Сергей Гаврилов: Россия предложит свой формат диалога с христианами Европы
После начала СВО количество европейцев, которые готовы переехать в Россию, растет — базовой причиной становится не ухудшение условий жизни в Европе, а все большее ущемление прав христиан. Россия готова разработать новые форматы межрелигиозного диалога со странами не только Европы, но и других континентов — на основе ценностей, которых придерживаются традиционные конфессии мира, и в первую очередь православие. Об этом «Парламентской газете» рассказал депутат Госдумы Сергей Гаврилов, который после пятилетнего срока оставил пост президента Межпарламентской ассамблеи православия.
Коллеги проявили характер
- Сергей Анатольевич, в начале июля президентом Межпарламентской ассамблеи православия (МАП) избрали депутата польского сейма Евгения Чиквина. На этом посту он сменил вас — человека, который возглавлял МАП с 2018 года. Какова, на ваш взгляд, основная причина смены руководства ассамблеи?
- Все произошло на 30-й генассамблее МАП в Халкидики, где наша делегация не смогла присутствовать, — мы имели ограничения на въезд в Грецию, власти которой присоединились к антироссийским санкциям Запада. Кроме того, члены МАП столкнулись с жестким негласным давлением со стороны представителей администрации США, а также радикальных украинских парламентариев, которые при поддержке Константинополя попытались навязать МАП позицию дискриминации России, Русской православной церкви и лично патриарха Кирилла.
Могу сказать, что наши коллеги в ассамблее проявили характер, попытались занять сбалансированную позицию. В некоторой степени им это удалось, в МАП отказались от русофобии. Но отсутствие делегации России не могло не сказаться на деятельности ассамблеи — сейчас Россия фактически оказалась вне ее работы.
- Какие шаги намерены предпринять?
- Будем работать над созданием нового формата работы с политиками Европы на основе общих религиозных ценностей. На территории самой Европы сегодня это невозможно из-за попытки изолироваться от России «железным занавесом» — значит, будем делать это в России, Белоруссии, других дружественных нам странах, которые не практикуют дискриминационные ограничения. Причем такие многосторонние контакты могут охватывать не только страны Европы, но и страны арабского мира, Африки, Азии, Латинской Америки. Полагаю, речь должна идти о взаимодействии не только православных политиков из разных государств, но и политиков исповедующих, например, традиционный ислам. Считаю, что такой формат должен быть постоянно действующим — возможно, он будет создан на базе стран — участниц ШОС и БРИКС.
Могу сказать, что Россия обладает уникальным опытом, как объединять людей авраамических религий (к ним, прежде всего, относятся иудаизм, христианство и ислам. — Прим. ред.). И мы готовы им делиться с теми, кто этого захочет. Именно взаимодействие на традиционной религиозной основе формирует важнейшее для любого сотрудничества условие — доверие, которое не может быть связано с применением односторонних санкций. Это касается всех сфер межгосударственного взаимодействия — будь то политика, экономика, молодежные и культурные контакты и прочее. У нас, кстати, здесь уже есть успешный и очень эффективный формат подобного взаимодействия, это — «Россия — Исламский мир» в Казани. Мы открыты для душевного и равноправного диалога без дискриминации партнеров.
Европейцы думают о переезде
- Сегодня религиозные основы для многих в мире стали некой абстракцией, за которой нет никаких практических решений. Согласны с этим?
- Не могу сказать, что такое суждение сверхпопулярно. И в целом думать так, как вы упомянули, это очевидная ошибка. Как раз уничтожение религиозного чувства в людях является непременным условием для реализации катастрофического сценария развития человечества. Считаю, что в условиях роста недоверия, лжи агрессивной пропаганды, давления одних стран на другие растет запрос на поиск сакральных причин того, почему все так происходит. В этих условиях вопрос взаимопонимания для преодоления негативных сценариев приобретает ключевое значение. А уровень такой симпатии, как подтверждает социология, выше всего у людей, живущих верой в Бога, общими духовно-нравственными ценностями.
Мы видим, что в Европе, на Украине трезвость в осмыслении происходящих событий сохраняют именно православные люди, христиане. Они же хранят в себе силы смотреть в будущее без страха, который всегда мешал и мешает восстановлению полномасштабного сотрудничества. Понятно же, что, например, по вопросу разоружения невозможно договориться с теми, кто боится и ненавидит.
- Как в МАП отнеслись к захвату раскольниками Киево-Печерской лавры и возможному вывозу святынь этой знаменитой обители, включая мощи угодников Божьих, в Европу?
- Конечно, в ассамблее понимают, что происходит беспредел. И происходящее там является оскорблением веры каждого православного христианина, в какой бы стране он ни жил. Но мы можем об этом говорить открыто, а в той же Европе многие в условиях подавления прав христиан ограничены в возможности говорить об этом публично. При этом в июле на заседании МАП были публично высказаны довольно смелые для нынешней Европы суждения. Например, о том, что структуры ЕС отказываются признавать христианское происхождение европейских народов и возможность христиан вносить свой вклад в «европейскую перспективу».
- Что будет дальше со святынями Киево-Печерской лавры?
- Возможно все, но Бог, как известно, поругаем не бывает. И это мы видим уже сейчас — попытка за счет захватов монастырей и храмов, ликвидации приходов и арестов священников на Украине выдавить Россию из православного сообщества, оскорбить нас этим привела к обратному результату — гораздо больше страдает репутация самих гонителей. При этом мы знаем из новозаветной истории, что не все гонители — «потерянные» для Божьего промысла люди. Достаточно вспомнить историю яростного врага христиан в первом веке Савла, который после преобразился и стал великим святым, апостолом Павлом.
Хочу заметить, что сегодня в мире все отчетливее видно, что атаку на традиционные религии и их святыни ведут фактически только сторонники однополярного мироустройства. А христианство, другие традиционные конфессии становятся основой многополярности, взаимного уважения стран друг к другу.
- Сегодня стали все чаще поговаривать о том, что христиане Европы всерьез думают переехать в Россию целыми семьями. Вам что-то известно об этом?
- Действительно, такая тенденция есть. И с начала специальной военной операции она только усиливается. Говорю сейчас в первую очередь о христианах, на которых во многих странах Европы, и особенно на Украине, сегодня усиливаются гонения. Также знаю, что миллионы так называемых «русских немцев» — тех, кто уезжал в Германию, в другие страны Европы после распада СССР, — сегодня всерьез задумались над тем, чтобы вернуться в Россию. Потому что там, где они живут, происходит то, от чего многие в свое время уезжали в Европу — и это не только, скажем, повышение уровня преступности из-за столкновений с мигрантами или понижение уровня жизни, но и нарушение прав и свобод людей, особенно прав верующих.
Мы видим эти процессы и изучаем ситуацию с правовой точки зрения. Пока что речь не идет о конкретных законодательных инициативах, но очевидно, что вопросы приезда и обустройства в России тех же европейцев требуют анализа — на каких условиях им выделять землю, какие барьеры при переезде можно снять, как поддержать гонимых.