Ещё

Поверженные колоссы: расцвет и крах империи Внешторга 

Фото: Мир24

8 декабря 1991 года Белоруссия, заповедник Беловежская пуща. На правительственной даче «Вискули» трое решительно подписывают документ века — соглашение о создании СНГ. Так Борис Ельцин, Леонид Кравчук и Станислав Шушкевич одним росчерком пера разрушили Советский Союз. Колосс рухнул.

Так наступил финал и многолетней истории советского Внешторга. Всесильная организация потеряла монополию. Теперь можно делать все то, за что раньше надолго сажали, а то и расстреливали — «толкать» на рынке импортный ширпотреб, торговать порнокассетами, спекулировать валютой.

Железный занавес никогда не был непроницаемым. Советский Союз всегда активно торговал. И с братьями по соцлагерю, и с идейными врагами-капиталистами. Всем советским импортом-экспортом ведал один исполинский монополист — Министерство внешней торговли.

«У предприятий не было никакой возможности купить что-то за границей или поставить за рубеж. Они должны были обращаться в профильную организацию, которая обеспечивала внешнеэкономические сделки. За это Внешторг получал свою комиссию и таким образом существовал», — рассказывает сотрудник Минвнешторга (в 1970-1980-е гг) Сергей Егоров.

«Минвнешторг — одно из важнейших министерств нашей страны, которое занималась продовольствием, промышленными и оборонными товарами. Это была очень мощная экономическая внешнеторговая и политическая организация», — уточнил ветеран войны, член Союза писателей России, бывший сотрудник объединения «Союзплодоимпорт» Виктор Бушин.

Никитич, Юхансон, Винтер и Лошадь. Все это подпольные клички Бориса Красина, бывшего полицейского надзирателя, который однажды поменял свои убеждения, стал пламенным революционером, а после победы Октября пытался наладить торговые связи новой страны и вывести СССР из экономической блокады.

«Тогда в импорте на первый план вышли машины, оборудование, техника. Это было нужно для индустриализации. Экспорт по-прежнему в основном составляло зерно, продовольственные продукты, лесоматериалы. Также очень существенными стали нефтепродукты», — рассказала доцент кафедры истории и философии РЭУ им. Плеханова Антонина Фомина.

Удалось приобрести то, в чем особенно нуждалась разоренная страна — станки и телеграфные аппараты. В 1923 году Борис Красин стал главой недавно созданного Наркомата внешней торговли. Скоро эта организация будет контролировать все финансовые потоки с иностранцами.

«В СССР с самого начала была введена монополия внешней торговли по декрету в 1918 году. Фактически контроль над проведением всех операций осуществлял соответствующий наркомат. Названия наркоматов менялись: сначала это был Наркомат торговли и промышленности, потом Наркомат внешней торговли, потом Министерство внешней торговли. За пределами страны руководство осуществляли торговые представительства», — пояснила доцент Антонина Фомина.

«Наш экспорт в середине и конце 1920-х годов был такой: на первом месте — пушнина, на втором месте — нефть и нефтепродукты, потом лес и пиломатериалы включая спички. Это составляло почти половину нашего экспорта», — говорит доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института российской истории РАН Юрий Жуков. И добавляет: «На экспорт шли даже рога и копыта. В „Золотом теленке“ Остап Бендер заготавливал рога и копыта — это не шутка и не придумка. Пусть это было лишь 1-2%, но мы отправляли их, и там они шли в дело — из них производили клей и черти что еще».

СЭВ, или Совет Экономической Взаимопомощи. Эта организация была создана в 1949 году при участии СССР, Чехословакии, Польши, Румынии, Венгрии и Болгарии.

«В послевоенный период на первое место ставили торговлю со странами соцлагеря. Их нужно было поддержать в торговле и в то же время наладить товарный обмен. Ценились товары из ГДР и Югославии. Они решали проблемы, которые были связаны с недостатком товаров легкой и пищевой промышленности и вообще материального и культурного уровня жизни народа», — отмечает доцент кафедры истории и философии РЭУ им. Плеханова Антонина Фомина.

«Лейпциг», «Прага», «Белград» — в брежневскую эпоху любой желающий мог туда попасть. Правда, это были не европейские города, а магазины стран соцлагеря, открытые в СССР и названные в честь столиц.

«Рядом с нашим домом был югославский магазин и немецкий магазин «Лейпциг». Знакомые сообщали, когда там появлялись хорошие туфли. Мы садились в автобус, становились в очередь. Сколько времени мы тратили в этих очередях. Это страшно подумать», — вспоминает певица Этери Бериашвили.

«У зарубежных товаров, особенно из ГДР, было высокое качество. Это и музыкальные инструменты, и кухонная техника, и светильники. Это было важно. Позже, в 1980-е из Югославии поступала одежда и обувь хорошего качества. За это не жалко было заплатить. Болгария и Венгрия — это больше продукты питания. Птица венгерская замороженная, консервы овощные болгарские и венгерские, импорт сезонных овощей и фруктов — это было хорошего качества и хорошо упаковано», — говорит доцент кафедры истории и философии РЭУ им. Плеханова Антонина Фомина.

Августовский путч 26 лет спустя

Нераскрытые тайны и необычные версии

Советский Союз платил за товары коллективной валютой стран СЭВ — так называемыми переводными рублями. Или обменивал по бартеру.

«Проходило очень много выставок СЭВ на ВДНХ в Москве. Ежегодно они представляли лучшие образцы товаров в области техники, мебели, авто. Там показывали огромные карьерные самосвалы и яхты. Некоторые страны делали себе отдельные павильоны, например, Венгрия, Польша, Чехословакия», — говорит директор Московского музея дизайна Александра Санькова.

Дом на Смоленской-Сенной площади — одна из легендарных сталинских высоток. Именно там обосновался центральный аппарат Внешторга и принимались решения о торговых сделках века.

В 1959 году на Кубе произошла революция. К власти пришел Фидель Кастро, США в ответ блокируют экономику острова, но на помощь спешит Советский Союз. Кредит на сто миллионов долларов и контракт на закупку пяти миллионов тонн сахара не по рыночным, а по выгодным Кубе ценам! Таковы первые результаты этих торговых отношений, которые надолго ввергнут Внешторг в кабалу. Такова была плата за влияние СССР в регионе и мире.

«Банановая республика используется для обозначения стран Латинской Америки с низким уровнем экономического развития. За часть наших поставок они расплачивались продуктами», — поясняет доцент кафедры истории и философии РЭУ им. Плеханова Антонина Фомина.

Этими продуктами были бананы, а также кофе, какао-бобы, сахар-сырец и апельсины. С цитрусовыми связана еще одна историческая операция Внешторга, так называемая «апельсиновая сделка» между советским и израильским правительствами. В 1964 году Хрущев продал русские земли в Иерусалиме за партию апельсинов!

Бартер с дружественными странами не всегда был равноценным. Но это отдельные политические моменты. Экономическая выгода была для Внешторга приоритетной. Каждое подразделение приносило стране огромные валютные доходы.

«В «Союзплодоимпорте» работало около 360 человек. Ее годовой товарооборот составлял до трех млрд долларов. В 1960-1980-е годы доллар был очень сильной валютой. Но мы покупали доллар в 1960-х годах за 64-67 копеек. В 1980-х доллар стоил 87 копеек. Был огромный объем внешней торговли. Мы ежегодно закупали для нашей страны товары растительного происхождения до 8 млн тонн. Туда входили фрукты, овощи, цитрусовые, тропические товары (кофе, какао, чай, специи) и т.д.», — рассказывает Виктор Бушин.

На экспорт Внешторг отправлял огромные партии икры и водки, зерна и хлопка, холодильников и самосвалов. Но интересней было открывать совместные торговые и промышленные предприятия. В 1974 году в Новороссийске открылся первый в СССР цех по производству Пепси. Только там заветный заграничный напиток можно было приобрести спокойно и без очередей.

«Прекрасную бутылочку Пепси, думаю, помнят все, рожденные в 1980-х — с белой этикеткой, с синим или красным кружочком и буквами. Это был очень желанный символ детства», — вспоминает телеведущая, писательница Яна Лапутина.

«Американские напитки появились в СССР в 1959 году, когда проходила выставка американского дизайна в Сокольниках. Тогда очередь стояла за американской газировкой. Ее и Хрущев пробовал. Это было большим прорывом», — отмечает директор Московского музея дизайна Александра Санькова.

Стоила газировка 45 копеек, в три раза дороже советского лимонада. Можно было выпить Пепси сразу и сдать тару, вернув 10 копеек. Но чаще красивые бутылочки оставляли себе. Их бережно хранили, иногда наливая крепкий чай или ситро, чтобы прихвастнуть перед гостями.

«Это воспринималось как элемент роскоши. Это можно было купить, но это было круто. Если у тебя на дне рождения Байкал или Дюшес, то это ерунда, гости хотели Пепси! Упаковка другая и вид другой. Все это было частью крупномасштабной внутриамериканской и межфирменной войны между «Кока-колой» и «Пепси». Тогда эти две копании сражались за рынок в соцстранах и тот факт, что СССР выбрало Пепси, очень повлияло на компанию, потому что это был огромный рынок сбыта и известность на 1/6 части суши», — отмечает публицист Галина Иванкина.

Во Внешторге к 1970-м-1980-м годам было 35 тысяч сотрудников. Сосредоточены они были в 50 с лишним всесоюзных внешнеторговых объединениях: авиаэкспорт, автоэкспорт, запчасть экспорт, плодинторг, союзплодоимпорт, международная книга и т.д. Работа во Внешторге была связана с загранкомандировками, потому считалась престижной. Попасть туда мог только человек со связями или по квоте перспективный студент профильного вуза.

«Декан спросил меня, куда я хочу, это был дежурный вопрос. Я ответил — в спецгруппу. А на это место претендовал мой друг, у которого папа преподавал. В последний момент, когда распределение закончилось и мой друг не пошел в спецгруппу, а пошел в аспирантуру, и уже поздно было кого-то искать, декан заглянул в мое дело, а там запись карандашом. Меня тут же вызвали и сказали, что моя мечта сбылась», — делится воспоминаниями сотрудник структур Минвнешторга в 1970-1980-е годы Сергей Егоров.

«Правила были таковы: надо было иметь высшее образование, быть членом партии, хорошо зарекомендовать себя на общественных делах, плюс безупречное поведение, разумеется. И все остальное, чтобы у вас тоже было на самом высоком уровне. ЦК партии и местные партийные органы отвечали за каждого принятого на учебу не только в Академию внешней торговли, куда я попал сразу, но и в Высшую дипломатическую школу, которую тоже курировал ЦК партии», — отмечет бывший сотрудник объединения «Союзплодоимпорт» Виктор Бушин.

Основная деятельность советского торгового представителя — так называемого торгпреда — переговоры, выгодные для страны.

«Ценовая сторона любой внешнеторговой сделки была необычайно важна. Уторгование даже одного доллара на тонне или на центнере товара (того же кофе или какао) было очень выгодно. Кофе стоил 3,5 тысячи долларов за тонну. Если я сумел уторговать у фирмача, даже 10 долларов на тонне (покупаю я не авоську какую-то, а 10-15 тысяч тонн для страны), посчитайте, какую выгоду я могу принести умелым подходом к переговорам и умением уторговать», — подчеркивает Бушин.

Считалось, что все работники Внешторга живут в роскоши, ходят во всем заграничном, едят импортные продукты и катаются на иномарках.

«Сотрудники имели возможность посещать другие страны, начиная с соцстран, потом развивающиеся, а затем и капстран. Как правило, человек попадал в длительную загранкомандировку, после которой был практически обеспечен и получал классический золотой набор бюрократа: дача, машина, кооперативная квартира», — говорит бывший работник Минвнешторга Сергей Егоров.

Его коллега из «Союзплодоимпорт» подтверждает, что зарплата нормальная. «Люди стремились попасть в зарубежную командировку на два-три года, чтобы накопить и потом купить автомобиль и квартиру», — добавляет Бушин. Почти все сотрудники Внешторга мечтали о работе в капиталистических странах: там цивилизация, комфорт, безопасность, а также роскошные приемы и западные знаменитости.

Политическое меню

Как еда влияла на мировую историю

«Однажды нам присудили «Золотой колосс» — международную премию по гастрономии и туризму. Ее нам дали за водку «Московская», «Столичная». Мне было поручено поехать на международный конкурс, получить призы для «Союзплодоимпорта» и провести большую рекламную работу. В ресторане «Максим» по этому поводу состоялся шикарный торжественный прием. «Максим» — крупнейший ресторан Парижа, он воспет во многих произведениях разных времен. Собрали на этот прием всю знать Парижа. Там были и бароны, и принцы, и выдающиеся киноактеры, и послы», — вспоминает Виктор Бушин.

Но не всем внешторговцам светила «красивая жизнь». Работа в развивающихся странах порой была экстремальной.

«Мне сказали: ты молодой коммунист и должен поехать в Африку. Я говорю — почему должен, у меня дочь. В итоге я поехал в Бенин на два года. Потом без заезда в Союз меня переправили в Того. Так четыре года я работал в стране, где скорпионы, змеи-пятиминутки, малярийные комары, сезоны дождей и пыльные бури из пустыни. Мухи цеце иногда одолевали. Когда на меня села такая муха, мой шофер из местных так завизжал, что даже руль бросил. Он кричал: «Убирай ее! Это же муха цеце! Это сонная болезнь! Через некоторое время после укуса мухи цеце человек просто засыпает насмерть», — рассказал бывший сотрудник структур Минвнешторга Сергей Егоров.

Неброские стеклянные витрины, неприметное расположение — далеко не на самых оживленных улицах — с виду обычный универмаг, да и название скромное — «Березка». Но пускали туда далеко не каждого.

«Архитектурный проект «Березок» был очень простым, точно так же строились и гастрономы, и другие магазины, нормальная одноэтажная стекляшка. Но отличие было не только в вывеске, но и в содержании. В соседней стекляшке нельзя было купить то, что продавалось в «Березке», — вспоминает публицист Галина Иванкина.

Доцент кафедры истории и философии РЭУ им. Плеханова Антонина Фомина поясняет, что изначально такие магазины создавались для иностранцев, чтобы они покупали товары за валюту. «К тому же у нас были граждане, которые работали за границей и их было много. „Березки“ были разные: продовольственные, с верхней одеждой, с одеждой и обувью. В Москве их было несколько штук. Были такие магазины и в союзных республиках», — отмечает эксперт.

Эта сеть магазинов — легендарное детище Внешторга. Бытовали разные варианты названий подобных магазинов: в Киеве — «Каштан», в Риге — «Дзинтарс», в портовых городах — «Альбатрос». Общее у них одно — продажа товаров строго за валюту или чеки Внешпосылторга.

«Официально эти чеки были доступны только людям, работавшим за границей, никто другой их приобрести не мог. Мог, например, человек, который работал в Зарубежтрансстрое — организации, которая строила объекты за границей, в том числе и в капиталистических странах. Там люди зарабатывали хорошо не только на родине, они все были выездные и имели возможность приобретать эти чеки», — рассказывает публицист Галина Иванкина.

«Девочки, у которых родители были дипломаты или торговые представители, ездили за границу, получали сертификаты вместо суточных и потом могли пойти в «Березку». Там можно было купить очень красивую одежду, очень модную и приличную», — вспоминает актриса, режиссер, сценарист Елена Тонунц.

Держать на руках валюту советским гражданам было запрещено законом. Этот запрет породил настоящий черный рынок вокруг «Березок». Обмануть Внешторг оказалось несложно. Ушлые дельцы выкупали чеки и перепродавали всем желающим с накруткой.

«Если ты придешь с рублями, то ничего не купишь. Тогда не было долларов и евро, были чеки, купить их можно было только у спекулянтов, которые стояли возле магазина. Мне тоже так предлагали купить чеки», — вспоминает писательница Юлия Шилова.

«Чеки выглядели не так, как обычные деньги, стиль тот же, но никакого профиля Ленина, было слово чек и внизу Внешпосылторг, а на другой стороне сказано, что не подлежит продаже. Их можно было передать родственникам, но могли спросить, откуда эти чеки. Тогда надо было объяснить, что твой родственник работает за границей. Было огромное количество спекулянтов, фарцовщиков и других заинтересованных лиц. Они буквально паслись у магазина «Березка», — рассказывает публицист Галина Иванкина.

Со щитом или на щите

Как приезжали и уезжали послы США в России

В обход официальных магазинов Внешторга импортом торговали жулики всех мастей — от крупных контрабандистов до мелких фарцовщиков. У них были свои иерархии и свои прозвания.

«Торгонавты — это узкое понятие, которое применялось к морякам, которые плавали за границу. Торгонавты произошло от аргонавтов, которые плавали за золотым руном, а торгонавты плавали за вещами, которые приносили если не золото, то обеспеченную жизнь. Были и другие слова, которым называли отдельные категории фарцовщиков, например, бубльгумщики — они продавали жвачку, это была самая примитивная ступень фарцовщиков, как правило, этим занимались дети или неудачливая молодежь», — поясняет профессор исторического факультета МПГУ Дмитрий Чураков.

Государство ревностно охраняло монопольные права Внешторга: за спекуляции, фарцовку и подделку импортных вещей можно было получить немалый срок.

Игрушки нашего детства

От Dendy до Тамагочи

«Мы с подругой придумали бизнес. Брали отечественные самые дешевые джинсы и всю ночь варили их в ведре с хлоркой. Это было реально тяжело, хлорка разъедала лицо и руки. Потом покупали лейблы у перекупщиков, пришивали и выдавали наши джинсы за заграничные. Варенки были очень модные в начале 1990-х. Это была уголовная статья, и мы с подружкой бегали от милиции по рынку и платили им», — делится личным опытом писательница Юлия Шилова.

Торговля — это всегда далеко идущие планы и перспективы. В эпоху Перестройки планы у Внешторга еще были грандиозные, а вот перспектив уже не стало.

«Внешняя торговля, когда был разрушен Советский Союз, потерпела самый большой урон. Горбачев с Шеварднадзе и Яковлевым ликвидировали монополию внешней торговли, тогда наша экономика начала рассыпаться буквально по кускам», — говорит бывший сотрудник объединения «Союзплодоимпорт» Виктор Бушин.

Невозможно строить на лжи ни экономику, ни политику. СЭВ обещал многое, но слова не сдержал. И мог ли сдержать? Идеология способна властвовать над экономикой, но не способна накормить людей. Мощная организация Внешторг оказалась лишь колоссом на глиняных ногах. То, что было его силой — монопольное право — его и сгубило. Закрылись элитные «Березки», тракторы перестали менять на бананы. Но это уже совсем другие времена…

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео