Ещё

Le Figaro (Франция): «исламофобия» — оружие устрашения для сокрытия действительности 

Фото: ИноСМИ
Перед нами выдающийся труд. Его автор, старший научный сотрудник Национального центра научных исследований и признанный интеллектуал первого плана, проделал тонкую и тщательную работу. Несколько его книг уже стали классикой. В своей последней работе «Исламофобия — идеологический яд», социолог поднимает острейший общественный вопрос. Демонстрируя впечатляющие ясность ума и спокойствие духа, он анализирует исследования о дискриминации и восприятии ислама во Франции. Затем он рассматривает их интерпретацию и представление СМИ, государственными властями и международными организациями. Его вывод не оставляет сомнений: понятие «исламофобия» — это приманка, призванная помешать пониманию действительности и критическому взгляду заявить свои права. Для ее сторонников, французы европейского происхождения не делают ничего хорошего, тогда как французские мусульмане по умолчанию ведут себя безупречно.
Привлекательность обвинительных лозунгов
История демонстрирует, насколько привлекательной (как в толпе, так и среди предположительно просвещенных умов) может быть безумная риторика угнетения, которая демонизирует некоего воображаемого врага, будь то враги народа, кулаки или евреи. Оруэлл предупреждал нас о волшебной способности языка уводить нас в сторону, когда взгляд на мир, заложник искусно созданных слов с эмоциональной окраской, направляется манипулированием и ложью.
Сегодня у нас без конца поднимают вопрос пост-истины. Не представляют ли собой осуждающие лозунги с критикой исламофобского Запада случай точно такого же рода?
Инструмент исламистского проекта на Западе
Исламисты во главе с «Братьями-мусульманами» (террористическая организация запрещена в РФ — прим.ред.), те, кто распространяет риторику об исламофобии, вовсе не являются бесстрастными наблюдателями за западным миром. Они ведут борьбу. На кону то, чем станут мусульмане на Западе. Они сольются с неверными и откажутся жить в обществе по заветам ислама, то есть станут предателями? Или же сохранят верность умме, сообществу верующих, создадут зародыш исламского контр-общества в надежде, что Запад однажды станет мусульманским, завершив тем самым завоевания их благочестивых предков?
Перед лицом такого выбора образ мусульман, страдающих от враждебности исламофобских обществ, которые клеймят их на словах и дискриминируют на деле, превращается в оружие. Он несет в себе нацеленное на мусульман послание: «Запад — слепая империя зла и низких страстей, и что бы вы ни делали, ваша принадлежность к исламу всегда будет клеймом, из-за которого вас никогда не примут как полноценных членов общества. Таким образом, единственный остающийся у вас достойный вариант — отвернуться от отвергнувшего вас мира, бороться с соблазнами, собираться в тех местах, где вы сами устанавливаете закон».
Кроме того, есть в нем и послание для западного мира: «Раз некоторые ваши представители и законы ведут борьбу с засильем навеянного исламом образа жизни, значит, вы сами идете против собственных идеалов равного уважения ко всем религиям. Поэтому вы должны принять это засилье и направить ваше правосудие против всех, кто пытаются ему помешать».
Исследования искажают факты
В истории хватает примеров того, как стремление к победе какого-то дела приводило к фальсификации доказательств. Московские процессы оставили после себя долгую память, как, впрочем, и дело Дрейфуса. Каждый раз факты искажаются, интерпретируются под особым углом или же попросту придумываются, чтобы поддержать то, что требуется доказать. Риторика об исламофобии следует этой самой логике. Причем она отравляет все, вплоть до предположительно научных работ о приеме ислама и мусульман в западных обществах. (…)
Когда читаешь эти исследования, на первых порах складывается ощущение тщательно проделанной работы. Там приводится множество таблиц с цифрами и опросов с участием больших представительных групп населения. Обработка статистических данных устанавливает важные связи, умозаключения следуют одно за другим. Однако если вглядеться внимательнее, картина сразу же портится. Иногда вопросы сформулированы так, что на них просто невозможно дать осмысленный ответ. Так, вопросы о мусульманах как о некой однородной группе не позволяют провести между ними черту. Интерпретация причинно-следственных связей в свою очередь зачастую ведет к представлению нужных гипотез о том, что следует доказать. Бывает также, что в заключении исследование внезапно встает на дыбы, и исламофобия заявляет о себе как бог из машины, обесценивая всю предшествующую аналитическую работу. В целом, можно сказать, что эти работы стараются избежать соприкосновения представлений и мнений об исламском мире с объективной действительностью.
Обвинения в адрес большинства
Во Франции распространением таких взглядов занимается в первую очередь Национальная консультационная комиссия по правам человека. Негативная реакция на проблематичные составляющие ислама активно упоминается, однако не признается осмысленной. Она неизменно заносится в пассив тех, кто обращают внимание на эти моменты.
Никого не интересует тот факт, что реакция одного человека на различные маркеры ислама может сильно отличаться, хотя в приведенных исследованием данных отмечается это разнообразие. (…) Рамадан, один из пяти столпов ислама, обладает бесспорным религиозным значением и должен был бы сталкиваться с категорическим неприятием, если бы ислам как таковой вызывал отторжение. На деле все обстоит совершенно иначе, и отношение к нему более чем положительное, хотя необходимость поститься и может создать трудности на работе. В то же время вызывающее резко отрицательную реакцию ношение вуали вовсе не является неотъемлемой частью ислама. Целый ряд верующих мусульманок совершенно не хотят навешивать ее на се