Ещё

Михаил Ведерников: Чтобы молодёжь оставалась в Пскове, надо дать ей возможность легко уезжать 

Михаил Ведерников: Чтобы молодёжь оставалась в Пскове, надо дать ей возможность легко уезжать
Фото: Клопс.Ru
Когда я покидала Псков, с дороги на вокзал на меня посмотрел самый знаменитый житель  — с огромной афишной тумбы, объявлявшей показ его нового спектакля. Вот и встретились, подумала я, может, и правда, мостик между нами — псковскими и калининградскими — существует, хоть и выдуманный. А может, и не совсем выдуманный — как выяснилось из разговора с псковским губернатором , общих и похожих тем у нас много.
— Михаил Юрьевич, уже после назначения в Псков губернатором вы в одном из интервью сказали — дословно: «У меня до этого было сомнительное с карьерной точки зрения назначение в » (с февраля по октябрь 2017 года Михаил Ведерников работал заместителем полномочного представителя президента в СЗФО по Калининградской области. — прим. авт.). Зацепило, поэтому не могу не спросить, почему «сомнительное»?
— Потому что до Калининграда я пять лет работал на такой же должности заместителя полномочного представителя президента на Северном Кавказе. Но в Северо-Кавказском федеральном округе было семь субъектов федерации, а тут одна Калининградская область. Это было горизонтальное перемещение, но необходимое, под конкретные задачи.
— Вы сгоряча назвали его сомнительным?
— Нет, не сгоряча абсолютно. Масштаб работы меньше, меньше регион, и по большому счету передо мной стояло несколько специальных задач, которые нужно было решить. Я действительно ждал другого назначения после Кавказа, но меня спросили: «Можешь?». Ответил: «Могу». Мы же с какого-то момента перестаём себе принадлежать. Куда направили, там и служим.
— Ваше первое впечатление от Пскова?
— Наверное, это в Калининграде произошло, ещё до Пскова. Я вдруг поймал себя на мысли, что надо заканчивать кататься по стране, надо где-то осесть. Помню, приехал на квартиру, разложил вещи, отправился на работу в первый рабочий день, в кабинете что-то привычно для себя переставил и с обеда уже нормально и полноценно трудился. В этот момент и пришла мысль, что для меня уже место не имеет большого значения. На адаптацию полдня уходит: запомнить, как кого зовут из сотрудников, где какие кнопки нажимать, куда звонить — вот, в принципе, и всё. Поэтому и в Пскове точно так же происходило — разложил вещи и начал вникать в процессы.
— Это поначалу. А потом? Мне кажется, нет настолько похожих территорий в , живут регионы по-разному всё же.
— Конечно, но вы же о первых впечатлениях спрашиваете. Когда погружаешься, меняется картинка. Здесь фронт работ абсолютно другой, новая территория, новый объём задач. Я представлял, что  — регион очень непростой, понимал, как много предстоит сделать. Здесь, кстати, удивительные места, намоленная древняя русская земля, и знаете, это помогает. Бывает, выходишь с работы, на дворе уже практически ночь, глаза в кучу, голова гудит, а всё равно найдёшь в себе силы, пройдёшься вокруг псковского кремля — и часа хватает, чтобы задышать полной грудью, мысли в порядок привести.
— Мне обещали экскурсию после интервью, я надеюсь понять, о чём вы говорите…
— На самом деле есть такая связь по судьбе — у моей жены папа из Острова, а мама из Калининграда.
— А Остров — это что?
— Город так называется — Остров, недалеко, 40 минут езды от Пскова. Жена говорит: «Ты мою память везде отрабатываешь, и в Калининграде, и в Пскове».
— Раз о семье заговорили, спрошу сразу. Ваши устроились здесь или ведут командировочный образ жизни?
— Переезд планируем, но пока он зависит от учёбы младшей дочки, она в девятом классе, на финишной прямой. Старшая уже самостоятельно может решать. Забавно, меня местные журналисты тоже спрашивают: «Вы будете семью перевозить или нет?». Я шучу: «Вы радуйтесь — пока семья не переехала, я 24 часа в сутки весь ваш». Иначе придётся спешить домой в полдесятого, чтобы детей перед сном поцеловать. Они часто приезжают, и я в командировках в  бываю.
— Из того, что я читала перед нашим интервью, мне понравилось, что вы прямо говорите о проблемах. Серьёзнейшая тема демографического провала, убыли населения — в Калининградской области идёт прирост населения, но за счёт миграции, а не за счёт увеличения рождаемости, в котором не все из глав регионов признаются. А вы признаётесь, и это хорошо, потому что, когда проблема обозначена, её начинают решать. Хотя я не знаю, как её можно решить, кроме как естественным путём.
— Личным примером…
— Да-да. Но кроме этого, может быть, есть планы, какие-то программы по улучшению демографии?
— В этом году в Пскове открыли новый перинатальный центр, что реально снижает младенческую смертность. Работают федеральные программы поддержки молодых семей с появлением второго ребёнка. Мы тоже ищем возможности для дополнительных льгот, но нам тяжело — у Псковской области большой госдолг. Он снижается, но всё равно остаётся значительным, поэтому со льготами не разгуляться. Вам полегче, у вас всё-таки бюджет другой, есть специальные программы и отдельные поручения президента, председателя правительства. У вас традиционно губернаторы, и  в их числе, очень динамично работают с федеральным центром, потому что регион уникальный. Федеральные деньги дают другие возможности (по словам председателя областной думы Калининградской области , на реализацию нацпроектов за пять лет в Калининградскую область будет инвестировано около 70 миллиардов рублей, что сравнимо с тратами на подготовку к чемпионату мира по футболу 2018 года — прим. авт.).
У нас всё-таки инструментарий поскромнее.
Что касается замалчивания проблем. Люди-то всё равно эти проблемы знают, и какой смысл мне рассказывать, что у нас их нет с медициной или сельскими школами. Люди каждый день видят, что крыша течёт, штукатурка сыплется, в спортзале холодно. От того, насколько честно об этом говорить, зависит, мне кажется, и восприятие, и отношение к власти.
Недавно мы провели жёсткое совещание по дорогам, решали, как устранить бардак с ремонтом. Но жителей Пскова не интересуют проблемы с подрядчиками, их недобросовестность и некачественная работа. Они справедливые претензии предъявляют городской власти. Поэтому мы сейчас проведём честную ревизию, подрядчики получат требования, которые им придётся выполнить. Когда коллеги мне рассказывают: «Мы их штрафуем, но они не реагируют, приходится уговаривать», меня это тоже не интересует. Не надо уговаривать, надо прописать нормальные условия, при которых все будут заинтересованы получить подряд и начнут конкурировать за заказ.
— Давайте договорим про демографию.
— Да, с демографией сложная ситуация. По большому счёту отток населения начался ещё в прошлом веке, сильный удар нанесла Великая Отечественная война. Объективно в демографическую яму попала вся страна, объяснения можно найти в научно обоснованных данных. У нас есть несколько возможностей сдержать бегство населения, особенно молодых людей. Одна из таких возможностей — транспортная доступность.
Не поверите, но многие меня отговаривали пускать «Ласточки» в Санкт-Петербург. Мол, от нас последняя молодёжь уедет. Но я по-другому на это смотрю, считаю, наоборот: сделать надо так, чтобы в Псковскую область можно было приехать легко и комфортно, так же легко и комфортно уехать. Многие знакомые в самом начале моей работы псковским губернатором спрашивали: «Слушай, у вас же уникальный Псково-Печерский монастырь, у вас служит митрополит Тихон (Шевкунов). А как к вам добраться?». Вот тут-то и начиналось самое интересное, — что называется, «три дня на перекладных».
— Сегодня из поезда вместе со мной в Пскове вышло довольно много народу, нет сомнений, что «Ласточка» востребована.
— Конечно. Ходит уже три пары поездов «Ласточка», и всё равно билеты нарасхват. Дело не только собственно в доступности. Вот у вас тоже есть проблема — объяснить детям, что страна большая, что она не ограничивается пределами Калининградской области. Нам немножко в этой части попроще, но и у нас были проблемы. Внутрирегиональные перевозки в какой-то момент просто прекратились, железная дорога закрыла убыточные маршруты. Недавно мы запустили поезда не только в Питер — ещё в Великий Новгород, Петрозаводск. Это очень важно, поезд Псков — Петрозаводск, например, объединил два районных центра, у местных жителей появилась возможность доехать до Пскова и обратно, что дало новые возможности — найти работу прежде всего. У нас сложились конструктивные отношения с , мы рассчитались по долгам. Сегодня подписал распоряжение выплатить последние 20 миллионов. Да и в целом сеть железнодорожного сообщения создаёт вариативность туристических маршрутов, и не только туристических, как я уже говорил.
— С Москвой, не поняла, нет прямого сообщения?
— Есть самолёт, летит час, очень удобно, но три раза в неделю. Дорабатываем ряд документов, чтобы самолёт летал ежедневно. Причём конечный маршрут будет в Краснодаре, то есть Псков — Москва — Краснодар. До 2016 года из Пскова летали еле живые самолёты, говорят, очень страшно было, сейчас хорошие самолёты — «Сухой суперджет» ростовской компании «Азимут». Летом они начнут регулярно летать в Сочи.
— А вы самолётом пользуетесь или поездом?
— Самолёт предпочтительнее. Поезда не люблю, если честно: после Кавказа очень чутко сплю, но сегодня поеду в Москву ночным.
— Какая отрасль в экономике Псковской области может стать — или уже является — локомотивом?
— Активно развивается Великолукский электротехнический кластер, неплохие показатели по сельскому хозяйству — Великолукский мясокомбинат, молочный комбинат. И, конечно, особая экономическая зона — Моглино — это перспективный драйвер.
— Псковская особая экономическая зона наверняка от калининградской отличается. Чем?
— Особая экономическая зона в Пскове отличается прежде всего тем, что это не вся область, как Калининградская, а определённая территория, на которой действуют налоговые преференции — на пять лет даётся освобождение от налога на прибыль. Кроме того, в Пскове есть частная промышленная территория, называется «Зубчатка», где в аренду предоставляются готовые производственные мощности, чтобы инвесторы могли легко открывать там производство. Дал поручение своему заместителю Нинель Салагаевой разработать дополнительные льготы работающим предприятиям, которые они будут получать при инвестициях в новое оборудование или при открытии нового производства. Чтобы не только новые инвесторы, но и те, кто давно на рынке, тоже себя комфортно чувствовали и у них были перспективы для развития в Пскове, а не в соседних областях.
— Можете назвать компании, что собираются работать в вашей особой зоне?
— Группа компаний «Титан» планирует инвестиции в 25 миллиардов в строительство завода по производству полипропиленовой плёнки, например. Но в большинстве это не какие-то огромные предприятия — средние, мелкие. Это и есть основа экономики, рабочие места. На территории ОЭЗ «Моглино» уже запустилось лакокрасочное производство, работает компания, которая сублимированными продуктами занимается, ещё ряд компаний в этом году приступили к строительству. Надо понимать, что, кроме налоговых льгот, много дополнительных вопросов надо решать: железнодорожные ветки, жильё для сотрудников, квалифицированные кадры и так далее. Хочу подчеркнуть важный момент: та же группа «Титан» создаёт сотни рабочих мест только на производстве, и нам важно, чтобы это был дополнительный приток кадров. Поэтому мы договорились, что они будут формировать техническое задание для нашего вуза — Псковского государственного университета, и, пока завод будет строиться, вуз уже начнёт готовить специалистов.
— Вы бы сказали, что Псковская область — это депрессивный регион? Его надо из депрессивного состояния вытаскивать?
— Вряд ли кто-то из губернаторов назовёт свою область депрессивной.
— Понимаю.
— Сложная территория, действительно. В советское время здесь были предприятия, так называемые градообразующие, многие из них прекратили деятельность, много заводов стоит либо заброшенных, либо купленных в частную собственность, но не работающих. Да и Питер с Москвой высасывают лучшие кадры, не секрет. Как с ними конкурировать? В Ленинградской области врач может получать до 60–70 тысяч рублей, а у нас 26 тысяч — средняя зарплата по региону, хотя в 2018 году мы почти на 12 процентов её повысили.
— Жителей Псковской области как бы вы охарактеризовали, они активные, предприимчивые?
— Немало активных людей уехало в поисках новых возможностей, лучшей работы, лучших условий жизни. Но здесь очень много талантливых и активных людей, мы объединили их в общественном проекте «Команда-2018», а сейчас объявили конкурс «Лидер года» — по формированию кадрового резерва для региона. Просто нужно выстроить правильный формат взаимодействия власти с обществом. Я всё-таки рассчитываю на то, что те, кого я привлёк и привлекаю на определённые позиции из других регионов, помогут мне построить каркас, выстроить систему и через какое-то время местные кадры станут главной силой происходящих изменений.
— Насколько большую часть команды вы заменили?
— Процентов сорок поменял, процесс ещё не закончен. Хочу сказать, что все, кто приехал в Псков по моему приглашению из разных мест, пашут с утра до ночи, в выходные. И у меня к ним вопросов нет. Для кого-то это профессиональный вызов, для кого-то — новые возможности, кто-то пришёл в команду, думая о перспективах. Но выкладываются полностью.
— И Калининград, и Псков — приграничные города. Живо сотрудничество с соседями?
— Да, с Эстонией, с Латвией. Мы участвуем в шести программах экологического сотрудничества. Около 16 миллионов евро получили по программе приграничного сотрудничества, ещё на миллиард рублей рассчитываем в ближайшей перспективе.
— Расскажите, что в Пскове считается местами силы, местами притяжения, чем туристов привлекаете? Как вам кажется, не преувеличена роль туриста в экономике отдельно взятой области?
— Экономику туристы, и правда, не спасут, но хороший вклад в неё сделают. Привлечь нам туристов и можно, и нужно. Псково-Печерский монастырь, псковский кремль, Мелетово, Снетогорский монастырь — в Псковской области около четырёх тысяч объектов культурного наследия. Вопрос в том, что многие из них находятся в крайне плачевном состоянии. Сейчас обсуждается идея некоего объединения культурных и культовых памятников с хорошим финансовым обеспечением. Это может дать очень хороший шанс на восстановление исторических объектов, на их новую жизнь, привлекательную и для местных жителей, и для туристов. (Пока интервью готовилось к печати, Михаил Ведерников вместе с митрополитом Тихоном стали сопредседателями автономной некоммерческой организации «Возрождение Псковской области». АНО получит за пять лет 12 миллиардов внебюджетных рублей на восстановление объектов культурного наследия. Совет организации по поручению возглавил  — прим. авт.)
— А вопрос собственности? Большинство культовых объектов наверняка в собственности ?
— Не все. Псковский кремль и Изборск находятся в областной собственности. Президент, кстати, поддержал идею административного объединения Изборска, псковского кремля, Псковского музея, придания им федерального статуса. Представьте, только около 30 процентов экспонатов Псковского краеведческого музея выставляется, остальное лежит в хранилищах мёртвым грузом — очень обидно. Много критики прозвучало по поводу объединения: как, говорят, это можно — Изборск «поженить» с кремлём? А мы и не «женим», у каждого сохранится своя культурная программа, свой директор, они точно так же автономно будут развиваться по своему направлению. Однако важно, чтобы была общая дирекция, общий подход и федеральное финансирование. Посмотрите, какое чудо — псковский кремль, но нам самим его в порядок не привести.
— Слишком большой?
— Одиннадцать километров протяжённость только стены. Конечно, своими силами не справиться. Где-то просим, где-то дополнительные возможности ищем, но всё равно — это сотни миллионов, необходимые на реставрацию.
— Вот опять у нас очень похожие ситуации в том смысле, что есть ценное историческое наследие, его необходимо сохранять. Но вместе с тем города начинают задыхаться в старой инфраструктуре, а жители протестуют — тут нельзя трогать деревяшечку, тут деревце нельзя спилить, тут ещё что-то. Как решить это бесконечное противоречие?
— Это вечный конфликт. К исторической части, безусловно, нужно внимательно относиться, соблюдать охранные ограничения. Мы хотим здесь, недалеко от администрации области, построить интерактивный музей «Россия — моя история». Вам, кстати, тоже он обязательно нужен, знаю, что Антон Андреевич [Алиханов] этой идеей загорелся, буду за Калининград челом бить. Понятно, что в охранной зоне строительство ограничено, но всё, что касается спальных районов, развития территории — никаких ограничений нет. Я пригласил архитектора — пока его работу не афишируем, но ему поставлена задача комплексного развития территории. Кроме того, создаём единый паспорт для кварталов новой застройки. Чтобы вместо пяти не появлялось двенадцать этажей без парковок и детских садов в микрорайонах. Люди заселяются и начинают трясти власть: «Сделайте то, сделайте это». Будем всё согласовывать, вплоть до цвета фасада. Инвестор вправе выбирать — строить пятиэтажные дома или 15-этажные, но строго по проекту.
— А что всё-таки с историческим центром города происходит?
— Ещё со времён советской власти особо никто не спрашивал, где что там строить. Вот и понастроили. Допустим, напротив псковского кремля через реку Пскову стоит шпагатная фабрика, ещё недавно — заброшенное развалившееся чудовище на достаточно большой территории. Наш местный предприниматель получил её в собственность, приводит сейчас в порядок, сохраняет историческую стилистику. Там появится ресторанно-гостиничный комплекс, хорошо вписанный в окружающую среду. По проекту создания туристско-рекреационного кластера «Духовные истоки» целый квартал там же строим, делаем благоустройство. Получается большой кусок в историческом центре — комфортный, современный и живой.
— Хотела ещё спросить про меценатов, про богатую усадебную историю вашей области, про Михайловское, конечно. Кто-то выкупает их, начинает возрождать? Такие примеры, хоть они единичные.
— Усадеб очень много. Одна усадьба Строгановых — Волышово, или Княжьи Горки чего стоят. Они прекрасные, но с ними у нас такая же большая проблема, как и с историческими памятниками. Потому что никому они не нужны. Мы готовы за рубль их в аренду сдать при условии, что люди будут…
— Или продавать?
— Можно и продавать с небольшим обременением, прежде всего культурного свойства. Но пока, к сожалению, желающих немного. Поэтому сейчас главная задача — провести необходимые противоаварийные работы и сделать так, чтобы они хотя бы перестали разрушаться. Будем пробовать с комитетом по культуре проводить там какие-то мероприятия, чтобы сделать эти места снова заметными и знаковыми. Надеемся, кто-то увидит из предпринимателей, возьмёт на себя заботу. Трудная тема. Местным предпринимателям они не нужны, московским и питерским далеко ехать, наверное. Вот появился бы хоть один меценат, пример подал, показал, как это можно сделать, и другие бы вдохновились.
— Калининград вспоминаете?
— Конечно.
— Что? Расскажите.
— Я люблю Калининград. Жизнь вообще из парадоксов состоит. Я, честно говоря, ехал без эмоций, без особой радости, понимая вот эти все движения внутри элиты. Да и менталитет калининградский особенный, вы лучше меня в курсе. Но мы хорошо поработали, остались дружны с разными людьми, с Антоном Андреевичем дружим по-настоящему. С большой теплотой вспоминаю.
— Какой срок вы себе ставите в Пскове?
— Не ставлю никаких сроков. Как-то журналистам уже говорил, чтобы забыли эти разговоры. Тут, как только пришёл, сразу начинают провожать. Ну, вы по Калининграду знаете похожее отношение. По закону больше двух сроков занимать должность я не могу. И какая разница, буду ли я через десять лет жить в Пскове или не буду. Вопрос в том, что я за эти десять лет сделаю. Думаю, свой срок я отработаю до конца, если не случится форс-мажоров, если будут предложения о работе, честно скажу, постараюсь как-нибудь от них отказаться, хотя не ото всех можно отказаться. Если мне доверяют жители Псковской области, президент доверяет, то буду работать сколько нужно.
— Какой для себя вывод вы сделали после выборов, когда в сентябре 2018 года их выиграли?
— Выборы прошли достаточно спокойно и ровно. У меня не было внутреннего конфликта, я не обещал того, чего не смогу сделать, и по большому счёту агитацией сильно не занимался, пахал. Люди это увидели и соответствующим образом оценили.
— Вы почувствовали себя по-другому после того, как получили это одобрение псковского народа?
— Конечно. Доверие людей — самое главное, что может быть в публичной работе, я очень бережно и внимательно к этому отношусь.
Видео дня. Травят в России: гомосексуалист дал интервью СМИ
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео