В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

Страна приговорённых: почему суды не оправдывают граждан

За первое полугодие 2019-го года в зафиксирован крайне низкий процент оправдательных приговоров — всего 0,35% от общего числа. Тотальное доминирование обвинительного уклона наблюдалось и в предыдущие годы. NEWS.ru изучил соотношение оправданий и осуждений, а также поговорил об этом с экспертами.
Страна приговорённых: почему суды не оправдывают граждан
Фото: News.ruNews.ru
Количество и качество
Председатель в ходе своей речи во время торжественного вечера, приуроченного к девятилетию образования ведомства, «обозначил высокое качество предварительного следствия, о чём свидетельствует в том числе низкий процент оправдательных приговоров по уголовным делам СК — за 11 месяцев прошлого года было оправдано 545 подсудимых, что составляет менее 1%», передаёт «Интерфакс»
Эти цифры показывают работу следователей, труд, увенчанный хорошим результатом, — сказал глава СК.
Примечательно, что ещё год назад Александр Бастрыкин хвалил похожие показатели 2018 года, объясняя их «стабильностью и качеством работы», а также ссылаясь на существенно более «оправдательную» западную практику.
В Европе стабильная цифра — 20% оправдательных приговоров. Они ещё и гордятся своими результатами, — говорил он на расширенной коллегии по итогам работы ведомства за 2018 год.
Низкое количество оправдательных приговоров и, соответственно, высокий процент обвинительных, стали тенденцией. Об этом свидетельствуют официальные данные Судебного департамента при Верховном суде (ВС) РФ. Ведомство пока не успело обнародовать статистику за весь 2019 год, однако за первое его полугодие в РФ было вынесено свыше 307 тыс. обвинительных приговоров и только 1078 были оправдательными, что несколько не «бьётся» с цифрами Бастрыкина, но соответствует озвученной им тенденции.
NEWS.ru решил собрать статистику по рассмотрению уголовных дел за последнее десятилетие:
Окончено дел
Осуждено (чел.)
Оправдано (чел.) и % от общего числа осуждённых
2019 (I пол.)
399 279
307 351
1 078 (0,35%)
885 242
681 933
2 083 (0,3%)
914 965
724 702
2 233 (0,31%)
963 930
767 960
3 515 (0,46%)
962 936
762 958
4 297 (0,56%)
936 525
746 248
5 167 (0,69%)
943 939
755 755
5 624 (0,74%)
941 954
764 263
5 164 (0,67%)
997 334
806 728
8 855 (1,09%)
1 073 513
870 082
9 152 (1,04%)
Как видим, число оправдательных приговоров за это время превышало 1% лишь в 2010 и 2011 годах, после чего, выражаясь терминологией главы СК, качество предварительного следствия начало расти. За постсоветские годы самым «богатым» на оправдательные приговоры (10,7 тыс.) стал 2006 год, а по общему количеству привлечения к уголовным делам — 1998-й (1,5 млн человек). Примечательно, что за последний век чаще всего оправдания выносились в первые годы Советской власти и при Сталине. Во времена «хрущёвской оттепели» обвинительный уклон советских судов резко пополз вверх, и к середине 1960-х приблизился к современным показателям. Как указано в книге «История Советского суда», в 1930-е годы число оправдательных приговоров, оглашённых народными судами, превышало 10%. Однако, с августа 1937 по ноябрь 1938 года часть решений издавали тройки НКВД, которые считались отдельно.
Круговорот системы
Говорят ли цифры Судебного департамента о высоком уровне следствия в стране? По данным международной независимой организацией World Justice Project, в 2018 году РФ по качеству уголовного правосудия Россия заняла 101 место из 126 стран, оказавшись между и . На первых пяти местах рейтинга расположились Финляндия, Дания, Норвегия, Швеция и Австрия. Аутсайдерами признаны Демократическая республика Конго, Гондурас, Колумбия, Боливия и Венесуэла.
NEWS.ru поговорил с адвокатом Искандером Фахретдиновым и правозащитником Владимиром Осечкиным, выяснив их мнение о качестве досудебного следствия и других моментах, связанных со статистикой приговоров.
{{expert-quote-1065}}
Author: Искандер Фахретдинов [ адвокат ]
То, что низкое количество оправдательных приговоров связано с качеством предварительного следствия, — это, конечно, чушь. Может быть, Бастрыкину доносят такую информацию, которая в реальности на местах не соответствует действительности. Высокий процент обвинительных приговоров связан с тем, что суды качественно работают. Качественно вот в каком понимании. Когда уголовное дело попадет в суд, почти никаких сомнений в том, что будет обвинительный приговор, нет. Стоит только один вопрос — насколько человек сядет. Самый благоприятный исход для подсудимого — это прекращение уголовного дела, например за примирением сторон, либо в связи с деятельным раскаянием, если речь идёт о преступлениях небольшой и средней тяжести. Если мы говорим о тяжких и особо тяжких преступлениях, там ловить уже нечего, и человек на 100% сядет.
По мнению Фахретдинова, высокий процент обвинительных приговоров зависит от суда. Юрист привёл в качестве примера находящееся у него в работе дело, связанное с оборотом наркотиков. Во время его рассмотрения в суде выяснилось, что на уровне предварительного следствия была сфальсифицирована подпись понятого, что подтвердили и эксперты. Суд первоначально вернул дело следствию, но на явное нарушение не обратила внимания, и обвиняемый в итоге получил 10 лет колонии.
Другой пример — уголовное дело о якобы угрозе убийством. Из фабулы обвинения следует, что девушка в пьяном виде поругалась с соседкой и размахивала руками, за что суд первоначально назначил ей административный арест, но через месяц дознание завело уголовное дело, утверждая, что у фигурантки во время конфликта в руках был нож и кирпич, которые ранее ни в каких документах не фигурировали.
Те же самые свидетели, которые проходили по административному делу, стали говорить, что моя доверительница размахивала не просто руками, а находящимися в них опасными предметами. И поэтому полиция завела уголовное дело. Но нож и кирпич никто не изымал — в деле их нет! А самое главное: время, место и обстоятельства того, что указано в уголовном деле, соответствуют времени и месту административного дела. А по закону нельзя привлекать за одно и то же деяние дважды, — рассказывает Фахретдинов.
Он выразил недоумение, как на это закрыла глаза прокуратура, добавив, что высокий уровень обвинительных приговоров связан в том числе с тем, что «вчерашние дознаватели — это, условно говоря, нынешние мировые судьи, а вчерашние прокурорские работники и следователи — судьи федеральные».
Из моих коллег, кто некогда со мной работал в прокуратуре Башкортостана, четверо перешли в суды. И это всё одна система, где люди просто кочуют — прокуратура, следствие, суды. Адвокаты не могут этому воспрепятствовать потому, что последнее слово остаётся за Фемидой, — резюмировал Искандер Фахретдинов.
Без права на реабилитацию
Как считает основатель социальной сети Gulagu.net Владимир Осечкин, почти отсутствие в России оправдательных приговоров — это «свидетельство репрессивного характера всей следственно-судебной системы». Он обратил внимание на особую роль в этом тюремной системы, в которую попадают не только осуждённые, но и подследственные, чья вина не доказана судом.
{{expert-quote-1066}}
Author: Владимир Осечкин [ основатель правозащитного проекта Gulagu.net ]
Вопреки всем нормам УПК, тюрьма тесно сплетена со следствием и государственным обвинением, а оперативные службы обслуживают интересы , , СК и прокуроров. Тюремщики в России повсеместно дорабатывают за некомпетентных следователей, во многих СИЗО ФСИН функционируют т.н. «пресс-хаты», следственно-арестованных оперативники ФСИН и их негласная агентура склоняет путём угроз, запугивания и даже пыток к самооговору и даче показаний против третьих лиц.
В колониях, по его словам, осуждённых «склоняют к признанию вины, якобы формальному „добровольному раскаянию“, и только после этого человек получает реальную возможность получения УДО, дополнительных свиданий с супругом/ой, детьми и родителями».
В таких условиях говорить о реальной возможности заключённому выжить, сохранить достоинство и здоровье, при этом добиваться оправдания, практически не приходится. И пока тюрьму не отделят от следствия, пока не упразднят оперативные отделы при СИЗО и колониях, до той поры статистика оправдательных приговоров будет около нуля, — уверен правозащитник.
Среди юристов бытует мнение, что, если человека до суда отправили в СИЗО, его шансы не только на оправдание, но и на наказание, не связанное с лишением свободы, почти равны нулю. Адвокат Искандер Фахретдинов говорит, что, определяя меру пресечения, суды не всегда исполняют соответствующие разъяснения пленума ВС.
В разъяснении Верховного суда о содержании под стражей указано, что суды должны тщательно изучать ходатайства следователя о необходимости применения именно такой, а не другой меры пресечения. Ходатайства должны быть мотивированы неоспоримыми доказательствами того, что лицо виновно, прежде чем отправить его в СИЗО. А на практике суды не делают этого. Если ходатайство следствия поступило и статья тяжкая, суды ни на что не смотрят и отправляют фигурантов под стражу без разговоров, — обращает внимание юрист.
Председатель ВС , выступая в сентябре 2019 года в , сказал, что на фоне большого числа обвинительных приговоров, в стране имеется практика прекращения судами уголовных дел, которых в 2018 году было прекращено 22% от общего числа или в отношении 193 тысяч человек (так указано в сообщении ТАСС; по данным же судебного департамента — 191 251 человек). Однако, лишь в 1 722 случаях (0,9%) это было сделано с правом бывшего подсудимого на реабилитацию (в связи с отсутствием события, состава преступления либо непричастностью к нему).
В 2017 году было прекращены дела в отношении 193 388 человек, право на реабилитацию получили лишь 3 457 или 1,79%. В 2016-м — 218 869 и 12 872 (5,88%), в 2015-м — 231 510 и 10 785 (4,66%), в 2014-м — 219 083 и 11 981 (5,47%), в 2013-м — 224 871 и 13 184 (5,86%), в 2012-м — 221 873 и 15 130 (6,82%), в 2011-м — 237 379 и 20 210 (8,51%), в 2010-м — 251 650 и 19 392 (7,71). То есть, как показывает судебная статистика, количество прекращённых дел за последнее десятилетие только сокращалось.
Источник NEWS.ru в правоохранительных органах отвечая на вопрос о низком количестве оправдательных приговоров отметил, что всё просто — есть негласные рекомендации Верховного суда. Однако официальных подтверждений этому нет.