В российской строительной отрасли вырос спрос на знания

Пандемия коронавирусной инфекции при всем своем негативном влиянии на экономику и жизнь тем не менее приучила и отдельных людей, и коллективы предприятий и организаций оперативно приспосабливаться к меняющимся обстоятельствам. Конечно, есть профессии, представители которых по умолчанию не могут работать удаленно, в том числе строители, занятые непосредственно на стройплощадке. Но, например, проектирование объектов и экспертизу проектно-сметной документации при соответствующем техническом обеспечении можно проводить дистанционно. Но будет ли в этом случае работа эксперта полноценной? С такой темы мы начали беседу с начальником Главгосэкспертизы .
В российской строительной отрасли вырос спрос на знания
Фото: Российская ГазетаРоссийская Газета
Игорь Евгеньевич, насколько пандемия повлияла на работу Главгосэкспертизы за последнее время, чему научила экспертов и какой полезный опыт приобрело ваше ведомство?
Игорь Манылов: Институт строительной экспертизы перешел к оказанию услуг в электронной форме задолго до пандемии коронавируса: Главгосэкспертиза - в 2016 году, организации государственной экспертизы - в 2017-м, большая часть негосударственных экспертиз - в 2018 году. И даже дистанционный формат работы в какой-то форме в Главгосэкспертизе был уже налажен - между центральным аппаратом и региональными офисами. Так, когда тот или иной проект загружается в информационную систему, она "раздает" работу в зависимости от степени загрузки экспертов и без привязки к месту их нахождения. При этом несколько специалистов, находящихся в разных местах, могут получить доступ к данным и работать с ними одновременно, не мешая друг другу. Так что процесс удаленной работы был у нас отлажен, хотя при этом специалисты все-таки находились на своих рабочих местах.
Экспертиза сегодня работает как система управления знаниями, так ее воспринимают заказчики
Когда началась пандемия и был объявлен режим самоизоляции, единственная сложность возникла только с переводом рабочих станций домой к экспертам и другим сотрудникам. Но и здесь мы довольно быстро справились: "переезд" оборудования занял не более трех-пяти дней. Люди и в центральном офисе, и в филиалах были к этому готовы. Немного пришлось изменить организационную схему работы, но технически все прошло без сбоев. В итоге мы получили интересный эффект: казалось бы, пребывание дома мешает настроиться на рабочий ритм, но в действительности наши специалисты стали работать больше, и мы фиксируем рост производительности труда. Наша система позволяет видеть, кто и когда подключился к работе, сколько времени проводит в системе, сколько времени уходит на тот или иной объект. Большинство наших сотрудников включает компьютер чуть ли не с восьми утра, и до позднего вечера они вовлечены в рабочие процессы. Эксперты работают, заключения выдаются, непосредственно в Главгосэкспертизе России принято в работу уже более 1500 объектов. Кроме того, 1300 рабочих станций обеспечивают аудио- и видеосвязь как внутри Главгосэкспертизы, так и с нашими партнерами и заявителями: количество конференций, общения с клиентами увеличилось больше чем в четыре раза, - в нашей системе объединенных коммуникаций проводится около 12 000 рабочих конференций в месяц, что в шесть раз превышает показатели до пандемии. Рабочий процесс идет буквально в режиме нон-стоп.
И эта практика оперативного перехода к дистанционному формату работы при сохранении качества и объемов оказываемых услуг, а также полного соблюдения сроков показала правильность курса на цифровизацию, принятого в отрасли, и того, что сокращение материальных и бюрократических издержек повышает эффективность работы.
То есть работа эксперта с проектом в удаленном режиме вполне полноценна?
Игорь Манылов: Разумеется, ведь наши эксперты не находятся на строительной площадке. Они работают с проектно-сметной документацией. Соответственно, дистанционный формат работы для нас вполне приемлем, и в той или иной степени он будет продолжен. Мы сейчас полностью переосмысливаем технологии работы и в рамках подготовки к снятию всех ограничений готовим решения по новой компоновке офиса, распределению функций, нагрузки между экспертами.
Какие проекты были начаты или завершены удаленно?
Игорь Манылов: Во время режима самоизоляции наши эксперты закончили работу над проектами строительства берегоукрепительных и гидротехнических сооружений по заказу и большого количества социально значимых объектов для этого региона. Причем работа над этими проектами попала и на так называемый карантин, и на майские праздники, так как откладывать ее было нельзя. Наши специалисты постоянно были на связи с представителями заказчика, проектировщиками - не только из Иркутского региона, но и из других. И все успели вовремя сделать. Примечательно, что количество объектов, заключения по итогам рассмотрения проектов которых мы выпустили с апреля до середины июня, даже увеличилось в сравнении с предыдущими годами. Так что работа не останавливалась ни на миг.
Мы начали разговор с упоминания о пандемии и программе цифровой трансформации. Эти процессы как-то отразились на алгоритме работы с заказчиками?
Игорь Манылов: Наш контактный центр работает круглосуточно: сюда звонят, сюда присылают электронные сообщения, все обрабатывается онлайн независимо от времени обращения и места нахождения клиента. Это, кстати, здорово разгружает экспертов, поскольку раньше многие пытались "достучаться" до эксперта, чтобы решить какой-то организационный вопрос или узнать, как представить дополнительный документ. Сейчас работу с такими вопросами взял на себя контактный центр.
Со всеобщим переходом на цифровизацию плохо проектировать в принципе будет сложно
Вторая новация в работе с заказчиками связана не столько с цифровизацией, сколько с задачей повысить квалификацию проектировщиков. Ошибки при проектировании подчас обходятся очень дорого. При этом дискурс нашей работы с заказчиками серьезно изменился: заказчики требуют от экспертизы не просто сообщить, правильно или неправильно составлен проект, а научить, как сделать правильно. Но государственный эксперт должен оставаться независимым и не может быть нанят проектной организацией ни в каком качестве.
Поэтому в последнее время стали востребованы наши образовательные продукты, которые разрабатывает Учебный центр Главгосэкспертизы. Даже в разгар пандемии наши вебинары по разъяснению изменений в регулировании, которые проходят каждый вторник, собирали от пятисот до тысячи человек. Не меньшим спросом пользуются и другие наши семинары, которые проходят как онлайн (сейчас), так и офлайн с возможностью последующего просмотра записи. То есть экспертиза сегодня начинает работать как система управления знаниями, и так ее воспринимают и наши заказчики.
Каково предназначение недавно созданной Единой цифровой платформы экспертизы?
Игорь Манылов: Платформа создана на основе технологии облачных решений и позволяет автоматизировать все основные этапы и процедуры проведения экспертизы, в том числе представление на экспертизу и хранение документации, проверку комплектности поступившей документации, ведение договорных документов и контроль оплаты, подготовку замечаний и заключений, взаимодействие заявителя и экспертной организации в части подписания документов усиленной квалифицированной электронной подписью, ведение официальной переписки по проекту экспертизы, отработку замечаний к комплектности и представленным документам, передачу заключения и архива документации в ГИС ЕГРЗ.
Платформа может быть интегрирована и в единое информационное пространство строительной отрасли, что позволит экспертным организациям, подключенным к ней, взаимодействовать друг с другом в рамках общего проекта в несколько кликов. Платформенные решения, сквозные технологии и другие инструменты, заложенные в ядро цифровой среды, обеспечивают интеграцию на уровне микросервисов и создают условия для работы всех заинтересованных организаций - заказчиков и застройщиков, федеральных органов власти и экспертов, а также многих других участников процесса создания объекта - в единой доверительной среде, с учетом прописанных для каждого ролей и полномочий. Внутри этой среды обеспечена работа с информационными моделями, а также с библиотеками, базами данных, классификаторами, реестрами с использованием элементов интеллектуализации, цифровых ассистентов эксперта и другими цифровыми инструментами. Кроме того, Единая цифровая платформа учитывает все требования нормативных правовых актов в области проведения государственной экспертизы и интегрирована с информационными системами и базами данных федерального назначения.
При этом платформа позволяет не только автоматизировать все основные этапы и процедуры проведения экспертизы, но и развивать другие направления, в том числе автоматизировать другие этапы жизненного цикла объектов капитального строительства.
В стране около 600 экспертных организаций, из них около сотни - государственные. И все должны работать по одной методике и по одним правилам, а также в одной информационной среде. При этом некрупные организации не обладают достаточными ресурсами, чтобы обеспечить полную автоматизацию и цифровое сопровождение основной деятельности. У Главгосэкспертизы есть возможность делиться своими наработками в этой сфере, передавая их коллегам в виде сервисов. В недавнем поручении правительства была поставлена задача выстроить вертикаль экспертизы, в национальном антикризисном плане эта задача тоже зафиксирована. Единая цифровая платформа экспертизы этой задаче полностью отвечает. Она позволяет при переводе экспертизы в электронный формат автоматизировать процедуры, избежать лишних расходов и неоправданных затруднений. Мы зарегистрировали этот продукт в в начале этого года. И сегодня более тридцати экспертных организаций обкатывают у себя эту платформу, а несколько уже вводят ее в промышленную эксплуатацию. Мы не имеем доступа к их данным, просто обслуживаем систему.
Как бы вы оценили переход строительной отрасли на BIM-технологии? Какие трудности здесь надо преодолеть и какой эффект можно ожидать в дальнейшем?
Игорь Манылов: Президент еще несколько лет назад призвал строительную отрасль перейти от сложившейся архаичной практики работы, которая состоит из разрозненных нестандартизированных процедур, к управлению жизненным циклом объекта капитального строительства с использованием технологий информационного моделирования. Строительство - процесс многогранный, в нем очень много стадий: разработка инвестиционного замысла, подготовка задания на проектирование и технико-экономического обоснования, проектирование, экспертиза проекта, строительство, контроль, ввод в эксплуатацию, реконструкция, капремонт, наконец, снос объекта... Каждая стадия состоит из большого количества действий и требует участия огромного количества людей. И в этом изобилии процедур сама задача быстрого и качественного создания объекта зачастую уходит на второй план, потому что на каждом этапе можно застрять на годы. И так происходит во многих странах, не только в России. А управление жизненным циклом объекта все эти разрозненные процедуры объединяет в единый процесс и не позволяет потерять из виду главную цель - создание объекта. Работа в электронном формате, с цифровым двойником объекта, позволяет делать все быстрее и эффективнее.
И сейчас мы находимся как раз на том этапе, когда не только эксперты, но и участники рынка переходят от слов к делу. , , , и многие другие крупные компании проектируют свои объекты с использованием технологий информационного моделирования. И сегодня эксперты Главгосэкспертизы работают с моделями информационного моделирования в пилотном режиме, чтобы подготовиться к экспертизе проектов как моделей: для этого мы приобрели необходимые программные продукты и обучили специалистов работе с материалами информационного моделирования. Но для полного перехода, для того, чтобы BIM-технологии заработали полноценно, надо, чтобы с ними работали не только эксперты и отдельные компании, а все. Ведь финальная цель - не проведение экспертизы BIM-модели, а управление объектом на всех стадиях жизненного цикла. И она будет достигнута, когда все участники отрасли на всех стадиях жизненного цикла объекта будут работать в этом формате. Потому что, если экспертизу проведут в формате информационной модели, а дальше проект распечатают на бумаге, то смысла в такой работе окажется немного. При этом мы ратуем за то, чтобы движение к применению технологий информационного моделирования шло снизу, от заказчика. И если заказчику нужна школа, для него должно быть важно не то, чтобы эксперты быстро посмотрели проект, а что он получит инструмент управления школьным зданием.
Цифровизация - это эволюция. Давайте поговорим еще об одной стороне эволюции вашей организации: трансформации института строительной экспертизы в инжиниринговый центр. Что конкретно изменится в деятельности экспертов? Чем вызваны такие перемены и на какой результат вы рассчитываете?
Игорь Манылов: Экспертиза традиционно воспринималась только как орган нормоконтроля, и ее задача выяснить, соответствуют предлагаемые проектные решения нормам и требованиям или нет. При этом на второй план уходила оценка эффективности и целесообразности проектных решений. То есть по нормам проект мог быть безупречным, но при этом оказывался совершенно бесполезным именно с точки зрения эффективности и целесообразности его строительства. Как раз расчет оптимальности - это уже инжиниринговая задача, которая наряду с оценкой соответствия технических параметров и сметы установленным нормам решает вопрос соответствия проектных решений современным технологиям, новейшим практикам, макроэкономическим показателям. К примеру, можно технически грамотно спроектированный объект расположить неудачно, и он будет никому не нужен, деньги будут потрачены бессмысленно. Либо можно вложить огромные средства в возведение капитального объекта со сроком службы сто лет, а через десять лет он потеряет свою актуальность, потому что технологии не стоят на месте. И окажется, что выгоднее было поставить десять временных сооружений, решить задачу, а потом перепрофилировать объект.
Поэтому в стратегии развития экспертизы нормоконтроль как технологическая задача отходит на второй план, тем более что со всеобщим переходом на цифровизацию плохо проектировать в принципе будет сложно. И тогда самой важной становится другая задача: получить оптимальное решение с учетом уровня развития технологий, ситуации в регионе, конъюнктуры рынка, экономической, социальной ситуации и т.д. Как, например, этой весной получилось с медицинскими учреждениями. Мы привыкли их строить капитально, на века. А пандемия потребовала быстровозводимых модульных конструкций, благодаря которым была быстро решена задача увеличения коечного фонда. Поэтому именно в инжиниринге мы видим перспективу: этот подход в работе экспертизы поможет решать, что не только надежно и безопасно, но что при этом будет разумнее и целесообразнее. Ибо надежно и безопасно, но не нужно, - это выброшенные деньги инвестора, государственные в том числе.
Если оглянуться немного назад: какие промышленные проекты, прошедшие через Главгосэкспертизу, что называется, запали экспертам в душу и чем они интересны или уникальны?
Игорь Манылов: Каждый проект для нас как любимый ребенок, но тем не менее я выделю среди всех Крымский мост. Это как раз тот случай, когда каждый наш эксперт чувствует причастность к созданию этого великого объекта, особенно сейчас, когда по нему запускается уже и грузовое железнодорожное движение. Надолго останутся в памяти и объекты к чемпионату мира по футболу, во многом благодаря экстремальным условиям работы: короткие сроки, сложные условия по размещению в городской среде, ограничения по финансам. Экспертам было непросто, но они справились. Очень интересный объект - Лахта-центр в Санкт-Петербурге, абсолютно уникальный по своим техническим параметрам и решениям. И, конечно, детская больница Димы Рогачева. Этот объект сложен и с медицинской точки зрения - очень необычный, очень непростой, и с человеческой - ведь речь идет о жизни детей, которые нуждаются в особой заботе. Эксперты работали с документацией и выезжали на объект, не только осознавая его исключительную важность, но и будучи эмоционально очень вовлечены в его создание.
18+