Ещё

Что смотреть, читать и слушать в августе 

Отар Кушанашвили советует читателям Sobesednik.ru, какими книгами, фильмами, сериалами и песнями насладиться в августе.

Пролог

Корпулентная Селена Гомес, которая до этого лета в моих глазах была щекастой пустышкой, а тут вдруг взяла и спасла мое настоящее, нещадное ко всем лето песней «Love You Like a Love Song», верно, про своего экс-дружка Бибера спела: «Это ж диво, сколько парней думают, что, если быстро говорить, никто не поймет, что им нечего сказать».

Я, вообще-то, смотрю на вещи мрачно, и хрен бы с Бибером — таких селен на деньги, что он загреб, он купит целый райцентр, но ведь песня чудо как хороша, сообщает такую лихость в общении с данностью, которая то и дело норовит нас огорчить, что после 447-го прослушивания я себя не узнал. Неподдельно улыбаюсь все время.

Вот почему начну с музыки: она суть первейшее средство от навязчивых неврозов.

* * *

Андрея Кузьменко, Кузьмы, «Кузьмы Скрябина», мне очень не хватает. Все лето я слушаю сборник его баллад; я обожаю его, украинского Рода Стюарта, трагически погибшего в автокатастрофе.

АК был музыкантом и лицедеем крупным, без скидок. Он был в сильнейшей степени скоморохом, это да, но каким же он был полнокровным, утонченным мелодистом; послушайте хотя бы «Шампански очи», от которой любая голова, даже пустая, кругом идет. Поди плохо: красивейшая мелодия, баснословный юмор, вполне себе добротная обертка.

Концертная РINK сильнее записанной. Альбом «Правда о любви» («The Truth About Love»), натурально, огневой, но это как наблюдать Ренату Литвинову в фильме «Девушка и Смерть», где она, ни за что не поверите, играет девушку: много возни, навалом стиля, но про смысл разговор лучше не заводить. Ее альбом — это дедраматизация лирической обыденности.

Тейлор Свифт — чемпионка по продажам, но, святые угодники, какая же это бесцветная, безликая, одноклеточная музычка. У той же Селены Гомес хоть означенный шедевр есть, при правильном прослушивании которого олимпийская выдержка изменит даже олимпийцу, у этой же гризетки ни единого взрыва, сплошь благостный попс.

Лена Темникова не из тех, кто через песни пытается разъяснить неразумным, что такое манифест судьбы. Она с чувством и томно выпевает ладно записанные пьесы о встречах с красивым, но часто бессмысленным городом, о тепле, что дарят хороший парень и осмысленное Чувство, и, как подобает скромной барышне в ее возрасте, не томится по чему-то неведомому, а дерзко берется рассказать, что есть Счастье и с чем его едят. Темникова беспардонно, как гедонистка, счастлива, и это слышно, и это радует. Но черта, вылезающего в одной из песен с плотским рефреном «Давай займемся этим», хочется убить, а влияние давешнего хозяина Макса Фадеева не избыть.

В дождливые дни надо слушать «Эпилог» «Агаты Кристи». Братья Самойловы, пышно выражаясь, были академиками рока, пока не повредились в уме и не стали с жаром состязаться, кто из них тщеславнее. Об этом альбоме не болтать надо, а слушать его; каждая пьеса способна потрясти до полураспада всех атомов организма.

Про Simply Red я уже писал, эту группу вместе с ее харизматичнейшим солистом либо любишь, либо нет, но разок сборник пьес о любви послушать обязан всякий. Но вот Мorrissey не знать и не слушать — это плохо, вы в таком разе близки к званию лоха. По Моррисси, жить на свете — плохо, не жить — еще хуже; что выбираете, любезный? При всей своей эсхатологии этот человек умеет писать головокружительные мелодии, оставляющие глубокий след. Он так ворчит, так красиво, так убедительно, что создается ощущение, будто он эмоционально перезрел еще в колыбели. После него надо срочно слушать Арету Франклин; это портал в рай; «свеча зажигается, пустота заполняется».

Из этой же серии — неувядаемый Род Стюарт с его стилем «кураж наотмашь».

А потом на тебя сваливается, как покосившаяся этажерка, песня «Чудо» Дельфина, про которого всегда было известно, что он вообще-то смотрит на вещи мрачно, а тут — столько трепета, нежности, неги. Столько красотищи.

В отдельных проявлениях великолепен болтливый неврастеник Робби Уильямс, переживший моду на болтливых неврастеников и благоприобретший лоск. Правда, на мой салтык, его вершинными работами остаются полярные «No Regrets» и «She’s the One» — пронзительные гимны опустошенности и нежнейшей привязанности, дарящие блаженное чувство парения. Робби не поет о коллизии препирательства человека с высшими силами, но достаточно мощен, чтобы утешать: «У тебя есть завтра, завтра».

После Робби с его беспардонным гедонизмом трудно слушать FКА twigs, превозносимую как «сверхновая» и некогда гремевшую Таниту Тикарам, чей статус теперь, небось, и ей самой непонятен. Временами тихо, временами громко, но все невнятно.

Для того, чтобы спеть «Завтра был снег», кроме мастерства надобно, конечно, и мужество, и у А. Макаревича с Ко, как известно, известной отваги всегда было — как влаги в Лондоне. В остальном — да, «миром правит любовь», хотелось бы верить.

У Макаревича незамысловатые мелодии, да, но приятные, особенно когда в них нет социопатии, но уж лучше такая незамысловатость, чем Пол Саймон с его «бу-бу-бу». У Макаревича: «Очнитесь от сладкой грезы», а Саймон: «Я ухожу опять в свои перламутровые раковины». Две легенды, два тяжеловеса, так что аналогия уместна, даже если наш обещает нам крупные неприятности, а второй воспевает Нью-Йорк.

Алишия Кис очень красива, без скидок, у нее есть похвальное свойство самовоспроизводиться с упорством прибоя. Но потрясений от нее не ждите; добротные поп-песни, чего же боле. Все лучше, чем слушать Rаdiонеаd, от которых у меня начинается распад личности.

Разумеется, я знаю людей, которые жить не могут без этих зауми и скуловоротности, но я уж лучше выберу старину Джеффа Линна — того самого, ЕLО. Он тоже академик шоу-бизнеса, но не непроходимый зануда, что по нынешней погоде величайшее достижение. Не поймите меня дурно, но зануд я избегаю.

Концерты

DVD Тake That «For the Record» — это не концерт, но сдобренный минимальной патетикой беспощадный и до крайности увлекательный эпический сказ об истории группы. Без набора штампов, конечно, не обошлось, но даже эти штампы суть подпорки для рассказа о том, что такое успех и как успех меняет людей.

После этого зрелища можно насладиться концертом Simply Red в Сицилии. Я уже знакомил вас с ними: это салонная музыка стратосферного разбора, никакой шелухи, форель вместо ухи.

Если попроще, вот вам Луис Мигель, этот обеспечит вам скачки. Но всем концертам концерт — это Тake That с новым материалом, действо настолько качественное, что я даже не знаю, кто с пацанами может конкурировать, и способен ли.

Можно потратить 447 тысяч слов, а смысл? Смотреть надо, убеждаясь за походом, что верность себе и своим представлениям о прекрасном всегда оборачиваются торжеством.

Сериалы

Продолжаю восхищаться качеством сериала «Нарко». Драма и пафос в этом сериале умело смикшированы мелодраматическими моментами, и Пабло Эскобар представлен монстром, обожающим семью и заботящимся о бедняках.

Грустно при мысли, что я досмотрел «Аббатство Даунтон». Этот сериал даже пахнет по-другому; я обожаю эти блестящие диалоги вымирающей аристократии, ее отчаянные — и всегда праведные — попытки приспособиться к новой эпохе и отстоять свои ценности.

Камерон Кроу в «Гастролерах» самым нежным образом воспевает и эпоху, когда вызревал рок, и музыкантов, неуправляемых, как погода. Сериал свеж, как весенний ветер; в нем есть и юмор, и мелодрама, и почти невыносимый пафос.

«Оставленные», самый странный и точно один из самых страшных сериалов, будоражит кровь от альфы до омеги. Мрачная сага про таинственным образом исчезнувших людей, чьи родные и близкие никак не могут определиться, как жить дальше, как пережить это горе. Все персонажи «Оставленных» ходят с выражением, описанным Радищевым: «Другова сказать не могу, как что я виновен».

Расхваленный сериал «Империя», который очень любит теннисистка Кузнецова, раздражает аффектированными актерскими эскападами. Актеры выпендриваются самым безбожным образом. Глава музыкальной империи узнает печальный диагноз, и между членами его семьи разворачивается битва за трон.

«Накорми зверя» был бы хорош, если бы в нем не снимался Дэвид Швиммер — тот самый, из «Друзей», с тупой мордой.

«Моцарт в джунглях» — это бенефис Гаэля Гарсиа Берналя; он играет прибабахнутого дирижера, который пытается вдохнуть новую жизнь в жизнь знаменитого, но впавшего в стагнацию нью-йоркского оркестра. Это такой неуправляемый типчик — из тех, что обеспечивают «здоровый кровоток в культуре».

«Ривер» — превосходный скандинавский сериал, но до такой степени мрачный, что недалеко до сумеречного состояния. Блистательная работа Стеллана Скарсгаарда, актера с замороженной мимикой.

Про то, как в Америке алчный деляга бьется с омерзительным прокурором, смотрите в «Миллиардах». Там довольно подробно, вплоть до интимных перверсий, показано состояние умов и душ американских деловых кругов.

И снова я аплодирую «Очень страннным делам» — за превосходное качество вплоть до конца первого сезона. Напряжение, юмор, саспенс — все на стратосферном уровне.

«Штамм» начинал здорово, от чудищ, созданных Гильермо дель Торо, хотелось бежать сломя голову, но медлительность и не такие сериалы губила.

«Изгой» отличается отменным языком и кладбищенской атмосферой, и авторы у него тщеславные (одни из создателей «Ходячих мертвецов»), но, боюсь, актер-протагонист, при несомненной одаренности, зрителя не привлечет. Надо блюсти себя, и когда наступает душевный кризис, надо блюсти себя особенно рьяно и вместе трепетно.

Положите за правило вечерами смотреть по серии «Это мы»: очищает и тонизирует.

Иногда кажется, что британские и скандинавские сериалы, самым сердечным, следственно, самым преданным поклонником коих я являюсь, пишутся симпатическими чернилами: настолько эти сериалы непредсказуемы. Например, превосходный «Фортитьюд». Во время расследования убийства ученого столько сокровенных загадок разгадывается за одним походом. Сочный, смачный сериал.

После которого можно посмотреть «Однажды в сказке». Сказ про то, как сокровенные соки первовещества формируют мальчика, наперекор и вопреки убежденного, что миром правит любовь, которую корыстные взрослые дискредитируют по 447 раз на день.

Возвращаемся к маскулинному, но малоприятному: сериал «По волчьим законам». Тут все мрачно, сумрачно, безысходно, беспросветно, тут единственный способ коммуникации — насилие.

А в «Девушке по вызову» все происходит без насилия: здесь даже альков, интим, телесное возведено в ранг и бизнес-модели, и жизненной доктрины.

«Оранжевый — хит сезона», но хит не мой. Обыкновенная милая девочка попадает в тюрьму и пытается выжить. Такой витальненкий сериальчик, но быт и бытование женских тюремных каменных мешков, напичканное перверсиями, меня не очень трогают, раздражают.

«Бруклин» я стал смотреть из-за неистового юмора, а теперь угадываю, какие плоские остроты прозвучат, за десять сцен.

Посмотрите старенький фильм Вуди Аллена «Тени и туман»: мелодрама, блеск, бурлеск, фарс. В городе объявляется маньяк, все стихийно организовываются, желая его обезвредить — и постепенно — и, конечно, смешно — сходят с ума.

Билл Мюррей «темпераментно непригоден» для звания «отариковский любимец». «Рок на Востоке» я досмотрел насилу. Никакого манифеста судьбы, пропорция один к одному: скука и злость.

А вот «Костяной томагавк» с Куртом Расселом рекомендую всем. Фильм превосходен, как песни Челентано. Гениальная диспозиция: мелодрама и жуть. Как такое опишешь?!

Покажите мне сердце, не обремененное симпатией к Курту Расселу в фильмах «За бортом» и «Танго и Кэш», — и я покажу вам ущербного человека. Я тоже очень хотел быть на него похожим. В «Глубоководном горизонте» он играет на пару с еще одним моим любимцем — Марком Уолбергом. Снимать фильмы-катастрофы — это отдельный высокий дар. Не концептами о судьбах человечества усыплять, а снимать пиф-паф и ба-бах так, чтобы в исходе без назидательного пальца и покровительственного конферанса ты сам приходил к важнейшим умозаключениям.

«Ла-Ла Лэнд», «Любой ценой» и «Прибытие» — это по-своему сильнейшие фильмы, не на пустом месте стяжавшие себе славу. Я вообще очень пристально слежу за режиссером по имени Дэни Вильнев. Его «Убийца» с Бенисио дель Торо противен всем на тему вендетты ранее снятым фильмам, «Прибытие» — такое же: разом пугающее и обнадеживающее.

В «Любой ценой» Крис Пайн доказал, что он талантливее табуретки.

Книги

Наказываю вам, лежебокам, взять в руки сокровище — книгу избранных стихотворений Константина Симонова. Эти стихами может не воодушевиться, не проникнуться только нечистый помыслами человек, не догадывающийся, что не верящего в Добро и в Любовь ждет анафема.

Будьте столь достолюбезны, найдите стихотворение «Транссибирский экспресс» — и убедитесь, что Симонов умел писать даже для отделения для буйных.

Бурно и с любовью проживите месяц и дождитесь меня.

Читайте также
Новости партнеров
Больше видео