Лукьянов: Нет более фантасмагории, чем эпопея по выходу Британии из ЕС 

Лукьянов: Нет более фантасмагории, чем эпопея по выходу Британии из ЕС
Фото: Российская Газета
Режиссерского таланта бог вашему покорному слуге не дал, так что поищем другой способ, чтобы ухватить особенности международно-политической атмосферы. А она иногда находит выражение в очень странных явлениях и персонажах.
, ведущий грузинского телеканала «Рустави-2», «прославился» в начале июля на весь мир тем, что в течение нескольких минут прямого эфира материл, используя самые отвратительные нецензурные обороты, российского президента . Неконтролируемую ярость (либо ее имитацию) телезвезды вызвал скандал, ставший результатом чьей-то неосмотрительности.
Депутат из , принимавший участие в заседании Межпарламентской православной ассамблеи, по глупости самих грузинских организаторов оказался в кресле председателя парламента . Оппозиция устроила истерику, которая переросла в уличные выступления под антироссийскими и антиправительственными лозунгами, что привело к дальнейшей эскалации и втянуло . Ну а эскапады Габунии стали абсурдистской кульминацией кризиса, вспыхнувшего на пустом месте.
Дивертисмент эпатажного дегенерата (вскоре уволенного с телеканала) не стоил бы внимания, не будь он концентрированным отражением международного стиля на пороге третьего десятилетия XXI века. Глядя на происходящее, жалеешь об одном — что нет для описания человека с талантом . Или летописца современности, взгляд на мир которого был бы похож на взгляд . Абсурд окружающей действительности нуждается именно в таком творческом методе — сочетании отстраненности и сопереживания, восприятии немыслимого одновременно как рутины и форс-мажора, утрирования во имя доступности и снижения пафоса для понимания.
Сложно придумать что-либо более фантасмагорическое, чем эпопея по выходу Британии из 
Коммуникационная революция сделала пресыщение всеобщим. Информация тотальна и вездесуща до такой степени, что перестает воздействовать. Рост требовательности масс, который очевиден повсеместно, сопровождается отвержением привычных медиа, в которых видят проводников какой-то чуждой воли. На замену им претендуют социальные сети с эффектом достоверности. Непрофессионализм — реальный или мнимый — производителей их контента создает иллюзию искренности, которая призвана преодолеть завесу общего недоверия. Профессионалы же, которым положено доводить определенную точку зрения, изощряются в попытках привлекательно ее подать. Достаточно обратить внимание на язык сегодняшней дипломатии, порой демократичный и даже жаргонный до изумления.
Спросите, причем тут джигит с грузинского экрана? Площадная брань из телевизора — доведенная до крайности попытка спровоцировать реакцию, даже трогательная в своем местечковом простодушии. Политическая периферия, не испорченная стратегическим мышлением и традицией, вообще зачастую наглядно демонстрирует механизмы, свойственные глобальной политике в целом, но сглаженные там институциональными амортизаторами.
Достаточно обратить внимание на язык дипломатии, порой демократичный и даже жаргонный до изумления
Чего стоит, например, правдоруб из эстонского правительства Март Хельме — вице-премьер и глава от национал-популистской партии, который не стесняется публично хамить всем, будь то «нехорошая» Россия или «братская» Финляндия. Хельме — балтийский Трамп в миниатюре. Трампа, правда, игнорировать никто не может, а по поводу властелина эстонских внутренних дел крутят пальцем у виска. Но это вопрос масштаба, а не сущностных различий.
Здесь возвращаемся к изначальной проблеме. Чего хотел добиться лихой Габуния? Дальнейшего обострения кризиса с Россией, ответа взбешенной Москвы, за которым последовал бы новый виток конфликта. К удивлению большинства жителей Грузии и в первую голову ее политической верхушки, реакция из Кремля осталась индифферентной — да что на них внимание-то обращать? Реагировать на откровенный идиотизм — ниже достоинства, но, признаем честно, прежде провокации такого сорта не раз работали, Россия включалась в обмен ударами.
2019 год был невероятно насыщен событиями. Он подтвердил тенденцию, которая стала заметной пару лет назад.
Мировую политику стало невозможно спародировать. Смысл пародии — гиперболизация типических черт, выпячивание их до абсурда. Но придумать что-либо более фантасмагорическое, чем эпопея по выходу Великобритании из Евросоюза, или более комическое, чем речитативы Трампа, не получится. Стилистика и вправду достойна пера обэриутов. Но суть происходящего не анекдотична — под фарсовой оболочкой протекают процессы фундаментального переустройства мира, которые коснутся каждого.
И в этом еще один парадокс современности — контраст между шутейной формой и драматическим содержанием, который способен сбить с толку. Не сбивайтесь!
Видео дня. Звезды шоу-бизнеса рассказывают о беременности
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео