Ещё

Если власть не лжива, то это не наша власть 

Если власть не лжива, то это не наша власть
Фото: CBS MEDIA
Было это и после октябрьской революции 1917 года. Речь о Декрете на землю с его лозунгом: землю — крестьянам. После взятия Зимнего дворца собрался первый съезд крестьянских депутатов. Говорили там о том, что надо изъять у помещиков землю, которая осталась после реформы 1861 года. После упразднения крепостного права землей временно владели крестьянские поземельные общины. Правительство Столыпина предложило крестьянам право выходить из этих общин и вести хозяйство самостоятельно. Но крестьян это не очень обрадовало, они предпочитали держаться общиной. Тут и возник декрет, который предполагал поделить все земли, которые принадлежали либо крестьянским общинам, либо помещикам, поровну между крестьянами по количеству членов семьи.
До этого Ленин хотел передать эти земли государству, национализировать, но после осени 2017 отказался от идеи, поняв, что крестьяне могут не поддержать его. Они ведь хотели всю землю и сразу. Землю крестьянам раздали, но уже на следующий после революции год большевики создали комитеты бедноты, которые стали забирать у крестьян хлеб для рабочих и солдат. Ввели продразвёрстку, что вызвало протесты со стороны самых трудолюбивых крестьян. Ведь они, получив землю, никак не ожидали, что государство станет затем бесплатно отнимать у них то, что они на этой земле вырастили. Вот вам и «от каждого по труду». Ну а в 1928 году началась коллективизация, когда крестьян— единоличников стали насильно загонять в колхозы и совхозы, делая их землю коллективной. Больше всего были разочарованы властью рабочих и крестьян те, кто действительно умел и хотел трудиться, мечтая увести свои семьи из бедности. Можно сказать, опора нормального государства, которую сейчас называют фермерами или представителями малого бизнеса. Но и в современной России этим людям власти предпочитают помогать только на словах. В прошлые же времена это «сословие» обозвали кулаками. А те, кто предпочитал выкрикивать революционные лозунги и откровенно бездельничать, легко разобрались уже не с помещиками, а со своими же более работящими братьями — крестьянами, не дав им выделиться на фоне других и подняться выше толпы. Земля им была уже не нужна, ведь продать ее было нельзя, оставалось на ней самому трудиться, а потому они легко отдали ее в «обшак».
В современной России сельское хозяйство начали не развивать, а разваливать. Вроде и земельные паи крестьянам раздали, отдали 90 процентов пашни в частные руки. Пытались возродить фермерство. Но все оканчивалось крахом: фермерские хозяйства разваливались, а землей стали торговать. Сельское хозяйство уже не интересовало инвесторов. Те, кто мог работать, уже не хотели этого. А те, кто хотел, тот натыкался на многочисленные препоны. Другие хотящие просто ничего не понимали в сельском хозяйстве.
В 2016 году прошла Всероссийская сельскохозяйственная перепись населения, где выяснилось, что за последние 10 лет число крестьянских хозяйств сократилось на 45 процентов. Численность же сельского населения за последние 15 лет снизилась на 1,7 млн человек. Работать на селе в современной России стало бессмысленно, ведь рост тех же цен на энергоносители более чем в сотню раз превышал рост цен на зерно. Кто захочет работать в убыток? Доходило до того, что аграриев датировали на уровне одного процента от расходной части госбюджета. Причем большая часть денег шла на субсидирование процентных ставок по кредитам. же тратит на поддержку местных фермеров больше трети годового бюджета.
Государство настолько запустило село, что  предложила возродить в России колхозы, потому как по-другому обеспечить своих граждан собственной недорогой сельхозпродукцией у нынешних властей не получается. В Израиле, к примеру, процветают кибуцы — аналоги советских колхозов. В той же Белоруссии тоже не стали избавляться от государственной системы колхозов. У нас же не развивается ни частное фермерство, ни государственное коллективное хозяйство.
Зато мы имеем удивительную магию цифр. Президент Путин во время своей последней прямой линии с гордостью сказал: «Общий объем поддержки сельскохозяйственной отрасли, в том числе экспорта, в 2019 году достиг 303 млрд рублей. В 2018 году объем поддержки составил 254 млрд». Наверное, это нужно расценивать как достижение. Магия больших цифр может действовать как удав на мышь. Но, это всего лишь цифры, которые в данном случае не говорят ни о чем. Много это или нет? Давайте возьмем расходную часть федерального бюджета на этот год. Она составляет 18 триллионов рублей. 303 млрд — это всего лишь 1, 68 процента от бюджета. Причем от этих 303 млрд на фермерские хозяйства выделяется только 16 процентов, на крупные хозяйства — 45 процентов. Нужны комментарии? Есть ли хоть какие-то основания утверждать с высоких трибун, что в российском сельском хозяйстве произойдут даже не ощутимые, а просто хоть какие-то перемены к лучшему? Похоже, что нет. Но вам об этом власти не скажут.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео