Далее:

Хорватия и Словения в условиях полномасштабной энергетической войны за Европу

Хорватия и Словения в условиях полномасштабной энергетической войны за Европу
Фото:
США сделали для себя приоритетом положить конец своей зависимости от импорта энергоносителей, поэтому на территории Штатов началась активная разработка газовых и нефтяных месторождений методом гидравлического разрыва пластов — или фрекинга.
Что это такое? Это метод разрыва пород с помощью жидкости, нагнетаемой под очень высоким давлением. Воду смешивают с песком и химическими реагентами и закачивают под высоким давлением в скважину. Это приводит к образованию небольших трещин, через которые поступает газ, нефть и другие добываемые вещества. Когда гидравлическое давление падает, небольшие фрагменты песка и оксида алюминия сохраняют трещины открытыми. Этот метод применяется для добычи остатков газа, сланцевого газа и в угольных пластах.
Сторонники этого метода утверждают, что благодаря фрекингу можно добыть прежде недоступные огромные объемы ископаемого топлива. Противники заявляют, что метод гидравлического разрыва приводит к заражению воды и воздуха, высвобождает опасные химикаты и даже вызывает землетрясения.
Как мы уже упомянули, США хотят любой ценой положить конец своей зависимости от импорта энергоносителей, а против тех, кто обеспокоен экологическим загрязнением, уже найдено идеальное и абсурдное решение: их просто обвиняют в том, что они «российские агенты». В США уже стартовала кампания, которая утверждает, что Россия подстрекает эти экологические объединения к протестам, чтобы тем самым помешать великой американской энергетической революции. Подобные теории заговоров в новой Америке пользуются большой популярностью благодаря атмосфере паранойи, которая царит в стране.
Так или иначе, сложилась ситуация, когда США вскоре будут добывать большое количество нового газа, хотя для этого они подрывают собственную почву под ногами (в Европе тоже можно добыть много газа таким образом, однако ЕС, разумеется, резко против таких методов). Речь идет об объемах, которые не только удовлетворят спрос на американском рынке, но и станут одной из важнейших составляющих американского экспорта.
Куда экспортировать весь этот газ? В Европу, разумеется.
Международное энергетическое агентство (МЭА) прогнозирует, что к 2022 году доля США в мировой добыче газа будет достигать 20%.
Если США хотят экспортировать свой газ в Европу, перед ними встает одна проблема: Атлантический океан очень большой, и через него не проложен газопровод. И тут вспоминают о СПГ. Что это такое? СПГ (сжиженный природный газ) — это тот же самый газ, но только не в газообразном, а в сжиженном состоянии!
То есть охладив и превратив газ в жидкость, его делают пригодным для транспортировки, а значит, его можно доставить на специальных судах, а затем в цистернах в места, которые не связаны газопроводами.
Из США СПГ доставляется в Европу на специальных судах, где на протяжении всего пути газ хранится в специальных танках при нужных температуре и условиях. А что же делать, когда эти суда прибудут в Европу? Перевозить СПГ далее автотранспортом было бы крайне непрактично, поэтому лучше иметь специальные терминалы, куда причаливают суда, и где происходит регазификация сжиженного природного газа. Дальше его можно доставлять по газопроводам к потребителю.
Одним из таких ключевых СПГ-терминалов планируется построить в Хорватии на острове Крк. Реализация проекта уже идет полным ходом. Европейский Союз взял на себя около 50% расходов (102 миллиона евро). Вопрос в том, кто будет финансировать остальное?
Президент Хорватии Китарович ведет активную кампанию в рамках так называемой «Инициативы трех морей», предлагая создать коридор от Польши до Хорватии. В традиционном политическом контексте этот коридор рассматривают как стену от России, в том числе энергетическую.
При этом предпринимаются попытки заручиться американской поддержкой проекта СПГ-терминала на Крке, и Трамп даже как-то об этом упоминал. Но кто знает, помнит ли сам Трамп, что кому наобещал и когда.
СПГ-терминал на Крке упростил бы путь американскому газу на европейский рынок, и в наших СМИ об этом проекте часто говорят как о судьбоносном терминале, который определит энергетическое будущее Европы. Правда, на самом деле все не так, и в Европе уже есть много СПГ-терминалов, а также строятся новые.
СПГ-терминалы в Европе
Каково же в действительности будущее СПГ-терминалов в Европе? Одни говорят, что все будет зависеть от исхода борьбы между Россией и США за Европу. То есть в связи с тем, что США собираются экспортировать большие объемы газа, Европа им нужна в качестве клиента, но как ее привлечь, если российский Газпром уже удовлетворяет треть европейского спроса на газ?
А что будет, когда построят «Северный поток — 2» и «Турецкий поток»? Как тогда реализовывать американский газ? Но ведь это еще не все. Несмотря на все инновации в подготовке СПГ, США просто не могут предложить Европе газ по той же цене, что и Россия. Это неоспоримый факт. Поэтому если ничего «особенного» не произойдет, Россия будет доминировать на европейском газовом рынке все увереннее.
Да, Европа хочет диверсификации газовых поставок, потому что зависеть исключительно от одного поставщика, то есть России, нет смысла. Однако вытеснить Россию с рынка можно только в том случае, если Европа сознательно согласится покупать дорогой газ. Но, несмотря на всю свою лояльность к Вашингтону, которая, правда, постепенно утрачивается, Европа на такое не пойдет.
Что США могут предпринять? Теоретически они могут разжечь пожар войны в Восточной Европе, натравить страны Восточной Европы на Россию и таким образом перекрыть поток российского газа. Правда, такая мысль может прийти в голову или очень опасному, или просто психически нездоровому человеку, поскольку подобный конфликт означал бы столкновение России и НАТО. То есть потенциально это Третья мировая война. К сожалению, опасных и психически нестабильных людей в современном мире хватает.
Какие планы у США относительно России, мы еще увидим. Учитывая, что эти две страны борются за европейский рынок, на котором сейчас доминирует Россия, неудивительно, что США проводят такую остервенелую международную кампанию против России.
Сейчас план американцев заключается в том, чтобы с помощью санкций помешать укреплению экономических связей между Россией и Европой. Кто знает, возможно, через год-другой США примут закон о том, что любой член НАТО, покупающий газ у России, является потенциальным «союзником врага». Иными словами, США хотят начать крупный бизнес с СПГ и развивать его любым способом.
Вернемся на Крк. Как мы уже отметили, ЕС выделил около ста миллионов евро на этот проект, и Загребу требуется найти еще сто миллионов. С учетом некоторой новой информации кажется, что Хорватии стоит или поторопиться с поисками, или отказаться от проекта совсем. Дело в том, что у Хорватии есть конкурент, способный построить СПГ-терминал в северной части Адриатического моря. Речь идет о Словении.
Вот уже некоторое время Словения рассматривает возможность строительства СПГ-терминала в Копере. А для одного небольшого региона два СПГ-терминала многовато.
Почему же Словения строит подобные планы, когда уже существует проект строительства терминала в Хорватии? Вряд ли дело только в конкуренции между соседями. В игре нечто более серьезное.
И Словения, и Хорватия являются членами НАТО и ЕС, но насколько в действительности лояльны Любляна и Загреб? Насколько они «близки», с одной стороны, к Вашингтону, Брюсселю, Берлину, а с другой — к Москве?
Не секрет, что Хорватия более лояльна к США, чем Словения, и эти проамериканские настроения могут дорого обойтись сейчас, когда между Европой и США разверзается бездна. Брюссель и Берлин с подозрением смотрят на страны, которые чрезмерно подчеркивают свою связь с Вашингтоном (Хорватия, Польша…) или с Москвой (Венгрия, Греция…).
Загребу это не нравится, но факт в том, что Любляна проводит нейтральную внешнюю политику, поддерживая одинаково ровные отношения со всеми и при этом осторожно склоняясь к Берлину и Москве.
Хорватская лояльность по отношению к США была и остается проблематичной. Если США захотят немного подтолкнуть Балканы к хаосу (просто геополитической забавы ради), то первым в очереди на эскалацию напряженности будет Загреб. Это неминуемо для Хорватии, потому что и правый и левый, и правый доминантный центр (партии SDP и HDZ) в принципе проводят практически идентичную внешнюю политику. Выходом было бы отказаться от доминирования двух партий, как то сделали в нескольких странах Европы, но у нас это пока в необозримом будущем.
Вернемся к СПГ-терминалам. Крк или Копер? Решение об этом будет политическим, и принимать его будут не в Загребе и не в Любляне. Какие есть предпосылки? По делу Пиранского залива арбитражный суд принял решение в пользу Словении, и некоторые объяснили это тем, что ЕС больше благоволит Словении.
Связано ли решение о Пиранском заливе с СПГ-терминалом? Возможно, и нет, но оно все равно нам подсказывает, что у Хорватии нет влиятельных друзей в Европе, потому что мы отдали предпочтение тем, кто по ту сторону Атлантики.
Загребу приходится буквально всматриваться в «хрустальный шар» и предугадывать, что сулит будущее: победят США или Россия, или воспрянет суверенная Европа? Как правильному члену блока Хорватии, как и всем остальным, следовало бы желать третьего, но можно ли этого от нее ожидать? Вряд ли, и Хорватия такая не одна. Лояльность по отношению к ЕС переживает глубокий кризис, и его только усугубит продвижение американских и российских интересов. В итоге мы опять можем оказаться на таких Балканах, которые зажаты «между мощными силами». А нам это совершенно не нужно.
Оставить комментарий