Ещё
Сечина в четвертый раз вызвали в суд
Сечина в четвертый раз вызвали в суд

Бурятский минимум 

Фото: Коммерсант

Как Алексей Цыденов пытается найти себя в национальной республике

“Ъ” завершает серию репортажей из регионов, где пройдут выборы губернаторов. Бывший замминистра транспорта РФ, врио главы Бурятии Алексей Цыденов стал фаворитом кампании благодаря тому, что сильных соперников у него нет, но есть возможность демонстрировать поддержку Москвы. Каждый из его соперников работает с прицелом на выборы в хурал 2018 года. Врио за это время должен вникнуть в специфику национальной республики, отношение к которой удивило местных политиков в первые дни его работы.

После отказа избиркома зарегистрировать кандидатом сенатора от Иркутской области, первого секретаря рескома КПРФ Вячеслава Мархаева, глава Центризбиркома Элла Памфилова назвала «практически неконкурентными» выборы в Бурятии. У Алексея Цыденова два соперника: журналист Батодалай Багдаев («Коммунисты России»), которому господин Мархаев отказался дать мандат КПРФ в хурале, и переехавший из Подмосковья Сергей Дорош (ЛДПР), который работает в ГК «Метрополь».

Испытание местностью

Алексей Цыденов пересадил чиновников на микроавтобусы, чтобы они оперативно помогали ему в поездках по Бурятии. Визит в Селенгинский район строят образцово-показательно: после общения с жителями врио завозят на запуск производства кумыса, на поле, где открывается фестиваль «малых сел». Делегации пытаются удивить врио закусками, а одна из девочек всех превосходит, рассказывая, что не нужны «Кипр, Таиланд и Ватикан», когда есть село Ардасан. За это глава Селенгинского района Вячеслав Цыбикжапов предложил отправить ее в лагерь. Кандидата, который никогда не жил в Бурятии, погружают в местную специфику. Перед назначением господина Цыденова глава района не исключал своего выдвижения на праймериз «Единой России». В служебном микроавтобусе он сидит рядом с врио и выступает гидом: «Тут в 1776 году ушел в нирвану основатель буддизма в России, отсюда родом мой отец…» После чего неожиданно начинает читать молитву. Глава района разъясняет, что на этой дороге начинают барахлить машины: «По легендам, тут расстреливали лам. Иногда они нас наказывают». Тут же он показывает на расположенный в стороне Спасский собор, который строили на средства Екатерины II. «Там особая энергетика», — делится господин Цыбикжапов.

Своим для региона был первый президент Бурятии Леонид Потапов, вспоминает глава Бурятского научного центра Сибирского отделения РАН Борис Базаров. Депутат Госдумы от «Единой России» Николай Будуев, работавший в администрации Леонида Потапова, вспоминает, что тот успешно «опирался на бурят» во время выборов. Против него в качестве спойлеров шли бурятские политики, «причем он выбирал тех, кто больше пугает людей», и это помогало победить (в 1994, 1998, 2002 годах), говорит депутат. «Основную угрозу Потапову тогда представляли русские оппоненты, поэтому с ними он пытался расправиться в первую очередь, потому что понимал, что это „русская альтернатива“», — говорит господин Будуев. В прошлом году Леонид Потапов рассказывал, что перед отставкой просил первого замглавы администрации президента (АП) Владислава Суркова, чтобы после него регионом руководил бурят: «Меня избрали на альтернативной основе, буряты тоже за меня были». По экс-главе Вячеславу Наговицыну ударили митинги с национальной подоплекой. Его критиковали за назначение ректором Бурятского госуниверситета замминистра образования республики Николая Мошкина, университет якобы должны возглавлять национальные кадры. Это был лишь повод: на самом деле он сконцентрировал власть небольших групп, которые были допущены к нему, говорит господин Базаров, это вызывало раздражение. «Варяг может быть и бурятом, и чукчей. Главное, что он назначенец и может привести варягов», — говорит кандидат Батодалай Багдаев.

Алексею Цыденову предстоит доказать, что он свой. Во время поездки в Курумканский район (около 65% населения — буряты) на встречах люди сначала пробовали задавать вопросы Алексею Цыденову на национальном языке, но его врио только начал учить. На нем главе придется приносить присягу. Ответ господина Цыденова на вопрос о национальной принадлежности поняли не все представители консервативной бурятской общественности: «Мой отец — бурят, мать — русская, я, соответственно, метис». «Нет нации „метис“, конечно, — говорит Борис Базаров. — Там, где Цыденов жил и воспитывался — Хабаровск, Москва, — никогда не возникало вопроса, как вести себя в национальном регионе. А здесь родство по отцовской линии, поэтому, конечно, он бурят. И воспринимается как бурят».

«По советскому паспорту я бурят, — уточняет «Ъ» Алексей Цыденов. — Когда получал советский паспорт, там же ставили графу «национальность», и когда шел в паспортный стол, то спросили, что вписать, я сказал: бурят». «Национальной проблематики нет, это раздувается в политических интересах, а на бытовом уровне я ее не чувствовал, — говорит он. — Я не чувствую на себе особого отношения с любой стороны: что с русской, что с бурятской, что с какой-то еще. Причем как в республике, так и в Москве. Люди искреннее либо с позитивом, либо с негативом, но всегда конкретные вещи обсуждают». К вопросу он относится философски: «У меня прабабушка черкеска с материнской стороны, а у моей жены бабушка еврейка, поэтому кто же мои дети? Потереть каждого — татарин покажется. А если татарина потереть, кажется, бурят вылезет».

Перемены обещали сверху

Глава Буддийской традиционной сангхи России хамбо-лама Дамба Аюшеев прошлых глав терпел «первые два года», после чего убеждался, что они «не стараются работать для людей», и прекращал общение. Алексей Цыденов через несколько дней после назначения встретился с ним и посетил Иволгинский дацан. Это была инициатива врио, говорит хамбо-лама: «Он же хочет стать главой, а не я». «Он на Крестный ход ходил еще. Ходил как православный. Он сразу сказал: я крещеный. Я говорю, ну, терпеть мне придется много тебя, — с улыбкой добавляет господин Аюшеев. — Этого метиса еще и крещеного».

На самом деле хамбо-лама налаживает контакт с руководством республики. «Наша задача Цыденову помочь. И наказывать, если он ошибается», — добавляет он. В конце августа он впервые посетил здание хурала и администрации республики. Там хамбо-лама презентовал словарь одного из диалектов бурятского языка и объявил, что работа по изданию серии словарей потребует 30 млн руб. в год. Врио заявил, что нужно сохранить «многообразие языка», пообещал поддержку, но не уточнил, выделит ли бюджет. Хамбо-лама всегда позиционируется как фигура федерального уровня, говорит депутат хурала единоросс Баир Цыренов: он постоянный участник президентских приемов, ведь с Владимиром Путиным он знаком еще с поездки в Чечню в начале 2000 года. «Я у Цыденова ничего не прошу, я говорю: есть бурятский язык, есть номадные хозяйства, сможешь — помоги, но помешать ты не сможешь, — заявил „Ъ“ хамбо-лама. — Потому что ты не местный. У тебя опыта, ума не хватит мне помешать, потому что за мной народ идет, потому что идеи народу нравятся». Из-за плохой экономики «Цыденову никто три года не будет давать» на раскачку, уверен религиозный деятель: «Для молодежи у нас нет работы. Очень много людей у нас работает за пределами республики, в Корее работают, на северах работают». При этом у врио такая тактика, что «он нигде не дает обещаний». На вопрос «Ъ», будет ли он голосовать за Алексея Цыденова, хамбо-лама отвечает: «У нас, у буддистов, есть такое понятие, если ты не можешь помочь — не мешай».

Алексей Цыденов занят экономикой. «Когда Владимир Путин приезжал, у него было две папки, а не одна», — говорит он. Одна касалась проблемы ЖКХ и так далее, вторая — вопросов Байкала (в республике озабочены запретом на ведение хозяйственной деятельности вокруг озера). Врио при поддержке вице-премьера Аркадия Дворковича и руководства Ростелекома договорился, что компания ускорит программу по «подключению удаленных сел, объектов здравоохранения». В Улан-Удэ должен начать летать лоукостер «Победа» (сейчас цены на рейсы из Москвы в столицу Бурятии дороже, чем в Иркутск, который находится с противоположной стороны Байкала), также врио обещает «улучшать логистику» внутри региона. «Север Бурятии практически не связан с центром, — объясняет Алексей Цыденов. — Северобайкальский и Муйский районы больше завязаны на Иркутск и Красноярск, поэтому туда проще добраться, чем до Улан-Удэ. Автомобильных дорог физически нет, поездом ехать двое суток через Транссиб, а самолет раньше летал два раза в неделю, стоимость — 11 тыс. В эти районы программа передач приходила с опозданием в неделю! Мы приехали, посмотрели. Теперь три раза в неделю летает самолет в Нижнеангарск, два раза — в Таксимо, субсидирована стоимость билетов, их цена будет 6–7 тыс. руб.».

На вопрос, гарантирует ли Москва внимание после 10 сентября, Алексей Цыденов отвечает: «Мне постоянно говорят, что „ты врио, и поэтому такое внимание к тебе“. Но не во всех регионах, где проходят выборы, есть такие решения». Он говорит, что «внимания точно будет меньше»: за это лето Бурятию посетили президент, вице-премьеры, министры. Но вопросы, считает кандидат, решаются благодаря его федеральному опыту. Целью он называет выход на самодостаточность бюджета: «У нас 51 млрд по расходам, 23 млрд по доходам». Руководство региона должно повышать «благосостояние живущих здесь людей и удовлетворенность от жизни, ощущение счастья»: «Можно иметь миллион и ходить недовольным, потому что сосед хреновый, а в подъезде, так сказать, кошки навалили. Можно иметь 10 тыс. или 100 тыс., но зато будет чисто во дворе, здоровые дети, уверенность в жизни».

Второй секретарь обкома КПРФ Виктор Малышенко говорит, что не видит «четкой экономической программы» назначенца: «Он по районам ездит, информационную повестку забивает. Говорит общие слова: развитие мелкого и среднего бизнеса. Показывает: смотрите, я встретился с министром в Москве. Или: смотрите, министр приехал сюда. Это элемент кампании». Врио помогает то, что «10 лет при Вячеславе Наговицыне давали обещания, но они остались не выполнены», считает коммунист. Агитация единоросса — «Время перемен» и «Пути открыты» — призывает забыть о прошлом. Борис Базаров говорит, что в первое время рейтинг Вячеслава Наговицына был «до 70%»: «Но это был рейтинг доверия». По его словам, в июне 2016 года экс-главе региона доверяли 42,4%, а августе — 31,94%. «Те, кто думал о переменах, смотрят теперь не на Мархаева, а на Цыденова», — уверен Николай Будуев. Алексей Цыденов говорит, что не пошел бы на дебаты и с Вячеславом Мархаевым: «Основные проблемы мне и так известны. У меня здесь нет негативной истории. Можно, конечно, обсуждать вместе с другими кандидатами, что делать, чтобы в республике было хорошо».

Господин Наговицын фоново принимает участие в выборах как кандидат в сенаторы от врио. «Я бы не хотел комментировать его промахи и достижения», — говорит Алексей Цыденов, но заранее предпочитает не говорить, кого назначит в СФ. На вопрос, мешает ли фигура бывшего губернатора-варяга вести кампанию, отвечает: «Я эту тему сильно не раскачиваю, но есть и ряд преимуществ, если выбор будет в итоге на нем. Он уже знает, как ходить по федеральным кабинетам и как лоббировать интересы. Надо не робеть перед большими начальниками, уметь заходить в большие кабинеты, не потеть в приемной». Сначала господин Наговицын, которому якобы обещал место в СФ президент Путин, хотел участвовать в кампании с позиции «играющего тренера» и ездить по районам, говорит собеседник «Ъ», близкий к администрации региона. Это господина Цыденова не устроило, тем более что у него есть свои предпочтения: сам он хотел видеть сенатором Татьяну Мантатову, экс-гендиректора телекомпании «Ариг Ус». Конструктивные отношения у Цыденова с лидером «Справедливой России» в регионе, предпринимателем Иринчеем Матхановым. Он настроен на участие партии в выборах в хурал, говорят справороссы.

К выборам в парламент вокруг Алексея Цыденова должна быть сформирована коалиция сторонников перемен в республике, отмечает глава избирательного штаба врио Николай Юханов: выборы 2018 года должны зафиксировать обновление во власти. Господин Цыденов дистанцировался от хурала, избранного до его прибытия в республику, говорит Баир Цыренов: раньше, когда прилетали федеральные чиновники, их всегда встречали Наговицын вместе со спикером, теперь подобные встречи прекратились: «К выборам в хурал Цыденову придется определиться, на кого опереться, причем не обязательно только по партийному признаку». По словам Николая Юханова, сейчас против врио не выступает ни один политический игрок. В июне с поста прокурора Бурятии в главную военную прокуратуру перевели Валерия Петрова, игравшего важную роль в республике.

Как вам конкуренция

Агитация Сергея Дороша стандартна для ЛДПР. В День флага он собирает на площади революции в Улан-Удэ около 30 человек с плакатами в цветах триколора (красный посередине): «Великому народу — великий флаг»; «Боже, храни Россию». «Мы должны показать, что мы не безмозглые бараны, что есть альтернативный кандидат», — призвал Сергей Дорош сторонников. Один из его лозунгов звучит так: «Отдай свой голос за молодого русского политика». В Бурятии «соотношение русских и бурят 70 на 30», жалуется Дорош, но лозунг не гарантирует поддержку большинства. «Буряты голосуют активно, а русские почти не ходят на выборы, говорят: чего здесь можно решить, — жалуется кандидат на двойные стандарты. — Кандидат может сказать, что он бурят, что у него родственники буряты, но не может сказать, если он русский». Деление по принципу «свой—чужой» нежелательно, говорит другой собеседник «Ъ»: он приводит в пример депутата Госдумы единоросса Алдара Дамдинова, который использовал лозунг «Пора выбирать своих» (победил кандидата Партии роста, владельца ГК «Метрополь» Михаила Слипенчука).

Бурятия входила в «красный пояс», и руководство КПРФ надеялось здесь на успех. В 2016 году партия получила здесь 20,6% — на 7% больше среднего результата по стране, а «Коммунисты России» — 2,87%. Батодалай Багдаев идет на выборы под лозунгом «Как вам живется при капитализме?». Он ведет кампанию эпатажно, выступая на пресс-конференциях главы рескома КПРФ: «Я публично предложил Мархаеву поддержать меня на выборах, чтобы сломать хребет „Единой России“, но он отказался». Первые самостоятельные выборы он называет тренировкой. Господин Багдаев может положиться на тех, кто не разбирается в коммунистах. «В районах 80% не разбираются, в чем разница между „Коммунистами России“ и КПРФ, и считают, что Батодалая послал к ним Мархаев», — считает Сергей Дорош. Господин Багдаев не скрывает, что пройти муниципальный фильтр ему помогла администрация: «Политика — искусство возможного, иногда приходится вступать в сговор: мы работаем в жесткой авторитарной системе. Мне дали трибуну благодаря врио».

В Бурятии 23 муниципалитета, говорит политтехнолог Алексей Завадских, «в девяти районах в один день были собраны подписи всех муниципальных депутатов в поддержку врио», чистые подписи коммунисту осталось собрать только в 14 районах. Избирком не допустил коммуниста до выборов за два сдвоенных автографа: сначала муниципалы поддержали единоросса, потом — коммуниста. Член ЦИКа Николай Левичев отмечает, что коммунист «не представил ни одного факта, который мог бы лечь в основу расследования» массового сбора подписей штабом единоросса: «Слова проверять трудно». Мархаеву предлагали рецепт регистрации при сдвоенных подписях. «Депутаты дали доверенности юристу из штаба Мархаева, чтобы он представлял их интересы в суде. Также они дали показания, в которых говорится, что подписи за врио они поставили под нажимом», — рассказывает господин Завадских. Кандидату рекомендовали «отправить депутатов вместе с семьями в какую-нибудь условную Турцию на время всей кампании, чтобы никто из оппонентов не смог до них добраться», говорит он. Но коммунист такую идею отверг. Депутаты вскоре отозвали свои доверенности на имя юриста штаба Мархаева, а потом в эфире заявили, что коммунисты ввели их в заблуждение, уговорив поставить подписи в поддержку кандидата.

На вопрос «Ъ», были ли замечания со стороны АП из-за того, что коммунист не прошел фильтр, Алексей Цыденов отвечает, что «Мархаев подложил всем козу»: «По телевизору за два дня до сдачи подписей был показан репортаж, где депутаты признавались, что поставили вторые подписи за Мархаева, потому что были введены им в заблуждение. Он все равно представил эти подписи в избирком. Разные эксперты делают предположения, что он мог сделать это специально, закладываясь на долгосрочную игру, чтобы как пострадавшее лицо идти на выборы в хурал в 2018 году. Правда это или неправда, я не знаю. Дикая ситуация. Я по ней столько наслушался». Угрозы коммунист не представлял, утверждает господин Цыденов: «Социология есть — она понятно все показывала. Осадочек от этой ситуации остался». Алексей Завадских говорит, что КПРФ в регионе традиционно работает на партийное ядро, при регистрации через суд коммунист уже не успел бы начать полноценную кампанию без ресурсов.

«За Цыденова будет огульно голосовать большинство, — прогнозирует Сергей Дорош. — В Бурятии есть целые районы, которые голосуют за того, за кого скажет старший». «Цыденов выиграет выборы, дураку ясно, — заявил „Ъ“ хамбо-лама. — В этом отношении наши главы районов сильные, любого протащат. В национальных республиках административный ресурс сильно проявляется, а у нас почти все районы национальные, если не бурятский, то староверческий — они тоже организованы. Новые районы только на севере, на БАМе, остальные старожилы».

Виктор Малышенко считает, что снятие коммуниста ударит прежде всего по явке. Алексей Цыденов за неделю до выборов заявил, что внимание Москвы зависит от избирателей: «Когда просто приехал туда и говоришь „помогите с дорогами“, или неважно с чем, и когда у тебя спящий регион, на тебя так и реагируют». Отсутствие сильных соперников может повлечь и другие последствия. В случае участия в президентских выборах в марте 2018-го Владимир Путин мог бы в Бурятии набрать в процентном соотношении меньше голосов, чем Алексей Цыденов. Врио говорит, что «искренне за основного кандидата» на выборах 2018 года: «И без всякого спроса буду стараться, чтобы основной кандидат набрал максимальный балл».

Максим Иванов, Улан-Удэ

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео