Ещё

Наледь на сердце 

Фото: Уралинформбюро
Как говорил минувшей осенью уральский полпред Президента РФ Николай Цуканову мэру Александру Высокинскому, только что вступившему в свою должность — продержишься зиму, там полегче будет. Зима прошла, идет сугробная весна, а среди горожан назрело нешуточное раздражение по поводу уборки и вывоза снега. Мэр спохватился в начале марта и даже пообещал уволить ряд нерадивых чиновников, но угроза так и не воплотилась. К 8 марта тротуары постарались почистить, дороги тоже. И тут грянул мощный снегопад, на который списали все просчеты.
Настала оттепель, а с ней — ожидаемые засады — грязевые озера, наледь на тротуарах и падающие с крыш сосульки. Мэрия и здесь оказалась недостаточно расторопна. Екатеринбуржцы уже создали мем «Наледь на сердце» по аналогии с «Грязью в душе» предыдущего градоначальника .
"Уралинформбюро" задалось вопросом: если чиновники недорабатывают, то можно ли оценить данный факт по некой объективной шкале и призвать их к ответу за профессиональную некомпетентность? Ведь в одном из ведущих и управленческая команда должна быть чемпионская, быстро и эффективно реагирующая на вызовы нынешнего дня. Тем более весна, как и дембель, неизбежны.
Трансформация гнева
Неожиданно выяснилось, что перевести градус народного гнева в объективную картину профессионального анализа не так-то просто. Проблема заключается в методологии, утверждают социологи. Превращение субъективных оценок в объективную статистику — процесс долгий и затратный, к тому же, имеющий большую погрешность.
— Есть большие ограничения относительно оценки деятельности чиновников с точки зрения общественного мнения. Возьмем уборку улиц — простой, казалось бы, вопрос. Кому-то кажется, что они убираются хорошо, кому-то кажется, что плохо. Нет никаких объективных критериев. Вы едете на машине, вам кажется, что дороги более-менее почищены. Старушка идет по тротуару, скользит и падает — ей кажется, что все плохо. То есть, во-первых, все очень субъективно. А во-вторых, люди не сильно задумываются, кто конкретно из чиновников за уборку отвечает. Понятно, что фамилия Высокинский еще как-то на слуху, 30% горожан она известна, может даже 60% — не берусь сказать. Но каких-то других чиновников знают еще меньше, — рассуждает генеральный директор Александр Долганов.
На самом деле, отмечает он, чиновники на всех уровнях обеспокоены тем, что люди говорят о своей удовлетворенности качеством жизни. Такие исследования постоянно проводятся, отчеты пишутся. Все это суммируется в  страны.
— Но это огромная работа — только в  78 муниципальных образований. В большинстве муниципалитетов она выполняется очень просто: сверху спускается разнарядка в местные администрации, сотрудники вынуждены либо сочинять результаты, либо проводить «опрос» в близлежащих кабинетах, либо ограничиваться сбором информации из официальных интернет-сервисов, и выдают это за социологическую информацию. И данные вроде как есть — и по уборке, и по медицине, и по другим параметрам, — констатирует Александр Долганов. — Я, как социолог, понимаю, что сложно методом социологических опросов получить более-менее объективную картинку, на которую можно было бы опираться при оценке результатов деятельности власти. С другой стороны, если такая задача все же стоит, то это будут очень дорогие и обширные опросы. Ведь проводить подобное исследование однократно смысла нет, нужен постоянный мониторинг ситуации.
Иными словами, идея о том, чтобы с помощью опроса общественного мнения судить о том, насколько каждый чиновник хорош или плох, а потом накладывать это на KPI чиновника и делать оргвыводы, достаточно утопична, полагает социолог. Тем не менее, они могут послужить некой дополнительной иллюстрацией и позволить сравнивать работу команды Высокинского, например, с командой Ройзмана-Якоба.
Здесь вам не Германия
В самой мэрии Екатеринбурга также не видят механизмов преобразования подспудного недовольства горожан в аттестационную оценку качества труда конкретных управленцев.
— Объективно оценить уборку города в этом году невозможно. Зима была практически бесснежная. За февраль-март, кажется, выпал весь зимний запас. Чтобы объективно оценить, необходимо брать сравнимые показатели. Например: как раньше и как сейчас в период пикового снегопада убирались типичные улицы разных категорий. Сейчас такой статистики нет. Значит, это вопрос ощущений и трактовки, а не объективных данных, — подчеркивает начальник департамента внутренней политики городской администрации Михаил Коробельников.
Фото: Михаил Коробельников, екатеринбург.рф Он утверждает, что объективной оценки деятельности чиновников быть не может, потому что нет эталона для сравнения. Например, цены на проезд у нас выше, чем в Челябинске, но ниже, чем в Москве. При этом бюджет Челябинска и бюджет Москвы несравнимы. Если мы беремся сравнивать комфортность проживания, то должны иметь некий эталонный ее показатель. И так практически по любому параметру.
— Вопрос с уровнем управленцев — самый сложный. Но и тут нужны эталоны для сравнения с тем, что должно быть. А вот это — проблема. Конечно, можно сравнивать с той же Германией, но там совершенно другие условия жизни, другое законодательство, другой размер оплаты труда чиновников, которые полностью посвящают себя служению государству, — отмечает Коробельников.
Социальная глухота технократа Высокинского
Условность оценки признают и независимые политологи. Однако в противоположность своим коллегам предлагают чиновникам все же обращать внимание на общественные настроения и делать выводы до того, как положение в городе выйдет из-под контроля.
— Чиновники всегда так или иначе занимались оценкой эффективности своей деятельности. Это вопрос чисто методологический. То, что можно оценить, зависит от исходных установок. Критерии могут быть самыми разнообразными — например, чисто ли в городе или нет. Можно оценивать по количественным показателям — например, сколько в городе проходит протестных акций. Можно — по количеству обращений в органы власти. Последнее, кстати, даже не советская, а общебюрократическая традиция, — акцентирует доктор политических наук Сергей Мошкин. — Сейчас в моду вошли «западные штучки» — так называемый KPI. Здесь опять-таки присутствует проблема методологии — насколько объективна заложенная в его основу матрица. В любом случае, мы всякий раз сталкиваемся с тем, что подобная оценка является достаточно грубым отражением реальности. Любая методика оценки ориентирована на достаточно спокойную повседневную работу и не учитывает чрезвычайных ситуаций, стихийных бедствий и так далее. Реальность всегда полна сюрпризов, и как только происходит нечто подобное, все оценочные методики трещат по швам.
Фото: Сергей Мошкин, Facebook
Наиболее объективная система оценки работы чиновников — это электоральная схема, то есть выборы, подчеркивает политолог. В ходе избирательного процесса граждане ясно отвечают на прямой вопрос: хотят они видеть данного чиновника на своей должности или нет. Но и у выборов есть свои слабости: они проходят достаточно редко и по сути своей необратимы. То есть, скорректировать работу конкретного чиновника по результатам выборов не представляется возможным.
Поэтому, чтобы оценивать их деятельность более-менее объективно, необходимо иметь много источников информации: в том числе, общественное мнение, чистоту в городе и даже криминогенную обстановку. Однако нужно понимать, что все это, тем не менее, не даст полной объективности. Полная объективность — это недостижимая мечта.
— Ошибки команды Высокинского я рассматриваю как болезнь роста. Предпринимаются попытки изменить существовавшую прежде систему управления и перераспределить полномочия. Все это со временем устаканится. Проблема в другом — насколько Высокинский независим в принятии решений. Есть некий морально-нравственный аспект — глава города, прошедший через всенародные прямые выборы, как  в свое время, чувствует за плечами поддержку избирателей, определенный кредит доверия. Другой пример — . На первом сроке губернаторства и на втором это, можно сказать, разные люди. Пройдя прямые выборы, он ощутил доверие людей и ответственность за регион. У Высокинского этого пока нет. Наверное, поэтому он не может «расправить крылышки» так, как хотел бы, — считает Сергей Мошкин.
Александр Высокинский
И наконец, существенной проблемой нового мэра, по его мнению, являются особенности характера.
— Мы знаем Высокинского по прошлой работе. Он умен, образован. Однако относится к поколению молодых технократов, испытывающих определенный дефицит гуманитаристики. Он не может оценить резонанс сказанного слова, а также настроения в обществе. Более того, он сознательно отворачивается от этих настроений, а свои решения считает правильными, так как они рациональны. Но практика показывает, что значительная часть общества всегда остается недовольной, поэтому любые решения надо объяснять, надо выходить в диалог с общественностью. В конце концов, это качество любого публичного политика — завоевывать сердца и умы людей, — утверждает политолог.
Ведь кроме снежных завалов Александр Высокинский в первом квартале 2019 года попал в «аварию» с бездумной отменой маршрута 024, создал «резиновые» школы из-за просчета в технологии записи первоклассников, а в глазах СМИ вовсе становится заложником своего советника по СМИ Екатерины Куземки, имеющей неоднозначную трудовую биографию. Добавим сюда кадровую чехарду в мэрии Екатеринбурга, туманные контуры обещаемой транспортной реформы и вот вам готовый фундамент для вопроса — не пора ли вернуть прежнего сити-менеджера Александра Якоба?
Клубы пыли, в которых мегаполис задохнется, как только высохнут улицы, стаи бродячих собак, коих уже два месяца по вине мэрии никто не отлавливает, и общефедеральный тренд на поиск эффективных управленцев вобьют этот вопрос в сознание екатеринбуржцев к маю. И никакой мэрский медиахолдинг, чьим созданием за бюджетные миллионы так увлечена сейчас выборный технолог Куземка, Высокинского не спасет. Пиар-лапши хватило с Ройзманом!
Дмитрий МОСКВИН
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео