Ещё
Зеленский передумал насчет встречи с Путиным
Зеленский передумал насчет встречи с Путиным
В мире
Израиль уничтожил комплексы России в Сирии
Израиль уничтожил комплексы России в Сирии
Ближний Восток
Украинцы в Париже разорвали флаг России
Украинцы в Париже разорвали флаг России
В мире
На саммите в Париже для Меркель сделали исключение
На саммите в Париже для Меркель сделали исключение
В мире

Челябинский поселок сползает в угольный карьер — жители просят переселения 

Челябинский поселок сползает в угольный карьер — жители просят переселения
Фото: РИА Новости
, 6 авг — РИА Новости, . Жители поселка Роза не на штуку обеспокоены: населенный пункт стоит прямо на краю самого глубокого угольного карьера в Евразии и постепенно сползает вниз. На стенах домов образуются трещины, а ночью даже чувствуются толчки. В 2012 году сюда приезжал , тогда он поручил чиновникам расселить аварийные дома в несколько этапов. Однако спустя семь лет большинство так и живут на опасной территории: местные власти уверяют, что угрозы нет.
Асфальт уходит из-под ног Утром 11 июля жители Розы обнаружили, что возле магазина «Кулинария» в центре поселка просела дорога. Яма была настолько глубокой, что туда мог легко провалиться грузовик. «В ту ночь поселок трясло. Нельзя сказать, что толчки были сильными, их едва ощущаешь. Тишину нарушал звон бокалов в шкафу — они едва заметно побрякивали от неуловимых вибраций. А утром мы увидели эту дыру», — рассказала корреспонденту РИА Новости местная жительница . По ее словам, «тряски» розинцы ощущали и раньше.
"Однажды у знакомых — они живут поближе к Коркинскому разрезу — дома отвалились кухонные ящики, выпала посуда из шкафов, осыпалась штукатурка. У других рухнули потолочные балки между вторым и первым этажом, благо дома в этот момент никого не было. В одной из квартир в том же здании нет пола под ванной. Трещины на стенах — привычная картина. Мы обмениваемся фотографиями, а больше ничего и не можем сделать, власти на наши проблемы закрывают глаза", — жалуется Соколова.
К проблеме подключилась общественная организация «Гражданский патруль»: активисты сообщили в прокуратуру Челябинской области о халатности местных чиновников и попросили провести тщательный осмотр места.
В администрации, в свою очередь, жителей успокоили, пояснив, что провал грунта произошел из-за разрушения бетонного перекрытия неиспользуемой выгребной ямы или подвального помещения. Сказали, что разрушение асфальта не угрожает соседним домам. Однако жители уверены: поселок постепенно гибнет, потому как стоит прямо под не законсервированными угольными шахтами.
Через щель видно улицу
Глубина Коркинского разреза — около 500 метров, длина — три километра, ширина — два с половиной. Карьер хорошо видно на спутниковых картах, поселок Роза меньше его почти в два раза. Разрез разрабатывали с 1930-х вплоть до 2010-х, пока не начались оползни.
Местные и федеральные СМИ тогда неоднократно писали, что карьер осыпается, а Роза с населением почти 15 тысяч человек постепенно сползает в яму. Это признавали и в правительстве Челябинской области, но сделать ничего не могли: ситуацию осложняют отвал породы в пять миллиардов тонн, титанические разломы, очаги эндогенных пожаров, сложная система подземных вод. Обо всем этом говорилось в справочных материалах, распространенных пресс-службой правительства.
В феврале 2012-го на федеральном канале вышел сюжет о пенсионерке Любови Ветровой, которая живет в 300 метрах от карьера. Она показала, как через щели в стенах дома хорошо видит улицу и даже может достать оттуда снег. Электропроводка рвется из-за того, что здание трещит по швам, а потолок кусками обваливается прямо на головы домочадцев.
Через несколько дней в поселок приехал Владимир Путин, на тот момент премьер-министр. Выяснилось, что в опасной близости от карьера стоит большинство строений: всего в Розе 605 домов, из них 491 — в зоне риска подвижки горных пород. Путин поручил чиновникам расселить всех жителей.
Великое расселение
Процесс решили разделить на несколько этапов. В течение февраля должны были освободить двухэтажки, в которых, по словам Путина, «жить уже невозможно» (это 3,7 тысячи человек). Потом планировалось расселить еще 18 домов, которые тоже находились в опасной зоне, «но не настолько, чтобы могли пострадать в ближайший год». Третий и четвертый этапы — переселение из частного сектора и зоны повышенных деформаций. Для этого специалистам предстояло оценить состояние всех построек, начиная от края борта разреза до улицы 50 лет Октября — своеобразной границы расселения. Впрочем, некоторые дома стояли и дальше, но тоже попали в список. К примеру, в здании на улице Зеленой, 11, эксперты зафиксировали, как «проваливаются потолки, рушится фундамент, полностью отсутствует канализация, в квартирах влажно и расползается плесень».
"В течение года, максимум полутора, всех из этой зоны опасной переселить", — распорядился тогда глава правительства.
Власти Челябинской области посчитали: на это нужно пять миллиардов рублей. Из федерального бюджета пообещали выделить два миллиарда, столько же должна была предоставить область. Еще миллиард согласился дать собственник угольного разреза (позднее правительство региона пришло к выводу, что эти средства необходимо направить на рекультивацию карьера).
Как после бомбежки
На первых этапах «великое переселение» шло строго по плану. В феврале с улиц Проходчиков и Серова жильцы переехали в новостройку в Копейск. Пресс-служба губернатора Челябинской области отчитывалась, что в апреле 2012-го в Коркино и Копейске началось строительство двух многоэтажных домов для переселенцев второй волны. Сдачу жилья запланировали на осень. До конца года в Копейске обещали ввести в эксплуатацию еще три десятиэтажных дома на 360 квартир. Нашли свободный жилой фонд в Челябинске, чтобы «у населения была работа». Как раз в июле 2012-го в казну области поступил транш в размере двух миллиардов рублей.
Дом за домом расселяли пограничную улицу 50 лет Октября, однако в 2013-м все застопорилось: уехали жители только нечетной стороны улицы, а остальные по-прежнему в Розе.
"Дома на нечетной стороне разрушили, а противоположную — нет. Хотя, когда приезжал Путин, четко прозвучало, что километровая зона от бортов разреза должна быть переселена. Но на деле это затронуло лишь первые 500 метров. Почему вдруг все остановили, никто не знает. В администрации на все вопросы ответ один: денег нет", — говорит местная жительница Валентина Тарасенко (имя изменено). Ее дом тоже признали аварийным, но до сих пор она живет там с семьей. При этом Тарасенко знает, куда их переселят и даже как выглядит их новая квартира. Правда, пока только на бумаге.
"Нас определили в Челябинск, вот и план есть, смотрите, 104-я квартира, второй этаж. С нас даже взяли полторы тысячи рублей в БТИ за оформление документов. Но уже шесть лет кормят завтраками. Мы все ждем, когда же нам позвонят с хорошими вестями?" — задается вопросом собеседница.
Учеба среди руин
На спутниковых картах видно, что улица четко делится на две части: с одной стороны — старые двухэтажные бараки, с другой — пустырь. Однако не все постройки в опасной зоне попали под снос. В полуразрушенном состоянии находится заброшенное здание поликлиники — по словам Валентины, туда после школы бегают дети, а еще там собираются бомжи.
Среди руин в пятидесяти метрах от карьера — две средние школы (одна на улице Проходчиков, откуда переселяли в первую очередь) и детский сад. Продолжают действовать. «Школы № 4 и № 11 стоят на борту разреза. Почему их оставили? Ведь всю улицу снесли. Там учится вся Роза. И стены там так же рушатся из-за огромных трещин», — уточняет Тарасенко.
Многоквартирный дом по улице Зеленая, 11, (его дополнительно внесли в список как опасный для проживания) тоже на месте. На улице Локомотивная, которая также вошла в зону, по-прежнему люди: они просто не успели оформить документы на жилье.
"Как будто нас уже нет"
Условия в аварийном бараке спустя семь лет после визита комиссии из Москвы только ухудшились, сетует Валентина. «Год постройки бараков — 1947-й: их возводили как временные строения из шлака и всякого строительного мусора. Но вы же знаете, что нет ничего более постоянного, чем временное. В одном из них вообще нет туалета. А ведь это центр поселка!» — возмущается собеседница.
Три года назад входную дверь ее дома так перекосило, что она перестала закрываться. Недавно хозяйка заметила, что дверь опять функционирует — видимо, перекосило обратно. «Это значит, что фундамент под нами ходит в разные стороны. Мы ведь живем под выработками. Начиная с июля нас то и дело трясет. Что это, я не знаю, но ночью слышу, как в графине на столе плещется вода. Становится жутко», — признается она.
По ее словам, после того как образовалось яма у «Кулинарии», трясло еще. Например, в ночь на 20 июля все машины за ночь покрылись сажей: «У нас такое было три года назад — у разреза упал борт, поднялось облако пыли и осело ровным слоем на поселок».
Зимой из-за трещин на стенах растет плесень. «Сырость не позволяет нормально дышать. Домочадцы по очереди болеют конъюнктивитом», — жалуется Тарасенко. Летом же, наоборот: в квартирах невозможная духота, но открыть окна нельзя, потому как в воздухе — запах тухлых яиц. «Одному богу известно, что это за запах — то ли метан, то ли сероводород. Но экологическая обстановка в Розе ужасная. Впрочем, как и состояние здоровья жителей», — сетует Валентина.
Жители поселка последние пять лет пишут письма во все инстанции, однако вразумительных ответов от региональных чиновников не получают. В администрации Челябинской области все жалобы адресуют муниципальным властям. Иногда жильцам «пограничной» улицы кажется, что их уже никогда и не переселят. «В Розе в этом году на улицах не горит свет. У меня в квартире выбили окно на прошлой неделе, так я даже не смогла увидеть, кто это был, — кругом кромешная тьма. А мусор коммунальщики не убирают с апреля. Как будто нас уже нет. Может, наши чиновники отчитались, что нас переселили?» — горько шутит Тарасенко.
В Коркинском разрезе сейчас работает (РМК), тушит угольные пожары. Оператор «Промрекультивация» локализует зоны возгорания угля взрывами метана. В компании признают, что это загрязняет воздух в близлежащих населенных пунктах. Поскольку участки находятся в труднодоступных местах, организовать эффективную борьбу со стихией удается не всегда. В дальнейшем разрез заполнят инертным материалом, произведенным на основе хвостов обогатительной фабрики Томинского ГОКа. По предварительным подсчетам, процесс закончится не раньше 2042 года. На месте угольной выработки будет водоем, берега озеленят.
"На сегодняшний день Коркинский разрез — одна из наиболее острых экологических проблем региона, один из крупнейших источников загрязнения воздуха на Южном Урале. Кроме того, оползневые явления на бортах разреза грозят разрушением жилым домам и социальным объектам в близлежащих поселениях", — говорится в пресс-релизах компании.
Шесть лет на переселение — это нормально
Глава Розы объяснил РИА Новости, что обеспокоенность людей по поводу возможных оползней и провалах в карьер безосновательна. Поселок, заверяет он, находится в безопасности.
Переселить, по его словам, никого не забыли. Однако, уточняет глава, есть нюанс: граница «зоны отчуждения» в процессе несколько раз изменилась. Изначально эксперты обозначили как границу улицу 50 лет Октября — это примерно 500 метров от карьера, а вовсе не километр, как указывают местные жители. Потом «зона» сдвинулась до 300 метров.
"Карьер ведь рекультивировали, борта отсыпали. Поэтому четная сторона улицы выбыла из списка. По этой же причине школы и детский сад остались на месте. Сейчас глубина карьера тоже изменилась почти на сто метров. А за несколько лет его заполнят", — говорит Власов.
При этом он не скрывает, что жилой фонд в Розе аварийный и разрез в свое время действительно тянул дома вниз. Плюс строения сами по себе старые, без соответствующего обслуживания пришли в негодность. Почему постройки должным образом не ремонтировали раньше и не переселили людей еще в 2013-м, когда дома признали аварийными, глава Розы, вступивший в должность год назад, не знает.
"К примеру, дома на Зеленой улице. В простонародье их называют «Голливуд» за их непотребный вид. Полномочия по переселению не так давно отдали районным властям, деньги на эти цели выделены, около 50 миллионов рублей. Думаю, до Нового года люди из этих домов переедут в новое жилье. Учитывая современные реалии, процесс переселения не может пройти быстро. Тут много факторов: оформление конкурсной документации, распределение закупок и так далее. Поэтому пять-шесть лет для переселения — это норма", — заключил чиновник.
Видео дня. Грудь под цензурой: голых женщин заклеили скотчем
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео