Ещё

Le Monde (Франция): Макрон хочет изменить ЕС, потому что меняется мир 

Le Monde (Франция): Макрон хочет изменить ЕС, потому что меняется мир
Фото: ИноСМИ
В эпоху Макрона уже не ровное поле, а американские горки. Когда в 2017 году президент ворвался в ореоле победы в жестко кодифицированный и запутанный танец европейских саммитов, то вызывал удивление и симпатию у окружающих. Два с половиной года спустя он все еще удивляет, но на смену симпатии пришло раздражение или даже открытая неприязнь. Молодой президент превратился в самопровозглашенного лидера Европы. Его неожиданные инициативы и антисистемные нападки сбивают с толка, тревожат, шокируют.
Слова «лидерство» и «Европа» не слишком вяжутся друг с другом. В  есть два председателя: и . То есть все уже непросто. Дело еще больше осложняется, когда национальные лидеры выставляют себя европейскими, поскольку их к этому подталкивают политическое влияние и размер страны. Или тот факт, что Европа, как и природа, боится пустоты.
Долгие годы этот неофициальный пост занимала . открыто считал ее лидером Европы. Одно время (в 2011 году, после долгового кризиса), глава польской дипломатии (Radoslaw Sikorski) публично просил ее взять на себя больше. «Я сильнее опасаюсь не мощи , а ее бездействия», — писал он. Лидерство консервативного канцлера в полной мере соответствовало духу ее страны, крупнейшей экономики ЕС, которая извлекает наибольшую выгоду из единого рынка. То, что было хорошо для Германии, было хорошо для Европы, и наоборот: это было лидерством статус-кво.
идет совершенно другим путем. Будучи лидером по природе и стечению обстоятельств (Ангела Меркель ослабла на немецкой политической сцене, британцы пропали в дыму Брексита, а итальянское правительство озабочено собственным выживанием), он практикует лидерство разрыва и непрестанного движения. Его враги — неподвижность и паралич. Он хочет изменить ЕС, потому что мир меняется. Пан или пропал! К сожалению, в его случае мы часто видим именно второй вариант.
Возвращение бумеранга
Два пример хорошо иллюстрируют его метод и его риски. На июньских заседаниях Евросовета, которые были посвящены назначениям на исполнительные посты в ЕС, он разрушил систему партийных лидеров, предупредив всех заранее о своем шаге, а затем начал маневры и сумел протолкнуть компромиссных кандидатов. «Он ломает правила игры, в затем прописывает их новые параметры с учетом интересов остальных», — говорят в Елисейском дворце. Ошарашенные таким мастерским ходом партнеры Франции приняли его без особого противодействия: в конце концов, многим это было выгодно.
Бумеранг вернулся три месяца спустя, когда отклонил предложенную Макроном кандидатуру (Sylvie Goulard) на пост еврокомиссара. Теперь уже ему самому пришлось принять новую данность. А это далось ему нелегко.
Эммануэль Макрон вернулся к жестким мерам. Второй пример произошел на заседании Евросовета 17 и 18 октября: президент Франции наложил вето на начало переговоров о вступлении Северной Македонии и Албании в ЕС. С тех пор на него обрушилась яростная критика: его обвиняют в нарушении данного слова, дискредитации Европы и «исторической ошибке».
Он и его окружение отвечают, что Албания еще не выполнила необходимые условия, что раздельные переговоры с двумя этими странами дестабилизировали бы обстановку в регионе, и что нужно реформировать процесс вступления (он «лишком бюрократический и автоматический») и процесс принятия решений в самом ЕС (он уже крайне плохо работает при 28 членах и может быть полностью парализован с появлением новых).
Два взгляда на Европу
Ситуация очень серьезная. Она противопоставляет Францию и Германию (та поддерживает расширение) и создает напряженность между двумя взглядами на Европу, как говорят в Елисейском дворце. Сторонники первого готовы дальше размывать ЕС, а последователи второго хотят укрепления союза. Эммануэль Макрон глубоко убежден, что Европа не может позволить себе слабость в нестабильном современном мире. Он не отступится, но все же попытается хоть немного исправить ситуацию визитом в страны, которые в первую очередь затронуты его позицией.
На фоне критики советники Макрона защищают его позицию. «В этом и заключается лидерство. Вы или лидер Европы или нет. Он — да», — говорит один из них. С какой стати? С такой стати, что он — единственный, кто готов взять на себя эту роль и продвигать идеи, подталкивать других руководителей к тому, чтобы поступить точно так же, отвечают они.
Есть упреки и касательно его методов. Он, хоть и запоздало, взял курс на консенсус во внутренней политике, но, судя по всему, напирает лишь на отвагу и личные инициативы во внешней.
В марте ему удалось пригласить Ангелу Меркель и главу Еврокомиссии Жана-Клода Юнкера на встречу с китайским лидером в Париж. Как бы то ни было, он пригласил главу иранского на саммит «семерки» в Биарриц, даже не посоветовавшись британскими и немецкими партнерами. Параллельно с этим он двинулся в сторону сближения с Россией (очень чувствительный и противоречивый вопрос для Европы), не подключив к этому даже Берлин.
В любом случае, именно он открыл обсуждение многих вопросов, будь то отношения с Москвой или расширение ЕС. Удалось ему и протолкнуть в брюссельскую повестку дня свои темы: налогообложение интернет-гигантов, европейская оборона, стратегия по отношению к Китаю. Остается только утвердить свое лидерство.
Видео дня. Спустили на землю: чиновника наказали за скандал в аэропорту
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео