Войти в почту

Искусственный интеллект учителя не заменит

На днях в Туле в рамках Года педагога и наставника завершился V Всероссийский фестиваль клубов «Учитель года». Его тема звучала так: «Российское учительство: портфолио профессионального успеха». В фестивале участвовали более 200 педагогов из 42 регионов России, а также команда учителей из Белоруссии, представители Луганской и Донецкой народных республик. Курскую область представляла команда клуба учителей – участников конкурсов профмастерства «Чудеса Курского края» под руководством заведующей кафедрой дошкольного, начального образования и коррекционной педагогики КИРО Ольги Байбаковой. Наш корреспондент встретился с Ольгой Юрьевной и поговорил с ней о фестивале, инклюзивном образовании и будущем педагогики. Каждый учится у каждого – Ольга Юрьевна, для начала расскажите, что собой представляет ваш клуб. – Наш клуб объединяет учителей, которые участвуют в конкурсах профессионального мастерства, и в первую очередь в самом главном из них – «Учитель года». Через него к лауреатству «Учителя года 2017» пришла учитель начальных классов Ирина Алексеевна Дмитриева. Сейчас она – завуч в 25-й гимназии. Вообще, все члены нашего клуба сделали педагогическую карьеру за время его работы. Так, Ольга Леонидовна Чурилова теперь директор школы №60 имени Героев Курской битвы, Анна Алексеевна Травина – директор прогимназии «Радуга». Каждый из них стал наставником для других. У нас клуб небольшой – всего 12 человек, что позволяет сохранить камерность, в этом году приняли ещё несколько молодых педагогов. – Расскажите о фестивале педагогических клубов. Вы ведь в нём участвуете уже не в первый раз? – Да. Фестиваль в Туле проходит в пятый раз. Мы участвуем в четвёртый, то есть наша команда, можно сказать, ветеран этих фестивалей. Отмечу сразу, это не соревнование. Смысл фестиваля – трансляция опыта. По большому счёту, это активная форма повышения квалификации. Конечно, пятый фестиваль был посвящён Году педагога и наставника и организации различных форм наставничества. Каждый день мы получали задание, через час-полтора мы должны были выйти на сцену и это задание продемонстрировать. – В игровой форме? – Нет, это не КВН, это очень серьёзная форма, хоть нас всех тоже разбили на команды. Я оказалась в команде «Инклюзия», также были команды «Знание», «Воспитание», «Творчество» и так далее. После открытия в Тульском кремле мы получили задания, в том числе отрабатывали навыки скоростного и реверсивного наставничества. – Что это за виды наставничества? – Мы должны были разработать определённый кейс, то есть план, и придерживались его. Нужно было за полторы минуты разрешить обозначенную педагогическую ситуацию – это и есть скоростное наставничество. Мы должны были за два часа разработать и показать урок, классный час, профориентационное мероприятие, родительское собрание, педагогический совет. Мне достался урок, причём урок в условиях инклюзивного класса (то есть класса, в составе которого могут быть дети с ограниченными возможностями здоровья. – Прим. «КП»). Реверсивное наставничество подразумевает групповую форму наставничества. Так, совместно со студентами педагогического университета имени Льва Николаевича Толстого за полтора часа должны были составить агитационное мероприятие «Я б в учителя пошёл». Это было, кстати, как раз шуточно-творческое задание, но в нём был заложен глубокий смысл. Каждой группе достались определённые специализации. Нам – профессия учителя истории. В шуточной форме мы должны были раскрыть привлекательные стороны его работы. Другие команды раскрывали преимущества работы учителями математики, начальных классов, физики и т.д. То есть реверсивное наставничество – это когда опытные педагоги решают общие задачи с начинающими коллегами. Конечно, опытные задают тон в такой совместной деятельности, но что-то, наоборот, перенимают у молодых. Так происходит обмен опытом. Каждый учится у каждого, и все друг другу наставники, каждый проявляет свои лучшие стороны. – То есть в этом фестивале нет победивших и проигравших? – Нет. Туда уже изначально приезжают победители. Это не конкурс, иначе была бы совсем другая атмосфера. Тем не менее в этом году на фестивале было пять абсолютных победителей федерального конкурса «Учитель года». То есть очень высокая планка. Конечно, очень хочется, чтобы кто-то из наших учителей вошёл не только в «пятнашку», но и в число призёров конкурса. Будем воспитывать! Избежать профессионального выгорания – Зачем нужен клуб педагогам? – Учителя испытывают очень мощное эмоциональное напряжение. Даже если это положительные эмоции, потом начинается пустота. Вот человек участвовал в конкурсе, шёл к цели, его наградили, похвалили, он прошёл аттестацию, а дальше что? Конкурс меняет человека. Он уже другой, а рядом с ним всё те же люди, которые не понимают, зачем было так напрягаться, зачем куда-то ездить, проводить мастер-классы. И ему нужна своя компания единомышленников. Клуб – это объединение как раз таких людей, которые победили в конкурсах и хотят передать свой опыт. Это такая площадка, которая даёт радость профессионального и человеческого общения. Мы ведь все очень дружим, у нас как у мушкетёров: один за всех и все за одного. Мы можем собраться в любое время суток, и это не принудительное объединение, это потребность души быть вместе с единомышленниками, это общество пеликанов. – Пеликанов? – Пеликан – символ конкурса «Учитель года». Поэтому да – мы большая семья пеликанов. Как председатель я рада всем, кто пришёл в наш клуб не ради карьерных соображений, хоть часто они – побочный эффект, а ради альтруизма, ради того, чтобы реализовать какие-то свои проекты, чтобы быть в команде, общаться. А ещё это способ избежать профессионального выгорания. Мы собираемся, чтобы решать какие-то текущие задачи. Сейчас, например, мы готовим программу для молодёжной педагогической школы. Мы стараемся гармонично концентрировать и юмор, и песни, и очень серьёзные научные разработки. – У тебя всё получится! А что нового в плане инклюзивного обучения привезли из Тулы, работая в команде «Инклюзия»? – Нам нужно было чётко понять, что работа современного учителя это не работа дефектолога, даже когда в его классе оказывается ребёнок с ограниченными возможностями здоровья. Но он должен овладеть конкретными приёмами, которые позволяют адаптироваться ребёнку и в соответствии с его возможностями освоить программу. – Что это за приёмы? – Самое главное – выработка установки: «Я не боюсь этого ребёнка, я принимаю его, я не впадаю в панику от того, что у меня что-то не получилось, а просто ищу способ, как сделать комфортным обучение и преподавание». Если учитель находится в зоне дискомфорта, он не может хорошо работать. Можно, например, использовать разнообразную стимулирующую помощь. Ведь не сложно улыбнуться, подойти и пожать руку, если ребёнку это приятно. Можно сказать ободряющие слова: «У тебя всё получится», «Я знаю, что ты сможешь», «Я рядом»… Второй уровень помощи – направляющий, заключается в том, что ребёнку даётся алгоритм, памятка, то есть конкретные шаги, которые нужно пройти в определённой последовательности. И есть уровень помощи – обучающая помощь, когда даётся образец и ребёнку предлагается просто повторить. Очень важно ориентироваться не на выполнение программы, а на реальные достижения ребёнка с ОВЗ. Даже малейшее позитивное достижение, вообще само даже стремление к познавательному акту должно быть замечено и отмечено. – То есть нельзя сравнивать инклюзивного ребёнка с одноклассниками? – Сравнивать детей нельзя в принципе, никого ни с кем, но в данном случае нужно прибавлять, а не вычитать. И важно, чтобы учитель адекватно оценивал, что ребёнок может делать самостоятельно. Надо давать ребёнку возможности проявить себя. Например, если он плохо читает, это не значит, что он не может играть в театре или что он не может быть хорош в спорте. Если бы педагогика могла диагностировать способности с абсолютной точностью, в мире не было бы неуспешных людей. Человек может прожить всю жизнь и не знать, что, например, он был бы великолепным сапожником, а всю жизнь он тянул лямку юриста. Так же и с ОВЗ. Что-то обязательно есть, а искать нужно, рассматривая позитивно, а не только видеть, что он кричит, шумит и не знает таблицу умножения. – Не менее важная составляющая, мне кажется, работа с окружением, родителями одноклассников, детьми, ведь в каждом коллективе разная атмосфера… – Конечно. Я очень люблю цитировать учителям Льюиса Кэрролла, тот фрагмент, когда Алиса говорит: «А где я могу найти кого-нибудь нормального?» «Нигде, – ответил Кот, – нормальных не бывает. Ведь все такие разные и непохожие. И это, по-моему, нормально». Это, пожалуй, главный принцип инклюзии. Все разные. – Ольга Юрьевна, как эволюционирует процесс обучения через 50–100 лет? Говорилось ли об этом на фестивале? – Мы и сами пользовались возможностями искусственного интеллекта, особенно молодые педагоги. Но, считаю, профессия учителя в классическом понимании этого слова никогда не уйдёт в прошлое. Да, искусственный интеллект может блестяще выполнять техническую часть работы, и возможно, он освободит от неё учителя. Но только человек может решать креативные задачи, поэтому специальности, которые связаны с творческой деятельностью, будут всегда востребованы. А это значит, что учитель должен ориентироваться не на зубрёжку, а на то, чтобы воспитать у ребёнка гибкость, пластичность. Сказано! – Сегодня у ребёнка в руках гаджеты, которые ему заменяют тепло человеческого общения, и, надо понимать, гаджеты из нашей жизни не уйдут. Напротив, они будут внедряться всё шире и шире. Поэтому важно сохранять при этом то, что делает человека человеком – умение плакать, смеяться, сочувствовать, любить, ненавидеть, огорчаться. Нужно, чтобы мир реальности был ребёнку так же интересен, как и цифровой мир, который не требует эмоциональных затрат. Чтобы посмеяться, достаточно нажать кнопку и увидеть, как веселится цифровой анимационный персонаж. А чтобы вызвать улыбку собеседника, нужно приложить усилия, чтобы это было смешно. Беседовала Вероника ТУТЕНКО Фото из архива героини

Искусственный интеллект учителя не заменит
© Курская правда