Ещё
Еще одна страна потребовала от России вернуть земли
Еще одна страна потребовала от России вернуть земли
В мире
Пилот объявил о посадке в Москве вместо Киева
Пилот объявил о посадке в Москве вместо Киева
Происшествия
Массовые казни предрекли на Украине
Массовые казни предрекли на Украине
Политика
Полковник «Альфы» объяснил нокаут спецназовца ФСБ
Полковник «Альфы» объяснил нокаут спецназовца ФСБ
Происшествия

Почему в Сибири негде хранить зерно 

Почему в Сибири негде хранить зерно
Фото: Российская Газета
Мантры и реальность
Тон обсуждения задал заместитель начальника департамента экономики, инвестиций и регулирования рынка Дмитрий Федюшин, заявивший, что объем производимого в  зерна полностью закрывает внутреннее потребление и формирует избыток, который может быть эффективно использован при условии развития глубокой переработки.
Представителя минсельхоза поддержал гендиректор столичной компании «Агросистемы» Алексей Демулен, занимающийся проблематикой глубокой переработки зерна более десяти лет:
— За последние годы в зерновой отрасли накопились проблемы. Первая заключается в несоответствии нынешней инфраструктуры удвоению объемов наших урожаев. Классический пример — плачевное состояние элеваторов. Как сказал один мой коллега из , «мы дошли до такой жизни, что зерно не только класть некуда, но и лОжить». Вторая проблема — логистика. Наступает новый год, мы бьемся за льготные железнодорожные тарифы и получаем их, когда зерно уже никому не нужно. Третья проблема — кризис перепроизводства зерна и муки. На прошлогодней конференции говорили об успехах одной очень крупной компании в части продажи своей продукции в . Я спросил у ее представителя: сколько за три года вы продали в КНР муки? Оказалось, шесть тысяч тонн. Такой объем в месяц выдает мельница средней мощности. Была еще одна «мантра», которую твердили последние годы: не бойтесь производить фуражное зерно — скот все съест. Но для нужд птицы и свиней производство фуража достигло предела, а для крупного рогатого скота лучше подходит белково-витаминный минеральный концентрат. Четвертая проблема — отгрузочные мощности сформировались в портах Юга России. Везти туда зерно из Сибири бессмысленно. Каждый сезон приносит нам по десять миллионов тонн лишнего зерна. Соответственно, наиболее остро это отражается на Западной Сибири. Что делать сибирякам с излишками, никто не представляет. А ситуация из технической плоскости переходит едва ли не в политическую: как объяснить крестьянину, зачем он и дальше должен растить пшеницу, если ее некуда девать?
По словам эксперта, с технической точки зрения проблема глубокой переработки зерна в мире давно решена. Серийные технологии и оборудование успешно используют в Китае, , Германии. А Россия ввозит глютена и лизина на 500 миллионов долларов в год. В Сибири можно было бы начать с типового завода, который станет производить глютен, лизин, этиловый спирт и кормовую добавку с протеиновым содержанием 20-25 процентов. Стоить это будет, конечно, дорого — от 90 миллионов евро. Однако от падения цен на зерно регионы теряют сопоставимые суммы.
— К сожалению, в оценке проблемы превалирует лобовой и отраслевой подходы. Нужна государственная программа. Регионам, которые созрели для строительства такого завода, следует выходить с предложениями к правительству, чтобы получить на эти цели федеральные средства, а затем тиражировать свой опыт. Потому что один завод глобально ничего не решит, — уверен Демулен.
Биоэтанол — перспективы и риски
По мнению директора Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрия Рылько, пока единственно реалистичным направлением может быть производство биоэтанола. В отличие от других продуктов его можно вырабатывать и продавать в огромных объемах. В мире на производство биоэтанола ежегодно идет около 500 миллионов тонн сельхозпродукции, из которой 310 миллионов — сахарный тростник, 158 миллионов — кукуруза и всего пять миллионов тонн — пшеница.
— При нынешнем состоянии российского автопрома, по оценкам специалистов, на топливо можно перерабатывать до шести миллионов тонн зерна в год — в виде присадки к бензину. Основные ограничение — отсутствие господдержки и противодействие энергетического лобби, которое утверждает, что биоэтанол замещает традиционные виды топлива. Но это всего лишь экологически чистая присадка, в отличие от синтетических, используемых нашей топливной отраслью.
Между прочим, присадка, которую у нас объявляют экологически чистой, используют на заправках и за которую просят заплатить на рубль-полтора дороже других, на Западе объявлена экологически небезопасной и замещается на присадку из биоэтанола. Но чтобы в России развивать биоэтанольную тему, нужна государственная поддержка и механизмы администрирования. Иначе она не сдвинется, — убеж-ден Рылько.
Другой авторитетный эксперт зернового рынка — гендиректор компании «ПроЗерно»  — более осторожно оценивает перспективы развития глубокой переработки зерна в Западной Сибири.
— Это очень дорогостоящий сегмент рынка. Здесь невозможно быстро получить результат. А конкурировать придется с Китаем, что очень сложно: на каждый удар китайцы ответят двумя. К тому же они хотят покупать в России зерно для собственной переработки. надо выбирать — или поставлять в КНР зерно, или бороться с китайцами на поле производства лизина, глютена и других продуктов. В плане развития глубокой переработки зерна более конкурентоспособным выглядит .
На Алтае верят в китайский рынок
Петриченко, видимо, неслучайно разделяет  — основной хлеборобный и мукомольный регион в Западной Сибири и Красноярский — аграрный флагман Восточной Сибири. Ведь и эксперты из этих регионов оценили ситуацию по-разному.
Постоянный гость конференции гендиректор Ачинской хлебной базы N 17 Александр Левицкий тему глубокой переработки зерна назвал очень интересной, но, правда, тоже отметил, что требуется государственно-частное партнерство. Чтобы построить такой завод, необходимо открывать зону налоговых преференций — нечто вроде территории опережающего развития.
Зато алтайские аграрии дружно выказали скепсис. Не исключено, что на их оценки накладывает негативный отпечаток недалекое прошлое. Десять лет назад алтайская агропромышленная компания «Пава» замахнулась построить завод по глубокой переработке пшеницы на базе Ребрихинского мелькомбината. Строительство должно было начаться летом 2008 года. Для реализации проекта требовалось около 150 миллионов евро. Компания собиралась продать двадцать процентов своих акций на одной из зарубежных бирж, а также привлечь дополнительные средства. Окупить затраченные ресурсы в «Паве» планировали через пять лет. Рентабельность производства альтернативного топлива ожидалась в районе 20-25 процентов. Поначалу предполагалось производить сто тысяч тонн биоэтанола в год, а затем увеличить производство топлива в два раза. Экспортировать альтернативное топливо хотели в , и страны . Но грандиозные планы закончились громким пшиком: «Пава» обанкротилась и была ликвидирована.
В «нулевые» годы амбициозные проекты были в порядке вещей, но сейчас крестьяне вынуждены считать каждую копейку.
— Биоэтанол слишком дорог для нас. Вот Китай для алтайских крестьян — серьезнейшее спасение. Он под боком. Мы потихоньку учимся работать друг с другом, — утверждает из компании «СЭУС».
Прямая речь
, президент Союза зернопереработчиков Алтая:
— При урожайности в четырнадцать или даже в двадцать центнеров с гектара нам нереально конкурировать с бразильскими производителями биоэтанола из сахарного тростника. А вот Китай будет покупать наше зерно, потому что оно, в понимании жителей Поднебесной, экологически чистое, тогда как уровень экологической загрязненности их полей зашкаливает.
Видео дня. За пьяное вождение судейской жены отдувается инспектор
Комментарии