Ещё

Положение РСФСР. Контекст советского контрудара по Польше в июне-июле 1920 

Положение РСФСР. Контекст советского контрудара по Польше в июне-июле 1920
Фото: ИА Regnum
Экономическое положение Советской республики было тяжелейшим. Угрозу топливной катастрофы удалось снять, но кризис оставался и был очень серьезным. В январе 1920 года добыча угля в Донецком бассейне составила всего 14 тыс. пудов, и вплоть до сентября (26 тыс. пудов) так и не достигла уровня января 1919 года. То же наблюдалось и с уровнем добычи нефти в Бакинском районе. Потребление каменного угля составило в 1920 году 27% от уровня 1913 года (467 против 1738 млн пудов), а нефти в 1920 году составило 40% от уровня 1913 года (243 против 554,8 млн пудов).
Разумеется, это не могло не сказаться на общем положении промышленности. Крупная и кустарная промышленность практически перестали обеспечивать рынок товарами широкого потребления в 1912 их было произведено на 2 млрд руб., в 1920 — на 250 млн Часть кустарных промыслов исчезла, сельское хозяйство практически утратило связь с городом. При обеспечении потребностей деревни в товарах города на уровне 12% крестьянство стало тяготеть к экономической автаркии. Число рабочих в 1920 году составило 1273,3 млн чел. — 53% от уровня 1917 года, выплавка чугуна сократилась в 10 раз, производство паровозов в 7 раз, вагонов — в 24 раза. Вооруженность железнодорожного транспорта подвижным составом резко упала, при этом нагрузка на железную дорогу резко увеличилась.
В 1918 году было перевезено 5787 воинских и 1150 грузовых воинских эшелонов. В 1919 году было перевезено 10 299 воинских и 2160 грузовых воинских эшелонов, в 1920 году — 17 582 воинских и 3423 грузовых воинских эшелона. Средний пробег эшелона в 1918 г. составил 750 верст, в 1919 г. — 1250 верст, и в 1920 гг. — 1,5 тыс. верст. В среднем эшелоны пребывали в дороге 3 суток в 1918 г., 5 суток в 1919 г. и 6 суток в 1920 году. Среднесуточная скорость в 1920 году равнялась приблизительно 250 верст (то есть чуть более 10 верст в час — очень низкий показатель). В январе 1920 года на 100 верст железной дороги приходилось всего 8 локомотивов (против 27 в январе 1916 г.), в сентябре 1920 года разного рода ремонт был необходим 55,4% паровозов (из них 19,6% полный), в то время как в ремонте находилось 45,1% (из них в 6,4% в полном). Даже война на одном фронте требовала исключительно высокого напряжения сил. Обеспечив свой глубокий тыл на Дальнем Востоке, получала возможность начать подготовку к борьбе с . Увеличился поток воинских эшелонов на Западный фронт. Если в марте их было 83, то в апреле уже 203.
Уступчивость РСФСР и невыгодная для неё международная обстановка — все это лишь убедило Пилсудского в слабости Советской . В возможности своей армии и в ее превосходство он верил абсолютно и поэтому не нуждался в мирном решении. «Мы предлагали Польше немедленное перемирие на всем фронте. — Писал 29 апреля 1920 г. Троцкий. — Но на свете нет буржуазии, более жадной, развращенной, наглой, легкомысленной и преступной, чем шляхетская буржуазия Польши. Наше честное миролюбие варшавские авантюристы приняли за слабость». Свою роль сыграла и международная поддержка. Кампания 1919 года закончилась победами Польши в Восточной Галиции, , , Полесье и на Волыни. Это, безусловно, провоцировало аппетиты местных ястребов, хотя некоторые польские политики предупреждали, что сил для достижения границ 1772 года, о восстановлении которых мечтал Пилсудский, не хватит.
Польские планы до начала июня 1920 развивались успешно. Так, во-всяком случае, могло показаться. Главные силы были собраны на , в начале наступления противника действовало 36 тыс. пилсудчиков и 4 тыс. петлюровцев. Юго-Западный фронт в апреле был фронтом по названию — в его составе числилось 15 тыс. чел. Это и обусловило успехи наступавших. После перехода двух галицийских бригад на сторону поляков число бойцов армии Петлюры выросло до 7 тыс. чел. Петлюра и Евген Коновалец обещали Пилсудскому восстание на всей территории Украины. Оно так и не началось. Юго-Западный фронт после отступления и оставления спешно усиливался войсками. Для сравнения стоит напомнить — в РККА в это время служило не менее 500 тыс. украинцев. Контрнаступление Красной армии началось 5 июня. Польская армия начала отступление, которое вскоре начало напоминать бегство. Управление войсками на ряде участков было утеряно. Вместе с воинами Пилсудского бежали и бойцы Петлюры. Примерно через месяц после оставления Киева и потери поляки сумели приостановить наступающих на Правобережной Украине. В 23.00 4 июля был взят внезапным для его польского гарнизона ударом, но пришедшие в себя поляки сумели организовать контрудар. 7−10 июля разгорелись встречные бои, в ходе которых город несколько раз переходил из рук в руки.
В Ровно были захвачены значительные трофеи, полськое командование не справилось с эвакуацией складов. Но с другой стороны недостаточное качество связи и частая смена задач перед 1-й Конной привели к срывы планов окружения 3-й польской армии. Полякам удалось на время приостановить движение Юго-Западного фронта, его ударная сила — кавалерия все чаще использовалась как ездящая пехота. Конница все чаще сталкивалась с подготовленными позициями, которые приходилось преодолевать, спешиваясь, борясь с колючей проволокой и пулеметами. Возможности маневра не было. Прорыв 1-й Конной был остановлен, но вскоре этот успех поляков сошел на нет.
4−7 июля Западный фронт вновь начал наступление. Прорыв состоялся. Для действий на коммуникациях противника был направлен 3-й Конный корпус под командованием Г. Д. Гая — 4100 сабель, 700 штыков, 28 орудий и 78 пулеметов. В результате и в Белоруссии польские силы потерпели поражение. В тылах армии противника началась паника. Только слухи о приближении красной кавалерии подчас вызывали бегство с занимаемых позиций. Впрочем, полного развала не было. Поляки в целом сохранили порядок и пытались оказывать сопротивление при отходе. По планам операции корпус Гая должен был пройти в 4 дня 160 км., в среднем его дивизии должны были ежесуточно проходить от от 40 до 45 км., и выйти к Свенцянам, оседлав пути отхода польской армии. Кавалерия вела действия в весьма тяжелых условиях, в лесах и дефиле Белоруссии ей часто трудно было развернуться, дороги и мосты были разрушены.
Болота и леса, многочисленные озера и немногочисленные дороги — все это сужало возможности маневра и облегчало задачи обороны для заслонов, которыми прикрывались поляки. В этих условиях корпус поначалу ежесуточно проходил по 25−27 км., и в результате Гай действовал не в тылу, а на флангах отступавшего польского врага. 11 июля был взят Минск, к Свенцянам корпус вышел не на четвертый, а на седьмой день преследования, после чего перед ним была поставлена задача взятия Вильно. Красная армия овладела городом 14 июля. В Белоруссии и Литве, как и на Украине, полякам удалось избежать окружения. Они уходили, бросая материальную часть и по возможности выводя личный состав. Войска Западного фронта понесли значительные потери при прорыве фронта противника. В некоторых частях они доходили до 40−60%. Наступавшие войска испытывали острую нужду в боеприпасах (обеспеченность на 55−60%), инженерным имуществом (на 40%), транспортом (на 35%). Положенние со снабжением обмундированием и обувью также было весьма тяжелым — ВЦИК призывал бойцов Красной армии бережнее относиться к своим сапогам, гимнастеркам и шинелям.
У поляков таких проблем не было. Их снабжала англо-франко-американская коалиция. Правда, теперь перед польскими войсками возникла другая опасность. 11 июля командующий Юго-Западным фронтом А. И. Егоров отдал приказ о наступлении на Брест, навстречу войскам Западного фронта. Перед войсками Пилсудского вставала угроза окружения. Некоторым разбитым польским и петлюровским частям удалось найти убежище в Румынии, к границе с которой на большом протяжении стали опять выходить советские войска. В связи с опасностью расширения конфликта 20 июля командование Юго-Западного фронта категорически запретило переход линии Днестра или какие-либо враждебные действия по отношению к румынам. «Поведение наших войск, — говорилось в приказе, — не должно давать повода к обвинению нас в агрессивных намерениях против Румынии». Во время разгрома польской армии крайне обострились пограничные споры на северно-восточных, западных и юго-западных границах Польши.
После освобождения Вильно из состояния нейтралитета вышла Литва, претендовавшая на древнюю столицу Великого Княжества Литовского. Литовские войска начали захватывать спорные территории, но уклонялись от сотрудничества с Красной армией. Литовцы выступили как нельзя вовремя — их небольшие с