Магомед Толбоев: «Развитие авиации не остановить!» 

Магомед Толбоев: «Развитие авиации не остановить!»
Фото: Мир новостей
Ведь Магомед Омарович не стал бы человеком-легендой, если бы не болел душой за дело, за решение многочисленных проблем как на земле, так и в небе.
Первый заместитель главного редактора «Мира новостей» Андрей Авдонин встретился с героем. Разговор собеседники начали с главного — с обсуждения Международного авиационно-космического салона (МАКС).
МАКС — НА РАВНЫХ С САЛОНАМИ И 
— Магомед Омарович, вы — один из основателей авиационно-космического салона — МАКС — и через год будете проводить очередной, 15-й по счету, салон. Он, как всегда, пройдет в подмосковном . Чем мы удивим мир?
— А мы удивляем его постоянно, во многом уже обходим салоны Франции и Англии. Мы готовили наше лидерство еще с далекого 1992 года, когда впервые провели «Мосаэрошоу», такое важное зачетное мероприятие. И вот после его успеха приняли решение интегрироваться в систему международных авиакосмических салонов.
Только по одному желанию туда было не войти. Началась многолетняя кропотливая работа. Так мы пришли к тому, что можем на равных сражаться с салонами уровня и даже в чем-то превосходить их. Кто побил наш рекорд на , который посетили свыше 660 тысяч человек? Никто! На Западе максимум 2 тысячи посетителей набирается, да и смотровые площадки не превосходят 50х70 метров.
Или вот участвовал я в 2013 году в авиасалоне в Эмиратах — богатейшая страна, организация на высшем уровне, все блестит-сверкает, но посетители — только чиновники, почетные гости, и ни одного рядового зрителя.
У нас, например, «Мострансавто» обеспечивает бесплатную перевозку всех посетителей МАКСа, автобусы курсируют по нескольким маршрутам каждые 2-3 минуты, а дети до 14 лет, пенсионеры, ветераны авиации и космоса посещают мероприятие бесплатно. А в той же Франции билет стоит 17 евро!
на открытии МАКС-2019 отметил, что наш авиакосмический салон и дальше станет укреплять свои «позиции авторитетной площадки делового общения, обмена идеями и заключения взаимовыгодных контрактов». А наш президент человек дела, среди всех руководителей государств он отличается оперативным принятием решений и действенным их исполнением. С таким президентом наша отрасль обязательно будет развиваться!
— Мы с вами находимся в институте имени Громова, здесь зарождались все космические разработки — это история, глубочайшая история советской и российской авиации. Вы, в частности, были активным участником исторической программы «Энергия-Буран»…
— Да, говорят, она стала последним «техническим подвигом» Советского Союза, увы, это горькая правда. Нас было 12 летчиков-испытателей пилотируемого аналога «Бурана» — БТС-002 ОК-ГЛИ, звали нас «Волковской дюжиной» по фамилии командира отряда, летчика-космонавта СССР .
— Славная была эпоха?
— Несомненно, а сегодня мне кажется, мы последние из могикан мечты о полетах «все выше и выше…». Я летаю на всем, что держится в воздухе: на параплане, легкомоторном самолете, на боинге, на парашюте, на Су… Но таких, как я, остались единицы, даже летчиков-испытателей уже почти нет. Я пришел в отрасль в 30 лет, теперь почти 70, и вот стою один.
Я СКАЗАЛ: «НЕ НАДО „ВОЛГУ“!»
— Вы удостоены множества высоких наград. Это важно для жизни — награды и звания?
— Если они действительно заслужены, то, конечно, это же мотивирует человека к достижениям! Я первый сказал президенту еще в 2003 году, что звание «Герой Труда» надо восстановить, мы же не американцы, мы — русские, и у нас свое восприятие.
Я хотел бы подчеркнуть величие духа нашего народа: мы работаем не ради сиюминутных прибылей, как на Западе, а ради успехов, процветания страны. Вот у меня за полет «Бурана» орден, а ведь тогда меня поставили перед выбором: или автомобиль «Волга», или орден. Я сказал: «Не надо „Волгу“! А орден — это не предмет моей личной гордости, это честь и слава страны, которая добилась такого великого успеха». И меня наградили орденом Трудового Красного Знамени!
— Магомед Омарович, нам обещаны скорые освоения Луны, Марса, хотя сейчас у нас даже в авиации проблемы…
— А как будем в космос летать, если ничего нет? Вот, дескать, «для развития аэропорта в Жуковском» хотят построить грузовой терминал, тоннель, а на деле людям, задумавшим эту перестройку, просто нужны земли! А здесь ведь почти вся история нашей авиации, тут кабинет дважды Героя Соцтруда , тут сам все тропинки прокладывал. Здесь не грузовой терминал, а вся наша авиакосмическая история, слава наша. И я ее стараюсь сохранить, как доктор наук, как профессор. А у этих горе-перестройщиков одна страсть — раздербанить, распилить.
Многие из тех, с кем мы боремся за сохранение наработанного потенциала, и читать-то не всегда умеют. Зато умеют грамотно «ходить куда надо». А мы работаем, мы в этом году заработали 3,5 миллиарда рублей, мы не ходим по кабинетам и не интригуем, мы делаем научное, тематическое и практическое сопровождение авиакосмических разработок. Это ракеты К-105, К-155, К-205…
— Но если вашу территорию заберут под развитие аэропорта Жуковского, как они это понимают, то вам не дадут работать?
— Это воронье, которое слетается на наши земли, хочет убить нас. Но я, даже если и останусь один, буду бороться. Нельзя допустить, чтобы русская гражданская отрасль авиастроения была уничтожена на корню! Она ведь сейчас и так больна. А тут нам эти погосяновские «Суперджеты» подсунули, даже русское название не могут придумать, тьфу! Миллиарды ушли, и миллиарды им еще подавай. И где Погосян? Хорошо отдыхает — ректор ! Почему-то он хороший, а мы все плохие. Это больно, очень больно!
А ведь еще совсем недавно мы опережали всех! У нас же вся линейка самолетов — от Ан-2 до Ан-124… И что сейчас? Мы уже готовы у Румынии покупать, а ремонтируем в Белоруссии, будто Россия уже ничего не может. Вот удивительно, да? А где наши летчики-испытатели? Нет… Как и новых самолетов гражданских.
РУССКУЮ ШКОЛУ САМОЛЕТОСТРОЕНИЯ ЕЩЕ НИКТО НЕ ОБОШЕЛ
— А как же МС-21?
— Это совсем другой самолет, главный конструктор — , честь имею! Олег, он упертый, он не сломается и не будет кланяться направо и налево. А у МС-21 большие перспективы, он перекрывает два направления — среднемагистральное и дальнемагистральное.
Вообще в мире, что касается самолетов, до сих пор есть только две страны технологически равноценные — Россия и США.
— А разве хуже в этом смысле Китай?
— Китай живет на уровне 1959-1966 годов, все, что у них в этом направлении есть, — это наши технологии. У Китая нет ничего нового. Почему? Да потому, что мысль здесь живет у нас, в светлых головах наших теоретиков, конструкторов, изобретателей и практиков. Русская школа конструирования, самолетостроения, ракетостроения остается непревзойденной.
— И какова же наша основная конструкторская фишка на сегодня?
— А мы этого и не скрываем — это гиперзвук, это гиперзвуковое оружие, мы начали разработки еще в 1977 году. Вот перед вами испытатель, который может летать на 17 махах…
К гиперзвуковым гражданским самолетам мы пока только идем — там свои требования, связанные с удобствами пассажиров. А вот боевые самолеты — пожалуйста, нет вопросов. И серьезные разработки продолжаются.
— Магомед Омарович, а вот разрабатываются микросамолеты со складными крыльями, чуть ли не летающие машины. На какой стадии их развитие?
— Есть летные образцы, на которых сел на шоссе, сложил крылья и поехал. Я их испытывал и готов дальше испытывать. Но дело в том, что есть такие самолеты, но нет покупателя!
Обидно, что у нас никто ни за что не отвечает, вот кто в РФ отвечает за развитие гражданской авиации? Министр транспорта мне говорил, мол, отношения не имею, тогда кто?
И все-таки мы продолжаем работать, и я продолжаю верить, что развитие российской авиации, космической программы не остановить никому!
Видео дня. Российские чиновники избирательно подключают газ в Париже
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео