Ещё
«Зеленского больше нет, он покойник»
«Зеленского больше нет, он покойник»
В мире
Нетаньяху обратился к Путину на русском
Нетаньяху обратился к Путину на русском
Политика
Лукашенко: нас раком поставили по углеводородам
Лукашенко: нас раком поставили по углеводородам
В мире
Путин восхитил палестинцев необычным поступком
Путин восхитил палестинцев необычным поступком
Политика

Распознавали и будем распознавать: суд отменил частную жизнь в Москве 

Распознавали и будем распознавать: суд отменил частную жизнь в Москве
Фото: Русская Планета
Савеловский суд  предсказуемо отклонил иск физического лица , которая просила запретить использование распознавания лиц в столичной системе видеонаблюдения. Попова считает, что эта система нарушает ее право на неприкосновенность личной жизни.
Отследить всё Каким образом тут затронута личная жизнь? Представим сюжет. Есть цепочка фиксаций вашего лица в 17:41 на станции метро «Охотном ряду» (раз суд московский, то и реалии московские), в 18:15 в «Кузьминках», в 18:22 заходящим там в продовольственный магазин, в 18:34 в цветочную лавку, а в 18:42 — в один из корпусов дома 60 по Волгоградскому проспекту. Выходите — без цветов! — в 22:55 и садитесь в такси. Которое везет вас домой, на Ленинградский проспект в районе «Речного вокзала», к жене и ребенку.
Полиция нравов в восторге. Да и вообще любой человек, имеющий доступ к базе распознаваний, сможет прийти к вам с этой ценной информацией и что-нибудь ненавязчиво у вас попросить за молчание.
Вы справедливо возразите, что всей этой информацией уже владеет ваш сотовый телефон, точнее, его производитель, авторы операционной системы и половины программ, а также мобильный оператор. Все они клянутся в нераспространении личных данных и, разумеется, в большинстве своем врут. Все это так. Но что делать, если вы вдруг забыли свой телефон или вытащили из него аккумулятор? Власть и рекламные агентства не будут знать, куда вы идете и что покупаете.
Вот в этом случае и поможет система распознавания лиц.
Фига в кармане
Разнообразные ужесточения контроля над гражданами везде и всегда объясняли необходимостью борьбы с преступниками. Причем объясняли, как правило, главные преступники, которых действительно раздражало, когда какая-нибудь шобла грабит их граждан. Грабить должна власть, а не гопота, рассуждают в таких случаях. Вариант «не грабить», как видим, никем не рассматривается.
Закон о сохранности личных данных принят для того, чтобы защищать от огласки дела крупных бизнесменов, топ-менеджеров, родственников чиновников и депутатов. Кормовая масса тут вообще ни при чем.
Но отказать в таких выражениях суд пока еще не может. Он вынужден избирать окольные формулировки.
Судьи, в общем, тоже люди, и московская судебная система — не самая безнадежная в России. Понятно, что решения и в столице принимаются такие, какие надо, но в подобных случаях применяется своеобразный способ признания своей неправоты, фига в кармане — это откровенный абсурд в постановлениях.
Савеловский суд использовал эту возможность в полной мере. Вот, например: «технология распознавания лиц не позволяет установить личность человека» — это реально цитата из решения суда. Что же тогда распознается, как не личность?
Формулировка о том, что у Единого центра хранения данных (ЕЦХД) «отсутствуют биометрические данные граждан», тоже ничего, кроме иронии, вызвать не может. Суд сообщает, что алгоритмы лишь сравнивают изображение с видеокамер и предоставленные фотографии, причем вероятность совпадения — всего 65%. Ну вот с Поповой совпало, но на треть могли оштрафовать кого-то другого (на самом деле нет). Каким образом при этом метрополитен собирается взимать оплату проезда по считыванию лица — непонятно. Тоже с вероятностью две трети? Что ж, будем считать, что там другая система, к которой иск не относился. Тем более что и вайфай в метро прекрасно за вами следит (с этой убойной услугой от «МаксимаТелеком» вообще рекомендуем быть осторожнее).
Но вот, например, ликсутовская контора АМПП («Администратор московского парковочного пространства») не должна была иметь доступа к базам данных граждан. При этом она совершенно спокойно, среди бела дня, группой лиц по предварительному сговору рассылает по их домашним адресам уведомления о штрафах. Есть экспертиза о незаконности подобных действий, но  плевать. Ни одного штрафа за незаконную рассылку штрафов нет.
И эти люди пытаются рассказать нам, что биометрию будут «сравнивать по фотографиям»? В суде все понимают, но сделать ничего не могут. Поэтому пытаются повысить нам настроение хотя бы чудесными формулировками. К которым у юристов масса вопросов, но вопросы эти останутся чисто риторическими.
Тем более что апелляции, скорее всего, не будет. У истца сейчас совершенно другие задачи.
А истец кто?
Алена Попова — человек сложный. Распознаванием лиц она заинтересовалась не просто так, а после рассмотрения своего дела по поводу одиночного пикета около , обошедшегося ей в 20 тысяч рублей штрафа. Пикетировать и дальше Алена хочет, а вот платить штрафы — нет (тем более что одиночные пикеты в России разрешены практически без оговорок). Между тем доказательством ее вины стала запись с камеры видеонаблюдения, где лицо было увеличено в 32 раза — это можно считать как раз следствием работы системы распознавания.
В результате темпераментная Попова стала одним из организаторов кампании «Мое лицо — мои данные» (прозрачное копирование конструкции «Мое тело — мое дело»).
Между тем в пикете она стояла не просто так и даже не совсем одна, а с картонной фигурой авторитетного депутата . Он тогда благодаря своей высокой мужской самооценке оказался в центре скандала, и Попова не могла не поучаствовать в защите женщин от харрасмента. Ведь главное направление ее деятельности — ликвидация домашнего насилия. На отклонение своего иска по поводу распознавания лиц она даже не отреагировала: во всех ее аккаунтах идет мощная кампания за принятие резонансного законопроекта, которого никто из его оппонентов, похоже, даже не читал.
Так что Попова до некоторой степени противоречит сама себе: она хочет, образно говоря, убрать видеокамеры с улиц, чтобы поставить их в каждую семью.
* * *
Наверное, полное покрытие городов видеокамерами с системами распознавания лиц поможет повысить раскрываемость части преступлений. Но следует помнить, что идеально безопасное место с нулевым уровнем преступности — тюрьма строгого режима, состоящая исключительно из одиночных камер. Россия явно движется по этому пути — атомизация общества, противопоставление людей друг другу искусственно инспирированными конфликтами, усиление слежки и поощрение доносительства на всех уровнях.
Мирным путем эту тенденцию не победить.
Видео дня. Актриса Бочкарева устроила шоу в суде
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео