Духобория – территория дружбы

Екатерина Минасян, Sputnik Мы опять в дороге. От Ниноцминда, в котором мы заночевали, до Гореловки минут 15, не больше. Едем не спеша, наслаждаемся свежестью утра и пейзажами занимающегося дня. За окном мелькают склоны гор. Они уже успели поменять цвет, превратившись из сочно зеленых в приглушенно-пшеничные. На лугах, поодаль пасется скот. Параллельно дороге, по обочине протекает что-то наподобие ручья. Кажется, что вот эти соломенные горы с рассыпанными по ним зелеными кустами и небритое, вымазанное белой пеной небо и есть самое незыблемое в сумасшедшей динамике современного бытия. Останавливаемся. Леша-фотограф направляется к коровам, вяло щиплющим траву. Коровы, узрев в Леше мастера, начинают охотно позировать. Пейзажи Самцхе-Джавахети Пока мы наблюдаем за стараниями Леши, к нам приближается пастух. Разговорились. Рабочий день у пастуха начинается в 7 часов утра. И продолжается, как у офисного клерка, до семи вечера. "Это самая хорошая жизнь, — с явным удовольствием на лице делится мыслями пастух. — Дышишь хорошим, чистым воздухом. Пьешь родниковую воду. А когда поднимаешься наверх, — показывает пастух на гору, — знаешь, как бывает хорошо? А мне немало лет, скоро уже будет 45. Мы с сыном работаем. Два дня он пасет, два дня я. Коровы для меня что люди. Они послушные. Говорю лежи – лежит, говорю иди – идет. Иногда они даже больше понимают, чем люди. И вообще, они мне деньги приносят". За шестимесячный выпас одной коровы пастух получает 70 лари. Всего у него их 200. — Если бы паспорт у него не был бы просроченный, — говорит наш новый знакомый, имея в виду армянский паспорт, — то уже уехал бы в Россию. Он много лет работал на стройке, занимался ремонтами в разных городах. Пастухом он работает третий месяц. Говорит, весной тут совершенный рай. "Так красиво, весь луг цветами покрывается. Ляжешь под деревом и сразу спасть хочется". "Наивные путешественники" в Самцхе-Джавахети Рядом с нами все это время стоит коллега нашего пастуха. Он худее, моложе и стеснительнее. Жмется к палке и отмалчивается. По национальности он азербайджанец. Живет в Марнеули, где компактно проживают азербайджанцы. Рассказывает, что и в Марнеули живут духоборцы и он с ними общается. Его стадо такое же многочисленное. С нашим пастухом они друзья. И не важно, что где-то там армянин с азербайджанцем конфликтует. Тут, в Духобории, нет места национальной вражде. Это территория дружбы. Читайте также: Духоборцы: движение от обратного >>> — А как вы своих коров отличаете от чужих, — спрашивает Леша у нашего пастуха. — Может же статься, что перепутаете. На это пастух, не задумываясь, отвечает: — Нет варианта! Я их знаю. Все 200 коров имеют свои номера. Видели у них на ушах цифры? Прямо, как люди. Мы же тоже номера имеем. В паспорте. Тут, заметив запал Леши-фотографа, пастух обращается к Леше-журналисту: — Фотограф, когда делает фотографии, то чабану (пастух на азербайджанском языке) делает подарок. Знаете, сюда как-то приезжали гости, иностранцы. Они только на английском говорили. И вот одна женщина сняла много фотографий, а потом меня спрашивает, а теперь, что вам подарить. Я отвечаю, а что вы должны обязательно подарить? На что она отвечает, что раз снимала и снимки вышли хорошими, значит нужно что-то подарить. И принесла вот такую большую бутыль коньяка, — показывает пастух руками величину бутылки. — Сказал спасибо и счастливого пути пожелал. Пейзаж Самцхе-Джавахети — Я бросил курить, — говорит пастух, кивая на сигарету в руках у Леши. — Недавно сестра умерла, вот тогда снова закурил. Но сейчас отказался. Лучше водку пить, — советует нам пастух. — Приходите вечером, сядем, покушаем, выпьем. Я, вон, в том селе живу, — показывает пастух на далекие крыши домов соседнего села. — Спросите в деревне, где живет Арутюнян Сурен, любой покажет. Мы с радостью принимаем его предложение, хотя понимаем, при всем нашем огромном желании сходить в гости к Сурену, вряд ли успеется, работы невпроворот. Леша тем временем уже набрал достаточное количество кадров. Все. Прощаемся, направляемся в сторону машины. А пастух так и остается стоять на месте, провожая нас взглядом. И выглядит он на фоне пейзажа, открывающегося за его спиной, таким органичным продолжением природы, что представляется неким защитником, путеводителем, причастным к природной мудрости и тайне общения с животными и растениями… Да, подарок мы пастухам все же сделали.