Ещё

Монополия vs свобода 

Монополия vs свобода
Фото: Инвест-Форсайт
Екатерина Глаголева. Рокфеллеры. — М. : Молодая гвардия, 2019
«Зарабатывайте деньги: получайте их честно и затем отдавайте с умом» — таким эпиграфом Екатерина Глаголева начинает свою книгу. Это слова баптиста-проповедника, вписанные Джоном Рокфеллером-старшим в записную книжку. Заповедь мудрая. Однако надо сличить идеал с его воплощением. Честно ли Рокфеллеры заработали свои миллиарды? С умом ли их тратили?
Почему Рокфеллеры?
Советская пропаганда особенно страстно ненавидела и «разоблачала» Рокфеллеров. Другие промышленные, торговые и финансовые «династии», будь то Морганы или Меллоны, Дюпоны или Ханты, не удостоились стольких гневных книг и огненных проклятий. Почему именно Рокфеллеры символизировали «империалистическое зло», сказать трудно. Можно строить гипотезы. Потому ли, что  стал первым в мире миллиардером? Потому ли, что в 20-е годы, когда складывались советские стереотипы, главный богач планеты был еще жив? Потому ли, что в двадцатом веке Рокфеллеры прославились не только богатством, но и филантропией, то есть добрыми делами, и требовалось «разоблачить» их как злых?
В 1957 году издательство «Правда» выпустило двухсоттысячным тиражом книжку Бориса Гурнова с соавторами — «Всегда по колено в крови, всегда по трупам людей… Рассказ об одном из шестидесяти семейств американских миллиардеров». Эта книжка утверждала, что Рокфеллеры строили печи , планировали вместе с Даллесом «разделить », а богатейший человек мира не дал взаймы родному брату $75.
Десять лет спустя вышла, а вскоре была переиздана книга А. А. Фурсенко «Династия Рокфеллеров» (Л. : Наука, 1967, 1970). Историк Фурсенко не доходил до такой истерики, как Борис Гурнов с соавторами, но некоторые выдумки правдинских пропагандистов повторил и разукрасил. Например, под его пером миллиардер не только отказал родному брату в скромной сумме денег, но и уморил голодом его детей.
Американский историк Аллан Невинс в книге «Джон Д. Рокфеллер. Промышленник и филантроп» утверждал, что его герой зарабатывал честно и тратил с умом:
«Он решил две эпохальные задачи: показал оригинальный пример эффективной организации промышленности и не менее оригинальный пример эффективного распоряжения богатством. Остротой предвидения и целеустремленностью он сделал свою жизнь частью истории страны».
Невинс очень высоко оценивал роль Рокфеллера и других крупнейших промышленников в экономическом развитии и утверждал, что благодаря им страна справилась с индустриализацией без тяжелых потрясений и жертв. Но никогда секретом не было, что книгу Невинса о Рокфеллере (она впервые вышла в 1940 году) финансировали Рокфеллеры.
Без тенденции?
Екатерина Глаголева — плодовитый автор-популяризатор, пишущий на самые разные темы — от повседневной жизни корсаров до истории князей Долгоруких, от масонов до кардинала Ришелье. Ее книга о Рокфеллерах появилась практически одновременно с четвертым изданием «разоблачительной» монографии Фурсенко и десятым русским изданием панегирического труда Невинса. Оба предшественника Глаголевой строго тенденциозны. Невинс рассматривает любое действие Рокфеллера с точки зрения его благотворного вклада в промышленное и гуманитарное развитие Соединенных Штатов. Для Фурсенко, напротив, компания Рокфеллера и он сам — иллюстрация к тезисам Ленина о загнивании государственно-монополистического капитализма.
Повествование Глаголевой в методологическом смысле совершенно невнятное: оно продвигается по годам, перемешивая сделки со свадьбами, экономические взлеты и падения с болезнями детей.
Но книга богата материалом: становление и развитие колоссального «дела» Рокфеллеров прослеживается подробно и тщательно. Глаголева доброжелательна к своему главному герою, Рокфеллеру-старшему, и скрыто недоброжелательна к его конкурентам и оппонентам.
Эта особенность авторского отношения не раз придает повествованию характер странного парадокса.
Так, например, журналист Генри Ллойд, который в своих расследованиях резко выступил против монополии Рокфеллера, получает характеристики «бойкого», «цветистого» и недобросовестного в отношении к фактам. Это он припечатал компанию «Стандард Ойл» прозвищем «спрут», это он обвинил Рокфеллера «в нарушении свободной конкуренции и подрыве основ американской демократии» (с. 103). У читателя невольно складывается впечатление, что бойкий журналист лгал. Парадокс в том, что Глаголева сама описала в «цветистых» подробностях такие деяния «Стандард Ойл», которые доказывают, что журналист был абсолютно прав и точен.
Свобода и монополия
В 1894 году Генри Ллойд выпустил книгу «Богатство против народа», название которой эффектно перефразирует название знаменитой работы  — «Исследование о природе и причинах богатства народов». Свобода и монополия несовместимы — основная идея книги Ллойда. Разделяет ли Екатерина Глаголева эту максиму, из ее книги понять невозможно.
Джон Рокфеллер вступил на поприще предпринимательства в условиях полной конкурентной свободы и добился блестящих результатов. В 1860-х годах в Пенсильвании началась нефтяная лихорадка. Рокфеллер включился в нефтепереработку и вышел победителем. Его феноменальный успех показан к книге подробно, от ярких деталей (таблички на заводе «Закуришь — пристрелю!») до принципиальных составляющих. Основные «слагаемые успеха»:
четкая рациональная организация работы на всех этапах от скупки сырья до поставки потребителям продуктов переработки;
высокие стандарты качества;
привлечение инвестиций.
Рокфеллер и его компаньон Флаглер начали продавать акции своих заводов, и 10 января 1870 года возникла акционерная компания «Стандарт Ойл» с капиталом в миллион долларов. Кстати, подробно выясняется и вся история с отказом дать взаймы брату и с его уморенными голодом детьми. Двадцатилетний Джон был не миллиардером, а начинающим бизнесменом. Шестнадцатилетний Фрэнк просил денег, чтобы сбежать на войну северян с южанами. Старший брат не пускал младшего и денег не дал, но Фрэнк все равно сбежал, надбавив себе годы, потому что добровольцами брали с восемнадцати. Конечно, никаких детей у юного волонтера не было.
Компания «Стандарт Ойл» через десять лет после возникновения контролировала около 90% нефтепереработки и нефтеперевозки в стране. Те методы, которыми Рокфеллер этого достиг, заставляют говорить не просто об удушении конкурентов, но об уничтожении свободной конкуренции как таковой. Тайные сговоры, закулисные альянсы, демпинг, подкуп, «откаты», запугивание и провокации — все эти средства применялись в полную силу и с полной эффективностью. Компания Рокфеллера выходила на рынок, где работали независимые фирмы, сбрасывала цену на керосин ниже себестоимости и держала до полного удушения производителей и перевозчиков. Атакованные фирмы начинали затягивать пояса, увольнять рабочих, сокращать зарплату. Вспыхивали забастовки и добивали их.
По результатам именно такой «зачистки» Балтимора в 1876 году агент Рокфеллера с гордостью отчитался шефу:
«Мы выпололи каждый росток нефтепереработки, который только мог пробиться в Балтиморе, теперь все решаем мы» (с. 94).
Материалы книги о деятельности «Стандард Ойл» с 1870-х годов и до 1911-го, когда ее разделили по суду на 34 компании, — выразительная иллюстрация к самым важным тенденциям общественно-экономического развития той эпохи. А именно:
к поискам оптимальной границы между экономической свободой и государственным вмешательством;
между свободой общества и свободой предпринимательства;
между экономической эффективностью и требованиями рабочих.
Екатерина Глаголева в этой борьбе держит сторону своего героя, но тем очевиднее, что государство находилось по другую сторону баррикад и всерьез противодействовало монополизации. Интересно заметить, что советские авторы, при ярой ненависти к Рокфеллеру, соглашались со всеми его оценками действий государства. Если его вызвали в суд — значит это попытка шантажа ради вымогания взятки. Если приняты антимонопольные законы — значит конкуренты подкупили законодателей. Советские авторы обязаны были следовать идее Ленина о государственно-монополистическом капитализме и тем самым располагать Рокфеллера и государство по одну сторону баррикад.
Рокфеллеры и общество
К Рокфеллерам и «спруту» американское общество относилось плохо. Их ненавидели. Особенно профсоюзы, с которыми они принципиально не шли ни на какие переговоры. В 1914 году это кончилось чудовищной историей, известной под названием «Бойня в Ладлоу». В штате Колорадо Рокфеллеры владели акциями угольных шахт, которым не уделяли внимания, ничего не делали для безопасности и охраны труда и довели ситуацию до мощной забастовки. Забастовщики в Колорадо совсем не были похожи на мирных и безоружных забастовщиков советского Новочеркасска. Бастующие шахтеры были вооружены и не щадили штрейкбрехеров. Охранники шахт не щадили профсоюзных лидеров. Начались столкновения забастовщиков с охраной и национальной гвардией. Против рабочих применили пулеметы. В Ладлоу погибли 26 шахтеров, а всего в столкновениях — 66 забастовщиков, в том числе члены их семей, включая детей.
Президент ввел в Колорадо войска, чтобы разоружить обе стороны.
Джона Рокфеллера-младшего вызвали в палату представителей, в подкомитет по горной промышленности, где он повторил, что на переговоры с профсоюзами не пойдет никогда и ни за что. Эту позицию он мотивировал ничем иным, как «высшими принципами свободы». Однако и прежде конфликта в Колорадо и без переговоров с профсоюзами, лидеров которых преследовали и запугивали, Рокфеллеры принимали меры в духе кнута и пряника: рабочий день установили восьмичасовой, зарплату рабочим повышали. Бойня в Ладлоу закончилась для Рокфеллеров только общественным осуждением. Но оно было всеобщим и бескомпромиссным. Трагедия в Колорадо сильно воздействовала на общественное мнение и положила начало реформам в сфере трудовых отношений.
Поколебала ли она уверенность Рокфеллеров в своей всегдашней правоте, остается неизвестным. Но именно в эти годы начинается история Рокфеллеров-филантропов и постепенные изменения в отношении к ним общества.
13 февраля 1913 года конгресс принял 13-ю поправку к конституции, наделившую его правом собирать подоходный налог, ставки которого заставляют нас сегодня разинуть рот и нервно хохотать. Один процент для доходов свыше трех тысяч долларов, семь процентов для доходов свыше пятисот тысяч долларов. Престарелый Джон-старший вскричал: какое право имеет правительство на чужие деньги, заработанные честным трудом?
Автор:
Липовые пенсионеры: чиновник вышел на пенсию в 28 лет
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео