В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

«Ужасный треск — и жуткая тишина» Как команда русского ледокола дважды едва не погибла во льдах Арктики, но спасла судно

«Ужасный треск — и жуткая тишина» Как команда русского ледокола дважды едва не погибла во льдах Арктики, но спасла судно
Фото: Lenta.ruLenta.ru

28 июля 1932 года ледокольный пароход «Александр Сибиряков» начал путешествие по Северному морскому пути и сделал то, чего ранее никому не удавалось: совершил первое сквозное плавание за одну навигацию. Судно едва уцелело во льдах, однако экипажу все же удалось совершить, казалось бы, невозможное — не только выжить, но и сохранить судно. После путешествия «Александра Сибирякова» использовали еще десять лет, после чего он героически погиб во время Великой Отечественной войны. История легендарного судна — в материале «Ленты.ру».

Видео дня

***«Александр Сибиряков» был заложен в шотландском 23 ноября 1908 года и сначала назывался Bellaventure (в переводе с итальянского «Счастливого пути» — прим. «Ленты.ру»). В 1909 году его спустили на воду, а затем направили в канадский Ньюфаундленд. Сначала его использовали для охоты на тюленей, а потом он понадобился для возведения новых портов в городе, на нем транспортировали строительные грузы.

В 1914 году Bellaventure участвовал в спасении 132 моряков судна SS Newfoundland, которые застряли во льдах в открытом море во время охоты на тюленей. Однако помощь не успела вовремя — погибли 77 человек, удалось обнаружить и вывезти тела 69 из них.

Российская империя приобрела Bellaventure в 1915 году для зимних рейсов в Белом море, а в 1916 году его переименовали в «Александр Сибиряков» — в честь мецената и исследователя Сибири.

Во время Первой мировой войны уже «Александр Сибиряков» работал в Белом море и перевозил военные грузы от стран-союзниц. После ежегодно использовался в весеннем зверобойном промысле и в навигации.

Знаменитый рейс «Александра Сибирякова»

Ледокол отправился в путь из 28 июля 1932 года. «Александра Сибирякова» выбрали по двум причинам: во-первых, у него был меньший расход топлива, чем у других крупных арктических кораблей. Во-вторых, было важно убедиться, что сквозной проход доступен любому судну: организаторы экспедиции посчитали, что если «Сибиряков» осилит Северный морской путь, то смогут и другие транспортные суда.

«Сибиряков» вышел под командованием капитана 2-го ранга , считавшегося лучшим полярным капитаном СССР. Начальником экспедиции был географ и математик , его заместителем — полярный исследователь, океанолог . Команда насчитывала 36 человек, все были опытными моряками-полярниками.

3 августа «Сибиряков» достиг , пополнил там запасы угля и двинулся к Северной Земле. Он вошел в море Лаптевых не через пролив Вилькицкого, а обойдя Северную Землю — раньше так не делал никто.

Уже к 14 августа судно дошло до острова Домашний, потому что льда практически не было. На острове экипаж встретился с зимовщиками, и один из них, Георгий Ушаков, передал им карту Северной Земли. По его же совету судно пошло по чистой воде: обогнуло с севера остров Комсомолец архипелага Северная Земля, после чего из Карского моря перешло в море Лаптевых и дошло до бухты Тикси. В конце августа на пути из Тикси ледокол взял на буксир два парохода, доведя их до устья Колымы.

К началу сентября «Сибиряков» подошел к Чаунской губе, где наткнулся на многолетний лед. Обшивка судна едва выдерживала, и морякам приходилось взрывать лед — они использовали разом по 20 килограммов взрывчатки.

10 сентября «Сибиряков» находился возле острова Колючин, где столкнулся с большой льдиной, получил повреждение лопастей винта и не смог двигаться дальше. Одна лопасть отпала, вторая сломалась наполовину, еще от двух остались трети. Винт пришлось менять прямо во льдах в экстремальных условиях, для этого использовали находившиеся на борту запасные лопасти. По предложению Шмидта из кормовой части ледокола в носовую перегрузили 400 тонн угля и весь запас продовольствия. Это позволило поднять корму судна над водой для замены лопастей.

Работы продолжались до 16 сентября. После ремонта винта ледокол выдвинулся дальше к Берингову проливу, однако буквально на следующий день, 17 сентября, у него сломался упорный подшипник, а 18 сентября — конец гребного вала, который ушел на дно вместе с винтом. Это случилось в районе острова Идлидля в Чукотском море, приблизительно в 842 километрах от Берингова пролива. Исправить поломку в экстремальных условиях Арктики было невозможно.

«Раздается ужасный треск — такого мы еще не слыхали, потом наступает жуткая тишина. Это уже не лопасть, это обломался конец гребного вала, и мы потеряли весь винт, который лежит теперь на дне морском. "Сибиряков" перестал быть судном и сделался игрушкой течений и ветров», — описывал это Визе.

Несмотря на то что ветер и течение таскали судно, капитан Воронин не оставлял надежды, что «Сибирякова» можно будет вывести в Берингов пролив и без винта. Экипаж рассчитал, что скорость дрейфа на восток составляет примерно полмили в час; по их подсчетам, проходя ежесуточно 12-13 миль (19-20 километров), пароход доберется до пролива за неделю.

В течение трех суток судно продвинулось в сторону Берингова пролива примерно на 45 миль (72 километра), для уменьшения дрейфа использовали якоря. Но когда до мыса Дежнева оставалось всего 60 миль (96 километров), судно уперлось в лед, и его потащило назад.

Чтобы завершить начатое, «Сибирякова» пришлось поставить на паруса — 27 сентября Воронин отдал приказ их готовить. Моряки использовали брезенты, которые закрывали грузовые люки и почернели от угольной пыли. Для обхода больших льдин использовали якорь — его цепляли за впереди лежащую льдину, после чего подтягивали судно лебедками. Впрочем, иногда приходилось использовать и взрывчатку.

План сработал — 1 октября 1932 года «Александр Сибиряков» вошел в Берингов пролив. Северный морской путь был пройден за 65 суток, однако если бы не поломка винта, экспедиция завершилась бы быстрее.

Почти 20 суток потерял «Александр Сибиряков» из-за поломки винта

Уже на чистой воде судно вызвало буксировщик, который доставил его в японский порт Иокогама для ремонта. 1 января 1933 года «Сибиряков» покинул , обогнул Евразию с юга и к 7 марта прибыл в .

За свой подвиг «Александр Сибиряков» получил орден Трудового Красного Знамени. Шмидт, Воронин и Визе получили высшие награды — ордена Ленина, остальные участники экспедиции — ордена Трудового Красного Знамени.

По итогам экспедиции высшему руководству СССР был подготовлен доклад о возможности использовать маршрут для развития промышленности и инфраструктуры Севера. В результате было предложено создать единое ведомство, которое будет заниматься не только транспортом региона, но и его промышленностью, строительством портов и социальной инфраструктуры для местного населения. Так 17 декабря 1932 года было образовано Главное управление Северного морского пути при Совете Народных Комиссаров СССР, его руководителем назначили Шмидта. В дальнейшем у Главсевморпути появились территориальные управления в Мурманске, Архангельске и . В настоящее время оно переименовано в Администрацию Северного морского пути при . До образования Главсевморпути действовал Комитет Северного морского пути (1919), в 1920 преобразованный в «Комсевпуть».

Поломка, после которой «Александр Сибиряков» год ждал спасения

24 ноября 1936 года «Александр Сибиряков» шел из Мурманска в Архангельск под командованием капитана . Он получил телеграмму с просьбой о помощи с полярной станции «Озерная» — необходимо было эвакуировать раненного на охоте механика. На пути к станции «Сибиряков» на полном ходу напоролся на скалу в проливе Карские Ворота в трех милях (4,8 километра) от берега.

Судно крепко застряло и сняться самостоятельно не могло. «Сибиряков» сильно пострадал: у него были пробоины в первой и второй балластных цистернах, а третий трюм заполнило водой до тоннеля гребного вала. На следующий день начался сильный шторм, и его било о скалы, люди едва удерживались на палубе. Из-за непогоды и волн ледокол сместился, его развернуло — он сел на камни всем корпусом, вода проникла до уровня палубы, затопила машинное и котельное отделения. Вспомогательные механизмы и главная паровая магистраль «Сибирякова» вышли из строя.

К 5 декабря на место аварии пришли ледокол «Ленин» из Архангельска, который из-за спешки был оснащен не полностью, пароход «Рошаль» и спасательный буксир «Мурман» из Мурманска — они имели более укомплектованное оснащение, в том числе мотопомпы, водолазную станцию и сварочный аппарат.

«Сибиряков» к этому моменту продолжал наполняться водой: она проникла в форпик, машинное и котельное отделения, междудонное пространство. Судно сидело на грунте с креном на правый борт. Спасательные работы было сложно проводить из-за шторма.

Для спасения «Сибирякова» решили выгрузить 145 тонн угля и откачать 140 тонн воды из затопленных отсеков. Судно планировали удержать на месте с помощью дополнительных якорей, а потом сдвинуть с места с помощью ледокола «Ленин» и буксира «Мурман». Из-за непогоды этот план реализовать не удалось: воду откачивали десять раз, но шторм перетащил «Сибирякова» и нанес ему новые повреждения. Из-за погодных условий суда, которые вышли на спасение, могли оказаться в том же положении, поэтому спасение «Сибирякова» отложили на год.

Работы возобновились 6 июня 1937 года. Корпус «Сибирякова» был поврежден настолько, что откачать воду было попросту невозможно, как и герметизировать его. Тогда спасатели решили использовать два 80-тонных понтона и две баржи 45 и 47 метров — их предполагалось затопить, а после откачки воды они должны были поднять корпус судна. Борта «Сибирякова» оборудовали специальными кронштейнами, вошедший в корпус камень удалили взрывом, часть пробоин зацементировали.

Откачку воды начали 21 августа, но в процессе оторвались кронштейны, крепившие баржу с правой стороны, и она выскочила из воды. Кронштейны переустановили, попытку повторили 1 сентября, однако и она провалилась из-за отлива. На следующий день «Сибирякова» все же сняли с мели и на буксире спасательного судна «Память Руслана» доставили в бухту Каменка.Из бухты Каменка «Сибирякова» надо было отбуксировать в Архангельск. Корпус усилили с помощью металла, затопленное машинное отделение оборудовали цистернами, остальное пространство заполнили деревом.

5 октября «Сибиряков» на буксире парохода «Северянин» вышел на рейд бухты Каменка, однако в ожидании благоприятной погоды они провели еще пять дней. В ночь на 12 октября суда выдержали семибалльный шторм, однако «Сибиряков» уверенно держался на воде.

18 октября «Сибиряков» встал на длительный ремонт. В память о событиях 1937 года в бухте Каменка установили памятный знак в виде четырехметровой бетонной стелы с водолазным шлемом. На стеле была укреплена памятная табличка, которую впоследствии похитили вандалы.

После этого «Александр Сибиряков» доставлял на полярные станции оборудование и продовольствие, его опыт стал бесценным для развития Русской Арктики.

Последний подвиг «Александра Сибирякова»

Незадолго до начала Великой Отечественной войны на «Александр Сибиряков» пришел служить молодой старший помощник Анатолий Качарава, затем он стал капитаном судна. Во время войны ему присвоили звание лейтенанта. В начале войны «Сибирякова» вооружили: два 76-миллиметровых орудия, два 45-миллиметровых орудия, два 20-миллиметровых зенитных автомата. В августе 1941 года его включили в состав ледокольного отряда Беломорской военной флотилии под названием ЛД-6. («Лед-6»), однако он оставался штатским судном — продолжал доставлять грузы и перевозить полярников.

24 августа 1942 года «Сибиряков» вышел из порта Диксон, чтобы сменить персонал научной станции на Северной Земле. На его борту было 350 тонн грузов, продукты, оборудование и стройматериалы. Экипаж составлял 104 человека и включал полярников, военных и рабочих.

В это же время в Карском море находился немецкий крейсер «Адмирал Шеер» — в рамках операции «Вундерланд» он искал и топил караваны союзников. Он получил информацию о Третьем арктическом конвое — его составляли восемь сухогрузов и два танкера, которые шли без какой-либо охраны из Архангельска на Дальний Восток и в . При этом разведчик передал «Шееру» неправильные данные: крейсер ожидал конвой на юго-восточном направлении, а тот двигался в восточном. К моменту, когда капитан крейсера отдал приказ идти на восток, конвой успел уйти на дальнее расстояние, а «Шееру» мешал тяжелый лед. Позже «Шеер» из-за аварии утратил и свой самолет-разведчик — в таких условиях ему помог бы захват любого судна, которое имеет карты, а также коды и шифры советской метео- и гидрографической информации. Данные позволили бы крейсеру выйти в пролив Вилькицкого и продолжить преследование арктического конвоя.

По различным данным, советская сторона имела информацию о присутствии вражеского корабля в Карском море, но «Сибиряков» не получал никаких сведений о нем, и встреча с «Шеером» 25 августа около 13 часов 17 минут оказалась для него неожиданной.

«Шеер», чтобы ввести советских моряков в заблуждение, поднял флаг США и передал ложное название судна. После этого немцы на русском языке запросили у экипажа «Сибирякова» информацию о ледовой обстановке в проливе Вилькицкого. Капитан Качарава решил уйти на полном ходу к острову Белуха, была объявлена тревога и отправлена радиограмма о встрече с иностранным крейсером. В ответ штаб Главного управления Северного морского пути передал сведения о том, что в акватории Карского моря нет ни американских, ни японских военных кораблей. Однако радиограмма «Сибирякова» помогла защитить остров Диксон.

К тому моменту «Шеер» включил аппаратуру радиопомех и поднял немецкий флаг, после чего потребовал, чтобы «Сибиряков» лег в дрейф и прекратил радиопередачи, а также дал предупредительный выстрел. Вооружение «Сибирякова» было куда менее мощным, чем у крейсера, однако он открыл огонь.

Крейсер «Адмирал Шеер» был вооружен шестью 280-миллиметровыми орудиями главного калибра, восемью 150-миллиметровыми орудиями среднего калибра и зенитными орудиями, а также двумя четырехтрубными торпедными аппаратами. Он дал шесть залпов и выпустил в сторону «Сибирякова» 27 снарядов главного калибра, из них четыре попали в цель. Первое повредило радиостанцию и систему телефонной связи, второе накрыло корму — погибли около 30 человек, третье попало в носовую палубу и привело к взрыву бочек с бензином, которых было около 300, начался пожар. Четвертый снаряд взорвался в котельной, левый паровой котел вышел из строя, и «Сибиряков» потерял ход.

Третье попадание тяжело ранило капитана Качараву, и он стремительно терял кровь, боем продолжил руководить, несмотря на ранение в голову, комиссар Зелик Элимелах. По его приказу была передана радиограмма: «Помполит приказал покинуть судно. Горим, прощайте. 14 ч. 05 мин». Комиссар также приказал старшему механику Бочурко открыть кингстон — Элимелах и Бочурко погибли вместе с кораблем.

Несмотря на все разрушения, «Сибиряков» продолжал обстрел вражеского крейсера. В 14:30 «Шеер» прекратил огонь и подошел к месту, где находился тонущий ледокол. Бой длился 43 минуты. Ледокол начал быстро погружаться под воду около 15:00.

Немцы потопили одну из двух шлюпок со спасшимся экипажем, ко второй выслали катер для поиска шифров и данных о караванах и ледовой обстановке. Один из кочегаров «Сибирякова» оказал сопротивление немцам, и его застрелили, еще несколько человек отказались эвакуироваться и остались в воде. 22 человека были захвачены в плен, среди них был и капитан Качарава. 13 пленных, в том числе капитан, выжили в лагерях, их освободили после войны.

На «Сибирякове» был еще один кочегар — Павел Вавилов, которому удалось спастись и добраться до острова Белуха. Его эвакуировали оттуда 24 сентября. Он оказался единственным выжившим членом экипажа, избежавшим плена.

Останки «Александра Сибирякова» попытались найти в 1962 году, однако работы не увенчались успехом. В сентябре 2014 года исследовательская экспедиция компании «Фертоинг» определила их местонахождение, а в августе 2015-го их исследовал телеуправляемый подводный аппарат и водолазы. Они собрали фрагменты ледокола в качестве музейных экспонатов. На корпусе судна закрепили мемориальную табличку, а координаты боя и гибели «Сибирякова» объявили местом боевой славы.

Часть моряков получила награды «За мужество», а капитан Качарава — орден Красного Знамени. В честь команды пролив в Карском море к северу от Диксона назван проливом Сибиряковцев. Имя судна носит банка в Баренцевом море у Новой Земли и гора в Антарктиде. В честь членов экипажа названо несколько островов в районе Диксона.