Ещё

«Господь спас, я заболел ВИЧ»: непридуманные чудеса инфекционной больницы 

, 8 авг — РИА Новости, . Вирус иммунодефицита человека воспринимается сегодня в , как проказа в Средние века: матери отказываются от заболевших детей, а кто-то буквально сжигает мебель ВИЧ-инфицированных родных. Тем, кто находится в московской Второй инфекционной больнице, зачастую остается надеяться только на Бога. И тогда происходят чудеса. Как преодолевают страх перед страшной болезнью и смертью — в материале РИА Новости.
"Нет любви"
Инфекционная клиническая больница № 2 — крупнейший стационар подобного профиля в Москве. ВИЧ здесь занимаются с 1985 года. Сейчас в клинике четыре отделения, где лечатся около 200 больных. Врачам много лет помогают добровольцы православной службы помощи «Милосердие» — больных моют, бреют, стригут, перевязывают им раны и обрабатывают пролежни. Стричься здесь любят, и добровольца Сашу с его ножницами ждут порой целыми палатами. Почти все его подопечные истощены настолько, что мало кто из них способен самостоятельно ходить и даже просто подняться с кровати.
"Иногда совсем как жертвы ", — Ирина (имя изменено) профессионально накладывает повязку на плечо пациента, у которого еще недавно было огромное некротическое воспаление. Она волонтерит здесь четвертый год. Даже просто смотреть на такие раны — испытание не из легких.
— Зачем же ты сюда пришла? — спрашиваю я.
— Как пишут в умных книгах — оскудение любви, да? — улыбается Ирина.
"Отучаю материться"
Здесь по соседству лежат и бездомные, и профессора. Большинство пациентов ВИЧ-отделений употребляли наркотики. Многие поступают по скорой, и не в первый раз — просто потому, что после выписки человеку банально некуда идти. В основном привозят с пневмонией — у людей с ослабленным иммунитетом простуда насморком не ограничивается, сразу переходит в острое воспаление легких.
"Сегодня общалась с внуком известного космонавта. Дед, говорит, герой, а внук вот такой получился. Все было у человека, но в итоге попал в тюрьму. Так он, когда наш священник отец Сергий в палату заходит, начинает молиться прежде него. Но его крутит, конечно. Я ему сделала замечание, мол, зачем материшься после причастия — теперь книжку лежит читает про сквернословие. И жалуется, что сложно", — рассказывает доброволец «Милосердия» Надежда (имя изменено).
К вопросам веры здесь относятся серьезно. У многих над кроватями иконы, а кто в силах — по выходным на службе в больничном храме. Михаил (имя изменено) всю жизнь мечтал креститься, и все не получалось.
"Сестер крестили, а меня забыли", — жаловался он. Мечту в больнице исполнили. А когда добровольцы «Милосердия» узнали дату его рождения и пришли поздравить, Миши уже не было — он умер в свой день рождения.
"Лучше всего — в реанимации"
"Я работала в разных отделениях, но поняла, что все равно тянет в реанимацию. Там люди совсем меняются — на пороге смерти все иначе. Вообще смерти здесь очень много видишь. Это помогает: на все смотришь по-другому, понимаешь, насколько неважно все, на что ты привык обращать внимание. Первая смерть — страшно. Привыкаешь ли потом? Нет. К этому нельзя привыкнуть. Просто начинаешь смотреть иначе", — объясняет Надежда.
Ее часто спрашивают: и что, этот человек, о котором ты рассказываешь, может умереть? Конечно, может. А может и прожить несколько лет. У него есть все показания стать покойником. Но он встает и живет дальше. А у его соседа хорошие анализы, но он умирает у тебя на руках.
"Ты можешь жить — не тужить десять, двадцать лет, пока не попал в больницу с переломом и у тебя не взяли кровь. И человек в шоке. Бывает, говоришь: «Давайте побреемся!», а он смотрит и говорит: «Нельзя меня брить, у меня ВИЧ». Скажу честно, я сама была в шоке, когда сюда пришла. Я рыдала, мне было так жалко их — до невозможности. Потом стало легче", — продолжает сестра.
Самый последний шанс
"Я дошел до потолка. До самого потолка. Я употреблял (наркотики. — Прим. ред) по 20 раз в день, у меня гора целая разных веществ на столе лежала. Причем я прекрасно понимал, к чему это все приведет, но продолжал. Смерть прямо в затылок дышала, говорила: ну, друг мой, еще пять минут, и я вся твоя. Но врачи спасли. Пообещал сестре: больше ни за что! И… слова не сдержал. Что такое наркоман? Это отрицание всего. Вообще всего. У наркомана нет друзей, нет мамы и папы, нет вообще никого и ничего, кроме наркотика, который нужно достать. И тут никакая смерть не страшна", — рассказывает Саша.
Выйдя из больницы, он продолжил жить так, как жил. Через год у него отказали руки и ноги. «Врачи сказали, что я не жилец. И в этот момент у меня обнаруживается ВИЧ. Это мне спасло жизнь, потому что иначе я бы умер. А тут — начали лечить. И я понял, что это Господь мне дает самый последний на свете шанс», — вспоминает он.
Во 2-й ИКБ Саша провел год. И, по его словам, впал в страшное отчаяние. «Столько смертей увидел за это время! Трупы буквально в коридорах лежали. Смотрел в потолок и думал, что годы потратил зря, что я молодой парень, а жизни уже не осталось. Мне так больно было, так обидно. Потом потихоньку вставать начал. Сначала на ходунках ходил, а потом… потом начал помогать сестрам».
Помогает он до сих пор. И каждого своего больного каждый раз просит не отчаиваться.
Кредиты и пустота
"Я раньше тоже дергала всех: «У вас есть шансы, вы встанете на ноги». А в ответ слышала: «Зачем мне на ноги вставать?» Человек уходит из больницы к кредитам и наркотикам — в пустоту", — расстраивается одна из сестер. Здесь очень переживают, что будет с теми, кого в очередной раз удалось спасти от смерти. Ни один врач больницы не хочет, чтобы его пациент умер у теплотрассы от пневмонии только потому, что от него отказались родные. Поэтому всеми силами пытаются продлить их пребывание в стационаре, пока «Милосердию» не удается их хоть куда-то пристроить.
"Очень важно, получив такой диагноз, понять: если будешь лечиться, принимать терапию, слушаться врачей, то жизнь может продлиться ровно столько, сколько Господь бы тебе отмерил, если бы не было этой инфекции. Иногда кажется, что все, выхода нет, конец. Но человека вылечивают! У одной дамы была опухоль мозга, слепота, и все врачи ждали, что завтра мы с ней расстанемся. А она прозрела и ушла из больницы своими ногами", — рассказывает руководитель паллиативной службы «Милосердия» для ВИЧ-инфицированных .
Когда Бог приходит сам "Проведя полдня здесь, я хотел бежать, честно. Ну ничего не получалось. Пока одна женщина не согласилась поесть у меня из рук. А до того кричала на всех, кто давно работает, ничего не ела. А у меня, забитого такого, странного, смешного, взяла еду. И начала нормально разговаривать. И я понял: если у тебя мало сил, но есть стремление помогать, Бог поможет тебе в твоем намерении. И что главное в помощи — это совсем не результат, главное — подставить плечо. И помогать бороться", — говорит доброволец Юрий (имя изменено).
Другой доброволец, Алексей, раньше работал в федеральном новостном агентстве. Сейчас он редактор на известном телеканале, но каждую неделю приезжает в ИКБ. Говорит, когда помогаешь безнадежному больному, понимаешь, что это сродни богослужению — полностью сосредоточиваешься на нем и освобождаешься от всех дурных помыслов.
"Почему я себя чувствую здесь дома? Потому что однажды понимаешь, что верить в Бога — это полдела. Нужно еще очень сильно верить в то, что Он рядом с тобой и ведет тебя по океану жизни. А здесь Бог очень близко. Это чувствуешь каждую минуту", — делится мыслями мой собеседник.
Липовые пенсионеры: чиновник вышел на пенсию в 28 лет
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров