Ещё

Смыслы недели: премьер-оптимистр, любимый Сталин и надежный Рунет 

Фото: РИА "ФедералПресс"
Все хорошо. Все как всегда
Ряд экспертов и журналистов надеялись на сюрпризы во время отчета премьер-министра Дмитрия Медведева перед депутатами Госдумы. Ожидалась жесткая критика со стороны парламентариев, особенно в условиях, когда один из министров в прошлом месяце был фактически изгнан из здания за слабый доклад. Но на деле вышло все слишком буднично. Оценивая состояние экономики в стране, Медведев заявил, что удалось не только сохранить, но и укрепить положительные тенденции. Впрочем, нельзя сказать, что премьер обрисовал социально-экономическую картину исключительно в розовых красках. Он признал проблему бедности и существование 19 миллионов нищих россиян. Но практически все невзгоды Медведев снова связал с санкциями и падением цен на нефть. Основная часть доклада была посвящена реализации нацпроектов. В результате оппозиция отбилась традиционной критикой, а спикер Госдумы Вячеслав Володин проявил жест сближения парламента с правительством, заявив о необходимости создания совместной рабочей группы по итогам отчета. Удалось ли Медведеву укрепить свои не самые прочные позиции и убедит ли его отчет граждан России в правильности политики кабмина?
Комментирует ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков:
«Многие из года в год ждут превращения заседания Госдумы с заслушиванием отчета правительства в политическое ток-шоу или подобие предвыборных дебатов — с эмоциональными выступлениями депутатов и резкой критикой в адрес кабмина. На деле по такому сценарию это мероприятие не проходило даже в предвыборном 2016 году. И это как раз объяснимо. В существующих условиях курс на диалог, а не на конфронтацию с правительством в ходе обсуждения отчета оказывается объективно более выгодным для парламентской оппозиции.
Дело в том, что даже резкая критика в адрес правительства со стороны депутатов в связи с данным отчетом почти наверняка не конвертировалась бы в дополнительные голоса на грядущих региональных выборах. Информационный эффект от таких выступлений был бы очень скоро исчерпан, к тому же повестка региональных выборов, как правило, привязана к местной, а не федеральной проблематике. А вот продемонстрировать свои возможности по ведению диалога с премьером (а по сути, свой лоббистский потенциал) парламентской оппозиции накануне региональных кампаний как раз важно. Вспомним, что именно на лоббистские возможности своих однопартийцев в Госдуме нередко ссылаются кандидаты системной оппозиции, идущие на региональные выборы.
В итоге в нынешнем году заседание с отчетом правительства прошло по принципу взаимовыгодного обмена. Дмитрий Медведев неоднократно упомянул в отчете о предложениях парламентских фракций (как «Единой России», так и представителей системной оппозиции), а те, как правило, задавали вопросы в нейтрально-благожелательном ключе. В какой-то мере премьер и депутаты поменялись ролями. В отчете правительства, представленном Дмитрием Медведевым, был большой социальный блок, парламентарии же неоднократно напоминали о проблемах стимулирования экономического роста. Интересно, что первый замруководителя фракции КПРФ Николай Коломейцев в своем выступлении сослался на либерального экономиста Милтона Фридмана, что, возможно, являлось завуалированной иронией («тонким троллингом», как любят говорить в соцсетях).
Стоит обратить внимание на тематику вопросов от депутатов. Прежде всего характерно, что в вопросах представителей всех фракций, кроме «Справедливой России», прозвучала тема АПК и проблем сельского населения. В целом это довольно необычно, поскольку сельская проблематика чаще находится на периферии федеральной политической повестки. Внимание депутатов к теме в ходе выступления Дмитрия Медведева можно было бы объяснить и их желанием не трогать более резонансные проблемы. Но не исключено, что в данном случае на тактику парламентариев повлиял и рост внимания к вопросам развития сельских территорий со стороны Владимира Путина (президент периодически обращался к этому вопросу в 2018 году и упоминал в недавнем послании Федеральному собранию). Стоит отметить, что при этом в вопросах не звучала критика в адрес Минсельхоза РФ, — вполне оптимистичный знак для руководства ведомства.
Среди прочего стоит отметить вопрос депутата от «Единой России» Вячеслава Лысакова с довольно резкой критикой фирм, работающих в сфере автострахования. Вероятно, эта партия стремится перехватить данную повестку, в том числе в преддверии выборных кампаний в крупных городах, в рамках которых обычно активно обсуждаются проблемы автомобилистов. Для «Единой России» разработка этой темы действительно может стать достаточно перспективной».
Комментирует политолог Илья Гращенков:
«Медведев остается лидером партии «Единая Россия», которой осенью 2019 года предстоит выиграть не один десяток выборов. Рейтинг партии стремительно падает именно на социалке — пенсионная реформа, общее снижение качества жизни. Дмитрий Медведев как премьер старается дать позитивную повестку: мол, в ситуации, когда нас душат санкциями, мы много всего хорошего делаем, да и вообще люди для нас — самое важное. Посыл явно политический, предвыборный, призванный людей успокоить, создать впечатление, что государство о них думает. Ведь взять, к примеру, выборы в Хабаровском и Приморском краях в прошлом году: почему там побеждали ставленники оппозиции? Люди не считали повестку федерального центра адекватной их самочувствию. Те отчитывались о миллиардных инвестициях, а людей увольняли с работы, цены росли галопирующе, отнимали последний доход в виде «серого» бизнеса под предлогом наведения порядка. Вот отчет Медведева в ГД РФ из той же области. Люди не ощущают на себе тех позитивных изменений, о которых говорил премьер. А отсылки к неблагоприятной внешней ситуации не проясняют тех вопросов, которые у населения накопились к самой власти. Очевидно, что правительство Медведева стремительно теряет рейтинг, народ хочет то ли «левого» поворота, то ли новой справедливости — сам точно не знает; хочет, чтобы стало лучше или хотя бы как было лет пять назад. Этот запрос Медведев упаковывает в нацпроекты — новые сверхтраты на очередные мегапроекты, в которые многие уже не верят. Вот Медведев говорит об инструменте льготной ипотеки — до 5%, но где она, эта ипотека? Для большинства реальный процент свыше 10%, а то и все 20%, проблема с жильем стоит как никогда остро, а на бумаге все гладко. Такая попытка убаюкивающей отчетности очень напоминает поздние съезды КПСС, где все тоже отчитывались о росте центнеров зерна и пар обуви, а в это время страна задыхалась в очередях за дефицитом. Даст ли выступление с уклоном в социалку положительный эффект перед выборами? Я так не думаю, скорее уж наоборот — раззадорит критиков Медведева, а таких сейчас много, даже внутри самой власти и ее союзников из числа центристских партий. Самокритика и реальные действия — вот что могло бы произвести реальный эффект самообновления, модернизация сверху».
Ограничение или надежность?
Шестнадцатого апреля депутаты Госдумы ожидаемо приняли в третьем чтении закон о надежном Рунете. Обсуждение документа сопровождалось ожесточенными дискуссиями. Критики законопроекта считали, что речь идет о создании российского файрвола и цензурировании интернета. Сами законодатели утверждают, что это не так и закон поможет создать систему маршрутизации интернет-трафика, которая обеспечит надежную работу российского сегмента интернета в случае, если кто-то извне захочет его отключить или же банально произойдут какие-то серьезные сбои. При этом трафик будет контролироваться для минимизации возможности передачи данных российских пользователей за рубеж. Стоит ли бояться закона о надежном Рунете?
Комментирует председатель комиссии Общественной палаты РФ по развитию информационного сообщества Александр Малькевич:
«На мой взгляд, все эти критические моменты — это спланированная черная пиар-кампания, которая была направлена в целом против всего законопроекта. При этом разговор шел в двух совершенно разных направлениях. Авторы закона объясняли, что нужно защитить российский сегмент интернета от вторжения извне и сделать так, чтобы интернет был у нас. А противники рассказывали, что у нас какая-то великая китайская стена, КНДР, отключение от мировой системы, то есть то, что не соответствует действительности. Это настоящие фейк-ньюз. Задача была — максимально скомпрометировать эту идею. Почему? Ответ очевиден: чтобы мы не занимались выстраиванием защитных схем и были безоружны перед технологическими потрясениями.
Распространением этих фейков занимается только неопытная молодежь. Люди, которые запускают кампанию, делают это целенаправленно, а люди неопытные читают готовую ахинею и ведутся на это все».
Ностальгия по Сталину
Уровень одобрения Иосифа Сталина среди российских граждан побил исторический рекорд. Об этом свидетельствуют результаты опроса Левада-центра, опубликованные в начале этой недели. 70% россиян оценивают историческую роль Сталина как положительную. Кто-то из респондентов относится к этой фигуре с уважением, кто-то — с восхищением, а почти половина опрошенных оправдывают сталинские репрессии. Не секрет, что в обществе давно личность Сталина мифологизировалась, и в подобных опросах речь идет не о биографической составляющей вождя, а о его сформировавшемся образе. Эксперты видят много знаков в явлении массовой любви к этой противоречивой исторической фигуре.
Комментирует политтехнолог Андрей Колядин:
«Это запрос на якобы справедливое общество, где каждую весну и осень понижались цены на продукты, где все ходили одинаковые и даже сам Сталин ходил в военном френче и стоптанных башмаках. Но никто сейчас не вспоминает о том, какие столы накрывал себе Жданов во время голода в Ленинграде и какие вина ему завозил сам Сталин. Но это не имеет сейчас значения. Сформировался некий образ твердой руки, которая спасла Россию, которая сумела заставить работать тех, кто работать не хотел, которая сумела изобрести ядерную бомбу, которая сумела провести коллективизацию и индустриализацию, которая блистательно выиграла войну. Но о том, что при этом 60 млн человек погибло и из них 60% — русские, которых бросали без ничего под танки, тоже никто не вспоминает. Ту атмосферу страха и ужаса, когда людей забирали по совершенно надуманным предлогам, никто не помнит. Сформировавшийся образ отца народов и спасителя экономики очень дорог многим людям на фоне того, что падает уважение к современной власти. Считается, что современная власть не справляется со своими задачами, а Сталин справлялся. Хотя если сравнить современную власть со сталинской, то нынешняя власть сделала намного больше с точки зрения индустриализации страны, повышения эффективности сельского хозяйства, повышения обороноспособности. При этом никого не расстреливают, не создают систему ГУЛАГов, не выстраивают человеческими смертями гидроэлектростанции. Но, к большому сожалению, мы не ценим то, что имеем. Либо в прошлом мы имеем некое прозрение, либо, потерявши, плачем».
Комментирует политолог Дмитрий Журавлев:
«Да, здесь есть запрос на справедливость как равенство. Вы же понимаете, что символом равенства мог быть Ленин, Стенька Разин с Пугачевым и много еще кто. Но выбрали именно Сталина, поэтому дело не только в равенстве, но и в величии. Молотов говорил, что между 1945 и 1953 годами Советский Союз контролировал практически половину планеты. Сталин в нашей истории подобен Наполеону во французской. Это эпоха максимального величия.
Во времена моей молодости о Сталине говорили очень много. Но тогда Сталин был средством борьбы тех, кто за Союз, с теми, кто против. Политическая борьба вокруг СССР закончилась, Союза нет. Сейчас Сталин не политический символ, а цивилизационный. Заметьте, что за Сталина сегодня выступают те, кто хочет ампира. Очень многие монархисты тоже выступают сейчас за Сталина.
Но почему народ все больше хочет ампира? Заметьте, что самые низкие показатели Сталин давал в 2000 и в 2008 годах. Потому что тогда было ощущение, что и сами справимся, что сами великими станем. Это время огромных надежд и средних успехов. Тогда Сталин был не нужен людям, они надеялись сами пожить в великой стране. Сейчас эти надежды слабеют на глазах. Чего не хватает, того и хочется. Поскольку после 2008 года с реальным величием возникли сложности, то появился запрос на величие историческое и виртуальное. А последние 2–3 года все становится еще сложнее.
По идее, противостояние с Западом должно было дать эффект. Но в любой политической борьбе ты должен демонстрировать успехи. У нас есть бесспорный успех в том, что мы теряем гораздо меньше, чем ожидал Запад. Но это не тот успех, которому радуются люди. Тому, что тебе отрезали одну ногу, а не две, сложно радоваться. Очевидно, что мы не становимся сильнее год от года. Успехи нужны прежде всего внутренние».
Фото: РИА Новости/Дмитрий Астахов
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео