Ещё

«Прямая линия» президента прошла без колебаний. Комментарий Георгия Бовта 

Фото: BFM.RU
20 июня президент России в прямом эфире ответил на вопросы россиян. «Прямая линия» прошла в 17-й раз. Эфир продлился 4 часа 10 минут, на десять минут меньше, чем в прошлом году. Глава государства успел ответить на 81 вопрос против 73 в прошлом году. Главные темы были озвучены в самом начале «Прямой линии»: уровень доходов, здравоохранение, обращение с мусором и отходами, а также национальные проекты. Что еще можно отметить любопытного в нынешней «Прямой линии»?
Некоторые критикуют «Прямые линии» президента, которые превращаются в непрерывный поток жалоб и просьб. Причем однотипных уже который год подряд. Однако в этом плане символичным представляется вопрос, прозвучавший в самом конце. Путина спросили, когда он перестанет обращать внимание на мелкие вопросы. На что президент ответил, что если ему удалось поменять судьбу человека, то это вовсе не мелкий вопрос. Во время четырехчасового общения с народом ему действительно удалось решить немало житейских проблем и тем самым осчастливить большое количество людей.
Законы публичной политики говорят, что общие формулы, лозунги и обещания облагодетельствовать всех, но потом — уже не работают. Работают простые человеческие истории. Вот человек, вот проблема, а вот ее решение. Кто-то теперь получит лечение от онкологии. Кому-то из обманутых дольщиков уже теперь точно достроят дом. В далекую деревню проведут водопровод. В  в новых кварталах теперь точно станет лучше с озеленением. Семья переселенца из , которой не давали из-за бюрократических придирок гражданство по упрощенной процедуре, наверняка его выдадут на днях. Работнику , пожаловавшему на низкую зарплату, можно готовиться к прибавке. Кто-то скажет, что такой способ решать проблемы выдает несовершенство самой системы управления. Однако миллионам людей именно такая система и нужна. Во главе которой стоит национальный лидер, практически отец родной, который может решить любые проблемы и восстановить справедливость поверх голов нерадивых чиновников и неработающих институтов. Единственный, пожалуй, из относительно новых вопросов, по которому не оказалось, да и нет быстрого решения — это мусорная реформа. А все потому, что слишком много мусора накопилось в стране.
Ежегодное общение президента с народом — это особый жанр, который во многом предопределяет тематику общения. Подавляющему большинству позвонивших и написавших президенту что-то от него было надо, в основном пожаловаться. И Путин говорил с этой аудиторией, соблюдая все каноны политического патернализма. Он говорил с «глубинным народом», который в массе своей состоит из людей бедных и рассчитывает, прежде всего, на государство во главе с таким президентом. Если бы Путин этому «глубинному народу» что-то витиевато рассказывал только о перспективах нацпроектов с громадьем планов и цифр, его просто не поняли бы.
Для других категорий населения, составляющих меньшинство, у президента есть свои форматы общения — для бизнеса, для интеллигенции, для представителей так называемого «среднего класса», который ничего не просит у государства и хотел бы, чтобы государство его поменьше трогало. Для этих категорий он тоже в нужное время находит нужные слова. Он умеет говорить с разными аудиториями. Это у него профессиональное.
В немногочисленных вопросах политических Путин предстал в своем традиционном ключе — как консерватор, который предпочитает избегать резких движений. Он выступил против смягчения «наркотической» 228-й статьи, о чем заговорили после фабрикации дела журналиста-расследователя Голунова, которому подбросили наркотики. Президент уверен, что указаний силовикам не работать на «палочную систему» и навести порядок путем усиления службы собственной безопасности должно подействовать. Путин вообще не любит публично критиковать силовиков и признавать наличие каких-либо системных проблем в этих структурах. Даже говоря о деле полковника Захарченко с его миллиардами, он заметил, что эти огромные деньги стали результатом взаимодействия двух сторон — взяткодателей и взяткополучателей. Президент придерживается консервативной политики и в том, что касается Интернета. Он считает закон о суверенном интернете правильным. Он не считает чрезмерными законы о наказании за оскорбление власти или распространение «фейковых новостей». Бизнесу было обещано подумать о новых, более мягких мерах пресечения при уголовном преследовании, таких как залог. Но от арестов тоже не откажутся.
В целом же силовые структуры как система работают корректно, а отдельные недостатки можно выправить с помощью . Что касается необоснованных наездов надзорных органов на малый бизнес, то нужно ужесточить контроль за самими проверяющими, введя реестр таких проверок.
Президент еще раз показал, что от своих принципов отступать не намерен. Он не собирается предпринимать резких движений или радикальных реформ. Есть известный принцип: «Если не сломалась, то и не чини». Иначе можно все разломать, но ничего не построить. Это называется стабильность и преемственность курса.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео