Ещё

Какая жизнь была в Кубанской народной республике 

Какая жизнь была в Кубанской народной республике
Фото: Кириллица
В годы гражданской войны впервые пережила «парад суверенитетов». Одним из самостийных государственных образований стала Кубанская Народная республика. Ее история до сих пор изучена плохо и изобилует множеством «белых пятен».
Любовь к истории — первый шаг к самостийности
В конце XIX века по всей России в моду вошла региональная история. Писались труды по истории отдельных областей и губерний, издавались тематические журналы и создавались краеведческие организации. Во многих регионах это невинное увлечение провинциальной интеллигенции переросло в работу над созданием собственной особой национальной идентичности, став первым этапом борьбы за освобождение от «царского гнёта».
Кубань не была исключением. Здесь отцом будущей народной республики стал местный историк и литератор Фёдор Андреевич Щербина, который накануне Первой мировой войны издал двухтомную «Историю Кубанского казачьего войска». В ней он рассказал историю края со времени амазонок и похода аргонавтов до эпохи реформ Александра II. Особое место занимало описание истории запорожского казачества и его вольных традиций, которые противопоставлялись несправедливому управлению из . Одним из главных помощников Щербины в работе над книгой стал будущий глава Директории УНР С. Петлюра. Выход этой книги сделал Щербину в глазах кубанской интеллигенции живой легендой. Его чествовали как «черноморцы» (потомки запорожских казаков), так и «линейцы» (потомки донских и терских казаков, выселенных на Кавказскую Линию). Появилось большое количество местных исторических обществ, которые чаще всего возглавляли школьные учителя. Позднее именно они составили большинство членов самостийной Кубанской Рады.
Опора кубанской самостийности
В первые дни революции кубанские самостийники не имели никакого влияния на разворачивающиеся события в области. На Кубанском Областном съезде, состоявшемся 9-18 апреля 1917 года, большинство делегатов представляло интересы иногородних (в 1914 году их было 53% населения области), которые хотели провести передел казачьих земель. 17 апреля часть делегатов от казаков покинула съезд и провозгласила себя кубанской войсковой Радой, которая избрала из своего состава войсковое правительство.
С самого начала дело не задавалось. Внутри правительства не было единства во взглядах: часть высказывалась за украинскую ориентацию, часть за общероссийскую. Некоторые члены правительства носились с колоритной идеей создания Казакии — особого суверенного федеративного государства, куда бы вошли все казачьи области.
Но самым страшным ударом для самостийников стало отсутствие какой-либо поддержки у населения. По свидетельству В. Иваниса, казаки повсеместно представителей правительства «называли паразитами и крыли матюгами». Когда в ноябре 1917 года встал вопрос о защите области от наступающих большевиков у самостийников, под ружьём оказалось всего 80 бойцов.
Тогда кубанское правительство обратилось к штабс-капитану Покровскому, в прошлом известному авиатору, который организовывал добровольческий офицерский отряд. Покровский был человеком черносотенных взглядов и самостийников не любил. Кроме того, ему была характерна садистская жестокость. Так, после очередной казни Покровский как-то сказал: «Это для улучшения аппетита».
Его любимыми шутками были остроты вроде «вид повешенного оживляет ландшафт». В январских боях 1918 года его отряду удалось остановить наступление красных, и это позволило Раде 16 февраля торжественно провозгласить область Кубанской Народной республикой. Единственной опорой республики стали 200 штыков Покровского — её власть не распространялась даже на окраины столицы. Наступление большевиков продолжилось, и 1 (14) марта 1918 года правительство бежало из Екатеринодара в степи.
Конституция Кубанской республики
Когда 3 (16) августа в столицу Кубани вступил Деникин, в его обозе в город вернулись члены правительства и Рады. Добровольцы освобождали кубанские станицы — гражданскую власть у них в тылу организовывали самостийники. Деникин требовал безусловного подчинения власти командующего, тогда как глава правительства Лука Быч считал, что «помогать Добровольческой армии — значит вновь готовить поглощение Кубани Россией». Нужно было как можно скорее обзавестись собственной конституцией.
Руководил проектом создания конституции Н. С. Рябовол, предприниматель, который до революции прославился хищением капитала Кубано-Черноморской железной дороги. В 1917 году он сделался ярым поборником украинства и был избран председателем Рады. На одном из заседаний он заявил: «Цари делали все, чтобы выбить из наших голов, из наших душ память об Украине и любовь к ней, как к Матери… Пришла воля и мы ожили. Ожили и, как верные дети своей Матери, идем тем путем, который указала она…»
Конституция Кубанской республики была принята 5 (18) декабря 1918 года. Она состояла из преамбулы и 11 разделов. Народ Кубани провозглашался верховной властью. Принимался принцип разделения властей, однако множество вопросов за бортом. Так, в конституции ничего не говорилось об административном делении республики, не называлась система органов местной власти, форма взаимоотношений местной и краевой власти оставалась несформулированной. Самостийники очень гордились своей конституцией. Один из них заявил на заседании рады, что она «глубже и демократичнее, чем конституции, существующие на Западе или в Америке».
Информационная война на Кубани
Принятие конституции стало вызовом Деникину, однако никаких репрессий со стороны белогвардейцев не последовало. Самостийники почувствовали свою силу, и в 1919 году развернули широкую информационную кампанию. Они создали для этого особую структуру — Кубанский отдел пропаганды (КОП). Глава деникинского агитпропа — Освага — К. Н. Соколов вспоминал, что «происходила довольно скандальная конкуренция… на почве принципиальных разногласий и личных столкновений и дрязг. Борьба велась непрестанно самыми разнообразными и часто некрасивыми способами. На Кубани дело доходило до настоящих гонений…».
Рада постановила закрывать все газеты, «порочащие честь правительства и Законодательной Рады». По этому постановлению было закрыто более 10 изданий.
, работавший тогда на Кубани в проденикинской газете «Утро Юга» под псевдонимом д-р Фрикен отозвался на эти события эпиграммой: Вновь не стало двух газет… Это символ, что ли? На Кубани нынче нет Ни «Земли», ни «Воли»!. Агитация кубанских самостийников вызывала озлобление у многих сторонников Белого движения. 13 (26) июня 1919 года в Ростове-на-Дону ими был убит Рябовол. Он был тотчас же сделан мучеником за освобождение Кубани, во всех кубанских школах было приказано читать о нём лекции.
Конец Кубанской республики
Атмосфера накалилась до предела. На витринах КОПа появились вырезки из советских газет с сообщениями о белом терроре и поражениях Деникина. Члены правительства Кубанской народной республики начали негласно финансировать банды зелёных.
Теперь агитация начала вестись среди кубанских казаков, сражающихся на фронте. Она сводилась к жёсткой критике Белого движения и требованиям создания собственной Кубанской армии. Это дало свои плоды: во время решающих боёв на московском направлении осенью 1919 года началось массовое дезертирство кубанцев. Шло победоносное наступление Красной Армии.
Только теперь Деникин попытался наконец разрубить этот гордиев узел, арестовав в ноябре 1919 года часть и подвергнув одного смертной казни. Предлогом стало заключение союзного договора кубанской делегацией в Париже с Горской республикой, которая уже второй год вела партизанскую борьбу в деникинском тылу. Конституция была отменена, полномочия кубанских органов власти значительно урезаны. На заседании Рады с обличительной речью против самостийности выступил генерал Врангель, и депутаты слушали его стоя. Ситуацию эта запоздалая реакция уже не изменила: 17 (30) марта 1920 года части Красной армии вошли в Екатеринодар. Кубанская народная республика прекратила своё существование. Мечта кубанской интеллигенции так и не стала реальностью.
Реконструкция первого этажа стала адом для жителей дома
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео