Ещё
Укрусь или Русукра: Захарова ответила на обвинения Киева
Укрусь или Русукра: Захарова ответила на обвинения Киева
Политика
Смена курса: кто займется Украиной вместо Суркова
Смена курса: кто займется Украиной вместо Суркова
Политика
Назван способ передачи онкологии от человека к человеку
Назван способ передачи онкологии от человека к человеку
Наука и техника
Ельцинская семья лишилась влияния
Ельцинская семья лишилась влияния
Общество

Многие поколения украинцев почитали за честь служить в русской армии 

Многие поколения украинцев почитали за честь служить в русской армии
Фото: Российская Газета
В 1638-1652 годах те из украинских казаков, кто не пожелал жить под властью польского короля-католика, переселились в  — на земли, получившие с тех пор название Слободской (или Слобожанщины; ныне это территория Украины — районы , , , , Изюма).
В 1654-м подданными России стали и жители Гетманщины — примерно нынешних Черниговщины и Полтавщины.
С тех пор и началась служба украинцев в русской армии.
Из казаков в офицеры
Первые полтора века службу несло только казачье сословие, причем отдельно от «москалей», в рядах своих национальных полков. В 1765 году эти казачьи полки были переформированы в регулярные — сначала в гусарские, затем в легкоконные и карабинерные. Примерно с 1780-х годов украинцы стали служить и в русских частях — молодые дворяне и «козаки», избравшие карьеру офицера. И вот уже в 1799-м, в Итальянском и Швейцарском походах Суворова, в мушкетерском генерал-майора Милорадовича полку (так тогда назывался Апшеронский) проливают кровь майор Марченко, капитан Колодежный, подпоручик Корытко, храбро воюет поручик Шрамченко1…
А уже в Отечественную войну 1812 года уроженцами украинских губерний были 29% офицеров русской армии2.
Что же до солдат, то в 1794 году рекрутскую повинность — раньше ее несли лишь русские, белорусы и этносы Поволжья — распространили на крестьян и мещан только что присоединенной Правобережной Украины. А позже — и на крестьян, мещан и казаков Левобережной. С тех пор в каждой русской воинской части можно было найти солдата или матроса-украинца.
И вот уже 30 октября 1805 года, в сражении при Кремсе, одно французское знамя захватывает унтер-офицер Никитин, а другое — гренадер Солоенко. Оба из одной роты Московского мушкетерского полка. А среди тех, кто три недели спустя, в несчастном деле 20 ноября при Аустерлице, спасал от захвата врагом свои знамена, мы находим портупей-прапорщиков4 Нарвского мушкетерского Лысенко и Гавриленко. И умирающий от ран во французском плену унтер-офицер Азовского мушкетерского, бывший калужский мещанин Семен Старичков передает спасенное им знамя рядовому Бутырского мушкетерского Чайке — судя по «прiзвищу», уроженцу Киевской или Подольской губернии. «Рядовой Чайка, приняв оное с благоговением, сохранил при себе» — и передал потом освобожденному из плена подполковнику Михаилу Трескину5.
Да и одним из последних защитников Малахова кургана в последний день обороны , 27 августа 1855 года, стал «глубокий малоросс — отменно бравый офицер» Модлинского резервного пехотного полка, уроженец Полтавщины майор Алексей Кованько. «Нехай меня сгубят, а жив не дамся!» — крикнул он окружившим его французам и пал, отбиваясь полусаблей3…
Флотский борщ по-украински
Образ военного из «хохлов» — будь то литературный герой Шельменко-денщик или герой реальный, севастопольский, квартирмейстер6 30-го флотского экипажа Петр Кошка — стал неотъемлемой частью образа русской армии и флота.
После замены в 1874 году рекрутской повинности всеобщей воинской украинцы отбывали срочную службу в основном на Украине. То есть в частях Киевского и Одесского военных округов — в начале ХХ века от 70 до 100% нижних чинов там составляли «малороссы». Именно поэтому как минимум 50% русских солдат, освободивших в русско-турецкую войну 1877-1878 годов , были украинцами7.
Но служили они также и в  и его окрестностях — в гвардии.
Волыняки — и в Средней Азии, в саперах.
Харьковские — и в : в гренадерах, в стрелках.
Киевские, полтавские и черниговские — и в , в варшавской гвардии, где они составляли большинство солдат — как и в стоявших соответственно в Петербурге и  лейб-гвардии Гренадерском и 12-м гренадерском Астраханском полках (в тот и другой подбирали высоких смуглых брюнетов, а таких проще было найти среди украинцев.)
Традиционно, еще с XVIII века, высок был процент украинцев в кавалерии: среди «малороссиян» было много казаков — как тот Левко из гоголевской «Майской ночи».
Украинцы составляли основную массу матросов Черноморского флота (лишь уроженцев Волынской губернии посылали на Балтийский).
Артельщики, кашевары и коки-украинцы познакомили русскую армию и флот с таким блюдом, как борщ. С 1896 года вице-адмирал Степан Макаров внедрял «черноморский способ варки щей» (ведь черноморские «всегда славились своим прекрасным вкусом»!) и в Балтийском флоте — так окончательно и сложился рецепт флотского борща (правда, на первых порах помидоры в нем пришлись «не по вкусу» матросам из «северных губерний»…) 8 Для солдат в начале ХХ века борщ варили уже и в Петербурге — и в лейб-гвардии Семеновском полку, и в лейб-гвардии Финляндском…
А русские юнкера Чугуевского пехотного юнкерского училища пели, вместе с украинскими, запорожскую «Ой, на горi та женцi жнуть» — в Чугуевском это была основная строевая песня.
"Прекрасный воинский матерьял"
Солдаты из украинских хлеборобов (крестьян и казаков) получались превосходные. Притом что рождались они отнюдь не солдатами. Те же призывники с Волыни еще в 1890-х годах были малорослы и не слишком крепки физически, а ум их (как отмечали еще в 1830-х) — «тяжел». Зато — «основателен»! А главное, они были хороши «в нравственном отношении» — и потому «усердны в обучении»9.
Призывников из Черниговской и Подольской губерний характеризовали как «тяжелых и ленивых». Но — «понятливых» и опять-таки «нравственных»10! То есть готовых выполнять долг солдата — учиться военному делу.
Эта «добро-настроенность» и помогала им преодолевать лень — а за 3-5 лет службы и вовсе от нее избавляться! Когда при мобилизации 1914 года в 46-й пехотный Днепровский полк прибыли 30-32-летние запасные (то есть уже отслужившие срочную) из Проскуровского и Летичевского уездов Подольской губернии, командир 1-й роты капитан Михаил Башков просто поразился «таким молодцам» — «которые так быстро и охотно и довольно основательно все требуемое от них усваивали и проделывали». Ни одного нарушения дисциплины11!
"Очень хороши" оказывались и пополнявшиеся черниговскими 175-й пехотный Батуринский и 176-й пехотный Переволоченский полки (другие два полка той же 44-й пехотной дивизии — комплектовавшиеся курскими — «много слабее») 12.
Из всех, кого призывали во 2-й Кавказский стрелковый — грузин, армян, поляков, уроженцев Воронежской, Ставропольской, Полтавской и Харьковской губерний, иногородних из областей Войска Донского и Кубанской, — офицеры предпочитали иметь дело со ставропольскими, кубанскими, харьковскими и полтавскими13. Призывники-"малороссы" из Екатеринославской, Херсонской и Таврической губерний, писал бывший подпоручик 15-й артиллерийской бригады Евгений Месснер, «были прекрасным воинским матерьялом, как воск мягким в руках хороших воспитателей офицеров и унтер-офицеров»14.
А вот воспоминания бывшего поручика 18-й конно-артиллерийской батареи Александра фон Корвин-Вирзбицкого о состязаниях по джигитовке в 11-й кавалерийской дивизии в 1910 году:
"Конь споткнулся и вместе с всадником свалился… солдат остался лежать. Подбегаю — Литовченко, убился?
— Что убылся, Ваше Благородие, конно-артиллерийскую честь замарал…"15 У него была сломана ключица…
Уроки русского языка
Важный момент: селяне-украинцы не владели «росiйською мовою». Примечателен рассказ будущего ученого о его разговоре с отставным «унтером» в 1855 году. «Он гордился, что он, хохол, достиг унтер-офицерского [звания]; нам, говорит он, труднее, так как не все понимаем»16. Но основательность, добросовестность и понятливость помогали украинцам становиться и отличными унтер-офицерами. Михаилу Де-Лазари навсегда запомнились фейерверкеры17, с которыми он, поручик 5-й батареи 34-й артиллерийской бригады, разведывал 10 августа 1914-го цели под Тарнополем. Вот, наконец, цель обнаружена.
"— Соболь!"
Фейерверкер Соболь подбегает к офицеру и «вытягивается» перед ним. Получает приказание. Четко повторяет его. И скачет полевым галопом в батарею.
"— Поливода!"
Фейерверкер Поливода подбегает, вытягивается. Получает приказание. «Так что выберу закрытую позицию влево от дороги и обозначу фланги флагами. Направление огня на запад, Ваше Б [лагород] ие!», — отчетливо повторил приказание лихой хохол и побежал в балочку"18…
"Унтера" из «хохлов» были настойчивы и в обучении солдат. «Да ты не бойся! Смотри, как я делаю, — кричит [старший унтер-офицер 128-го пехотного Старооскольского полка. — Авт.] Чернуха, в десятый раз прыгая через кобылу и кружась на турнике, перед грузином Махарадзе». «И на смотру месяцев через пять Махарадзе показывал „класс“ по прыжкам через кобылу»19!
"Я убежден, что те, которых я учил, — настаивал в апреле 1940 года командарм 1 ранга Григорий Кулик — бывший старший фейерверкер 9-й артиллерийской бригады, — до самого гроба будут помнить, как я их учил"20…
Свои среди своих
Официально до 1917 года считалось, что великороссы, малороссы и белорусы суть три ветви одного, русского народа. Тем не менее различие между собой и русскими украинцы — пусть даже они называли себя еще не украинцами, а «хохлами», «малороссами», «малороссиянами» — отчетливо осознавали21.
Но — не ставили это (за исключением части интеллигенции) во главу угла.
Главным, что определяло до 1917-го самосознание большинства российско-подданных украинцев, была принадлежность их к «Росiйсько державi». Не к «Росii» (для многих украинцев это слово означало землю, где живут русские), но к Российскому государству.
У море идешь, Мене покидаешь, Чого-ж ты там, милий, Чого-ж там шукаешь. Иду я щоб слава Наша не пропала, Щоб всим супостатам На завиду стало22.
Эту песню не сочинило начальство, ее сложили в конце XIX века матросы Черноморского флота.
Служивший в 1914 году фельдфебелем в 127-м пехотном Путивльском полку Михаил Грицюк настаивал, что после мобилизации «качество полка не понизилось, а наоборот, как бы повысилось во всех отношениях благодаря всеобщему подъему патриотич [еских] чувств»23. Но кем были в 1914-м солдаты-путивльцы? В основном украинцами из Новоград-Волынского и Овручского уездов Волынской губернии (были и из Киевской). Мобилизованные все были овручскими…
Украинские селяне проявляли себя патриотами России.
Почему же им не тянуться в своей армии?
Не говорю уже о кадровых офицерах из украинцев, которые к 1917 году по большей части осознавали себя русскими (тем паче что с детства говорили на русском языке) 24.
Последняя осень 1916-го Разумеется, для крестьян держава ассоциировалась прежде всего с монархом.
Не плачь, ты, мать моя родная, И не грусти по мне, жена, Бог даст, вернусь я из Китая; Иду ж я биться за Царя25, —
сочинил, отправляясь в 1900 году из Одессы на войну с Китаем, бомбардир-наводчик26 2-й батареи 4-го стрелкового артиллерийского дивизиона Марк Волк.
"А вот, — описывал быт своих солдат полковник лейб-гвардии Павловского полка , — сундучок Бондаренко: по зеленому полю расписаны цветы и листья, замочек тихий, без звона, на внутренней стороне" — целая «картинная галерея — открытки: Куинджи, Левитана, „Украинская ночь“ — речонка и отара овец на берегу, „Малороссийская хата“, вся в подсолнухах и маках. Парубок с дивчиной, словом, все то, что так дорого его хохлацкому сердцу».
И тут же — «портрет Государя или всей Царской Семьи»27…
"Грустно становится, когда вспоминаешь гибель этих рослых, хорошо выправленных молодых солдат, преданных Государю, своим начальникам и любящим полк", — писал полковник лейб-гвардии Волынского полка Михаил Колюбакин о прибывших в конце 1915-го «прекрасных» новобранцах из «малороссийских губерний»28.
Почти все они пали летом и осенью 1916-го на Волыни при попытках развить успех Брусиловского прорыва.
До февраля 1917-го не дожили и почти все младшие офицеры, служившие к 1914-му в 176-м пехотном Переволоченском полку — на 75% украинцы. «Прекрасный состав, — вспоминал их однополчанин генерал-майор Иосиф Пожарский, — огромнейший порыв»! Такой, что подчас «зарывались и бесполезно гибли»29 — но зарывались, желая защитить Российскую державу.
1. Богуславский Л. История Апшеронского полка. 1700-1892. Т. I. СПб., 1892. С. 240, 265, 268. 2. Вiйськова слава Укра [ни XVIII — поч. ХХ сторiччя за матерiалами приватно колекцi родини Шереметь -вих. Ки в, 2007. С. 41.] 3. Записки Петра Кононовича Менькова. В 3 т. Т. I. Дунай и немцы (Восточный вопрос 1853 — 1855 г.). СПб., 1898. С. 415. 4. Унтер-офицеры из дворян, занимавшие офицерскую должность. 5. М. И. Кутузов. Сборник документов. Т. II. М., 1951. С. 179-180, 260. 6. Младший унтер-офицер во флоте. 7. Вiйськова слава Укра [ни XVIII — поч. ХХ сторiччя… С. 78, 83.] 8. С. О. Макаров. Документы. Т. II. М., 1960. С. 474-475. 9. Свод военных постановлений. Ч. III. Кн. I. СПб., 1838. Прилож. С. 64-67; Ботт А. Материалы для истории службы и деятельности туркестанских сапер за 25 лет (1866 — 1891 г.). СПб., 1897. С. 183-184. 10. Чарнецкий С. Е. История 179-го пехотного Усть-Двинского полка. 1711 — 1811 — 1911 гг. СПб., 1911. С. 186. 11. ГАРФ. Ф. Р-5956. Оп. 1. Д. 36. Л. 2, 13 об. 12. Там же. Д. 51. Л. 25. 13. Там же. Д. 29. Л. 8. 14. Там же. Д. 70. Л. 1. 15. Корвин-Вирзбицкий А., фон. Из воспоминаний конника // Военная Быль (Париж). 1957. Июль. N 25. С. 23. 16. «Богатый край с бедным населением». Из рукописного наследия раннего В. И. Вернадского // Источник. Документы русской истории. 2001. N 4 (52). С. 41. 17. Унтер-офицеры артиллерии. 18. ГАРФ. Ф. Р-5956. Оп. 1. Д. 43. Л. 5 об., 5а. 19. Шапошников П. Офицеры, солдаты… Скромный памятник Маленьким людям кровью венчанной пехоты Российской // Военная Быль (Париж). 1965. Январь. N 71. С. 13. 20. Зимняя война 1939-1940. Кн. 2. И. В. Сталин и финская кампания. (Стенограмма совещания при ЦК ВКП (б)). М., 1998. С. 259. 21. См., напр. : «Богатый край с бедным населением». С. 41. 22. Косинский 1-й [Ф. М.] Песни русского матроса. СПб., 1903. С. 41-42. 23. ГАРФ. Ф. Р-5956. Оп. 1. Д. 45. Л. 23. 24. Вiйськова слава Укра [ни XVIII — поч. ХХ сторiччя… С. 56.] 25. Солдатская памятка 2-й батареи 4-го Стрелкового артиллерийского дивизиона. 1892 г. — 1908 г. Одесса, 1908. С. 55. 26. Бомбардир — ефрейтор в артиллерии. 27. Редькин А. Солдатский сундучок // Военная Быль (Париж). 1963. Апрель. N 59. С. 18. 28. Колюбакин М. А. Воспоминания о действиях 4-го батальона на р. Стоходе. (Июль 1916 г.) // Вестник Волынца (Белград). 16.VIII.1930. N 4. С. 12. 29. ГАРФ. Ф. Р-5956. Оп. 1. Д. 51. Л. 25, 25 об.
Видео дня. Можно ли подхватить коронавирус через посылку
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео