избрать президента или назначить премьер-министра, вам нужен зелёный свет и разрешение Хасана Насраллы».

Французские медиа освещают визит Макрона в Бейрут так: «Геракл Макрон против «Хезболлы», «Чтобы очистить авгиевы конюшни ливанской политики, президент республики сталкивается с грозным противником», «Новый президент Ливанской Республики». Неплохо, конечно. И знакомо: во Франции много проблем, в том числе «жёлтые жилеты», а в апреле 2022-го — президентские выборы, которые Макрон, очевидно, хочет выиграть. Тема #ЛиванНаш, возвращение Французской Республики влиятельным игроком на Ближний Восток — это, безусловно, красивая тема. Но по зубам ли она Макрону?

Оглянемся немного назад, чтобы потом вновь вернуться в наши дни и в бейрутские кварталы. Вспомним, что если в арабском суннитском мире самым влиятельным игроком была Британская империя (помашем рукой Лоуренсу Аравийскому) и англосаксонское влияние до сих пор колоссально среди монархий Персидского залива, то на шиитском поле играла как раз Франция.

С 1920 по 1943 год Ливан находился под французским мандатом, и именно французы отстроили современное ливанское государство и создали Конституцию Ливана, по которой президент всегда — христианин-маронит, премьер — суннит, а спикер парламента — за шиитами. (Против этой системы национальных квот и, в общем, против той сектантской Конституции воюют сегодня заодно разные политические силы).

Не забудем и о том, что самый большой подарок иранцам устроила также Франция, отправив 1 февраля 1979 года из Парижа рейсом аятоллу Хомейни, который возглавил Исламскую революцию и пустил кровь светскому проамериканскому режиму шаха и вообще всей светской модели иранского государства. (Из всех мировых держав именно Франция получила лучшие преференции при режиме Хомейни и далее: Peugeot, , и прочие многие годы в отсутствие конкурентов чувствовали себя в исламской республике прекрасно). А в 1982-м в Ливане, оценив потенциал шиитского большинства, Тегеран создаёт «Хезболлу», которая даёт Ирану уникальные возможности: выход к Средиземному морю и контроль фронта с Израилем.

Франция не только участвовала в создании иранских диаспор по всему миру, периодически позволяя иранскому режиму (и той же «Хезболле») дотягивать длинные руки до именитых иранских же политических эмигрантов, наивно скрывающихся от «режима аятолл» во Франции, но и яростно, до последнего защищала «политическую ветвь «Хезболлы».

В общем, шиитская тема Франции знакома очень хорошо, и, возможно, любовь к собственному детищу мешала биться с ним всерьёз. Ну, тут как у Шварца: победивший дракона сам становится драконом.

Сегодня бьётся с США по поводу «Хезболлы» на предмет включения её в список запрещённых организаций, делая пока скорее символическую уступку Вашингтону и Тель-Авиву в виде внесения в перечень запрещённых организаций её политического крыла.

В сентябре 2019-го бывший посол США в Германии, а ныне советник Трампа призвал Германию запретить политическую активность шиитского движения на своей территории. Для этого в колонке в авторитетной Die Welt он обратился к самым высокопоставленным читателям газеты.

30 апреля 2020-го деятельность «Хезболлы» была полностью запрещена на территории Германии. Министр внутренних дел Германии отчитался перед мировым сообществом показательными рейдами, прошедшими синхронно на рассвете в нескольких городах страны. Несколько сотен полицейских нагрянули в три берлинские мечети, мечеть Аль-Ишрад в Бремене, Мюнстер, а также в центр «ливанских эмигрантов» в Дортмунде. Власти Германии оценили количество активистов «Хезболлы» на территории страны в 1000 человек. Израильский эксперт по Ближнему Востоку пишет, что «активисты «Хезболлы» использовали суперсовременный порт Гамбурга как свою базу и торговали наркотиками и оружием с целью финансирования «Хезболлы» в Ливане».

Глава израильской дипломатии приветствовал решение Германии: «Это очень важное решение, значительный шаг в глобальной борьбе с терроризмом», — сказал он, выразив «глубокую благодарность правительству Германии».

Почти все немецкие города, где полиция проводила рейды, находятся в Западной Германии, рядом с гамбургским и нидерландскими портами — словом, с выходами к морю.

Примеру Германии последовала Австрия.

«Хезболла» стала государством в государстве с момента убийства в 2005 году премьер-министра , сюзерена Саудовской Аравии и большого друга . В 2016-м «Хезболла» назначила главу основной христианской партии президентом республики. В 2018-м она заняла верхнюю позицию в парламенте и манипулировала премьер-министром Диабом до 10 августа. Она сильнее всех служб национальной безопасности. Она контролирует порт, аэропорт, сухопутные переходы с Сирией», — пишет Люк де Бароше (Luc de Baroshez), обозреватель авторитетного французского политического еженедельника Le Point.

23 июля 2020 года Бейрут посетил глава французского , который остался недоволен тем, что «Хезболла» заблокировала требуемые европейцами реформы (об этом я писала в прошлой колонке), и прочитал политической элите Ливана гневную проповедь — образчик риторического искусства. В это самое время Иран, стоящий за «Хезболлой» и вылетевший с орбиты французского влияния, демонстративно провозглашает подписание стратегического военно-экономического партнёрства с Китаем на 25 лет (обмороки в Белом доме: с Ираном и «Хезболлой» вся шиитская ось уходит под китайский протекторат!).

4 августа 2020 года взлетел на воздух морской порт Бейрута. 2750 тонн аммиачной селитры уничтожили базовую инфраструктуру Ливана (и не только). Вчера The Wall Street Journal вскрыл новые подробности взрыва: оказывается, он уничтожил почти все запасы продовольствия в стране, потому что именно на территории порта находились зернохранилища, в которых содержалась большая часть запасов пшеницы, а через бейрутский порт прибывало 85% импорта продовольствия.

Так что у «Хезболлы» — самой влиятельной военной и политической силы страны — буквально выкручены руки: кроме американских санкций, европейцы бьют по европейской же инфраструктуре организации, а трагедия в порту Бейрута ставит весь Ливан и миллионы его жителей под угрозу голода и жесточайших голодных бунтов.

У Франции (у кого, в общем, как ни у неё, создавшей весь этот клубок хитросплетений изначально) есть план нового политического переустройства Ливана, который выдвинул «антикитайский клуб». Его и озвучил Макрон во время своего последнего визита.

Месяц голодных бунтов (до сентября) должен усадить «Хезболлу» за стол переговоров. Азарт Макрона понятен: в случае успеха в Ливане он получит переизбрание во Франции.

Если учесть, кто стоит сегодня за «Хезболлой», назовём предстоящее битвой титанов.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.