Ещё

Донецк: Война миров Прилепина и Лимонова 

Фото: Украина.ру
Взять, допустим, и . Первый — состоявшийся классик, перманентный бунтарь и хронический революционер. Второй — востребованный, модный автор, пытающийся вырваться, пусть даже и в своем воображении, за рамки писательского ремесла, показать себя творцом истории и доиграть недоигранное в детстве в солдатики.
Я бы вспоминать о них сейчас не стал, но в своем творчестве, подчеркну, в обоих случаях — незаурядном, Лимонов и Прилепин в последнее время зацепили мой родной город. Кстати, полагаю, что  они по-своему любят, но видят его исключительно через призму собственных миров, вполне эгоцентричных. При этом, несмотря на то, что упомянутые авторы выступают не только в разных весовых категориях, но и в разных видах спорта даже, они ревниво посматривают друг на друга, оценивают и как бы невзначай норовят оцарапать оппонента (а они явно не соратники) стернёй донецких степей. И своими талантливыми перьями, разумеется, тоже.
Прилепин добрый кусок (злой, на самом деле, просто большой) свежего произведения «Некоторые не попадут в ад», о своих похождениях на донбасской войне, посвятил Лимонову. Общая идея — старый Дед Эдичка вовсе не так крут, как сам пишет, и тем более далек по уровню крутизны от налитого пузырящимся соком жизни и не вылезающего из окопов и лучей славы Захара. К тому же, на Балканах Лимонов как-то не так воевал, да и не воевал вовсе, а скорее прогуливался. И вообще…
По всему видать, есть тут вкрапление неких комплексов. Не хочу сказать, что речь идет об обиде и мести, хотя нехорошие мысли в этом направлении невольно кристаллизуются. Известный журналист и скрупулёзный, дотошный даже исследователь творчества Прилепина и Лимонова вообще бескомпромиссен в оценке:
«Это была его (Прилепина. — Ред.) месть Деду (Лимонову. — Ред.) за исключение из нацболов. Прилепин, напомню, стал сопредседателем ОНФ («Общероссийского народного фронта». — Ред.). Это и стало поводом для исключения».
Очень может быть. Чаленко виднее, очень уж он внимателен к персонам помянутых авторов и их литературно-политическому творчеству.
Уязвленное самолюбие Эдуарда Лимонова и впечатления, навеянные недавним его визитом в Донецк, вызвали к жизни несколько коротких, бойких, емких заметок в ЖЖ. Прежде всего, он буквицами отшлепал Прилепина.
«Не о нацболах
Книга Прилепина «Санькя» — это не о нацболах.
Это о «завтравцах» скорее, то есть о тех, кто тусовался вокруг газеты «Завтра». В «Санькя» много соплей и слёз и поповщины и сентиментальности, а нацболы всегда были современны, грубы, не сентиментальны. Нацболы par excellence были Андрей Гребнев и Андрей Сухорада, ну ещё  в своих устремлениях.
Среди нацболов всегда было мало верующих.
Православие фактически считалось синонимом ханжества. Так что это не мы в «Санькя».
Внутри нацболов такое мнение было и даже преобладало.
Так что…»
Еще Лимонов обрисовал Донецк, каким тот ему представился в июне 2019 года. Симпатичный вышел образ, причем рафинированно мирный. Некоторые фразы крайне точны, стопроцентное попадание в суть. Но мирный, да.
«Донецк: ничего от фронтового города
Донецк поразил своим спокойствием. Большой, разогретый солнцем южный город, чистый и хорошо подметённый, я бы даже сказал «вылизанный», над речкой Кальмиус. Ничего от фронтового города.
Улицы широкие, дома скорее богато выглядят. Зелёный. Чище Москвы.
Опять-таки, повторюсь, ничего от фронтового города, в декабре 2014-го я был в Луганске — вот тот выглядел фронтовым городом. Покоцанным повсюду. Такое впечатление (доказательств у меня нет), как будто существует один квадрат, куда украинские злыдни выпускают время от времени пару десятков снарядов, и только.
А в остальном городе только нешумная канонада была слышна.
Все высотки целы, кафе «Сепар», где взорвали Захарченко, аккуратно стоит, удобно так, только что неоштукатуренное, а так в порядок приведённое здание. Ну не обслуживает клиентов ещё, но, может, будет обслуживать…
Из Москвы представляется, что в Донецке нечто ужасное происходит, на самом деле — жаркий южный город. Катерки по Кальмиусу лениво бороздят воды.
Зато военных начальников (невидимых) полным-полно, и корпусные, и всякие, и МГБ, и чёрт знает кого только нет. И все невидимые… Говорят, многие начальники возвратились и спокойно служат. Профессионалы всегда нужны.
То, что несколько нацболов погибли за эту землю, а кто и без конечностей остался, — никого не интересует.
Вряд ли и начальники знают про погибших нацболов. Вот оно правое дело как выглядит».
Доводилось слышать от донецких друзей, что приезд Лимонова взбудоражил неких ответственных товарищей. На передовую природного смутьяна решили, от греха подальше, не возить. Может, чтобы в атаку не пошел или чтобы пулю-дуру не поймал. Второе скорее. Окажись писатель хотя бы на Петровке, в районе Путиловки, я уж не говорю о Зайцево, гамма эмоций у него была бы совсем иной. А так — все мирно, знойно. «Нешумная канонада»!
Хотя досадливую фразу Эдуард Лимонов все же бросил. Комплексную такую, поездки в Донецк она тоже касается:
«Вы — это вы, я — это я.
Кто-то меня ругает за Донецк, кто-то ругает за «Санькю», кому-то я не по вкусу из-за жёлтых жилетов. Да идите вы все куда подальше!
Я живой, размышляющий человек и никого не спрашиваю, как мне смотреть на вещи.
Генералы в Донбассе струсили, что я приехал, факт, и я там несколько суток сидел, пока они трусили. С такими генералами во главе не дай бог воевать, если война придётся на субботу-воскресенье, будут ждать понедельника, чтобы ответить.
О «Саньке» значительная часть партии так всегда и думала, что не о нас написана книга, но Прилепин был свой, и мы не хотели его расстраивать. Теперь он не свой, и сообщить, что это не о нас, всё равно полезно.
Жёлтые жилеты — это та же борьба «пипл» против «элиты», как у нас в Екатеринбурге и Архангельске. Наши СМИ все промакронистые, поторяют ложь Франции. Я не поленился, съездил, познакомился, постарался понять. Намеревался инкогнито туда заехать, не получилось, но перед СМИ не вихлялся, пресс-конференций не устраивал, собой не щеголял.
Вы бы смирились, дорогие читатели, и перестали меня порицать, тюлени. Вы — это вы, я — это я. Так что кто мной недоволен — читайте других».
В общем, у Лимонова Донецк — умиротворенный, чуть ли не курортный. У Прилепина идет война, даже когда он, по его же книге, напропалую выпивает и закусывает в ресторации «Пушкин», снисходительно умиляясь местным «хохлам», глядящим на него, всамделишного россиянина, как на полубога.
Говорю же, фантазеры, могучие лбы. С одной, считай, точки, на события смотрят, а видят разное.
Да, собственно, себя в основном и видят. Остальное — фон, антураж, массовка, мирный воюющий Донецк.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео