Войти в почту

Экс-следователь прокуратуры объяснил, в чем была ошибка беглецов из "Крестов"

Последний шанс избежать расстрела Первая одиночная тюрьма "Кресты" в была построена в 1893 году на месте складов, где хранились винные запасы города. Внутри - 999 камер площадью около восьми метров каждая. В 90-е число арестантов в одной камере могло превышать 20 человек. Попыток побега из "Крестов" в истории изолятора всего три (в 1922 году, в 1991-м и в 1992-м), две - неудачные. Та, что случилась 23 февраля 1992-го стала самой громкой, и решились на нее несколько арестантов. В июне 1991 года в "Кресты" доставили , который ранее уже был судим за кражи и побег из колонии-поселения, а в этот раз попал за решетку по обвинению в умышленном убийстве. По законодательству тех лет, Перепелкину, с учетом всех судимостей, грозила либо высшая мера наказания — расстрел, либо пожизненный срок. Этот факт позже сыграет решающую роль в цели побега. Перепелкина поместили в общую камеру N 945, где он постепенно начал готовить план и вербовать себе в помощники других арестантов. Также во время прогулок мужчина запоминал расположение коридоров корпуса, старался отследить график дежурства охраны и анализировал характер каждого из сотрудников. По пути на следственные эксперименты Перепелкин обращал внимание на внешнюю расстановку корпусов - тот, где разместили его, был расположен в углу тюремной территории и вплотную примыкал к жилому дому. Связано это с тем, что здание использовалось для содержания больных открытой формой туберкулеза - так их изолировали от других заключенных. Кроме того, это был единственный корпус, в котором прогулочные дворики находились на крыше, окруженной щитами с колючей проволокой. "Классический разбойник" В камере, где ждал окончания расследования дела Перепелкин, содержалось еще 24 человека. Его интересовали те, кто так же, как и он, ждал приговора о расстреле или пожизненном сроке. Первым, кого Перепелкину удалось завербовать, оказался 20-летний Владислав Зеленов. Молодой человек не в первый раз сидел, на нем уже было несколько приговоров по тяжким статьям. При этом попасть в колонию снова было для него равносильно смерти - отбывая срок, Зеленов убил криминального авторитета, поэтому в тюрьме его ждала казнь. В ноябре 1991 года в камеру к Перепелкину и Зеленову подселили новенького: 25-летнего Юрия Шапранова, арестованного за разбойное нападение. В камере он быстро освоился и стал одним из главных. Сразу после доставки в изолятор Шапранов решил сбежать и начал подговаривать Зеленова ему помочь. Их разговор подслушал Перепелкин. Он предложил сокамерникам немного подождать и следовать его тщательно разработанному плану. Впоследствии к ним присоединятся еще четверо сокамерников — , Валерий Королев, а также Николай Зиновьев и Валерий Уткин. План побега Перепелкин искренне считал, что его план идеален - на случай форс-мажора мужчина продумал запасной вариант. Ключ от двери, ведущей на смотровую вышку, арестант планировал отобрать у конвоира, который должен был их в тот день вести на прогулку. "Побег, что планировали эти заключенные, в то время был в тренде. Именно в "Крестах" примерно в то же время следователь генпрокуратуры, влюбившись в обвиняемого, принесла ему пистолет, чтобы он сбежал", - вспомнил Багатурия. На случай, если бы не удалось "по-тихому" заполучить ключи, группа беглецов планировала взять в заложники кого-то из сотрудников колонии. Так, по мнению Перепелкина, они смогли бы договориться с администрацией "Крестов" и вырваться на свободу. "Рассчитывать на то, что их с заложниками просто отпустят, было опрометчиво. Несмотря на то, что 1992 год — это большой развал системы и разгул коррупции, некоторые правоохранители оставались добропорядочными", - сказал бывший следователь. Примечательно, что против захвата заложников сперва выступал Шапранов, боясь в случае неудачи получить большой срок. Перепелкину удалось его переубедить. Один из планировавших побег Валерий Королев смастерил веревочную лестницу из простыней и духовое ружье, с помощью которого измерил расстояние от прогулочного дворика до стены тюрьмы с колючей проволокой. Также он убедился, что она обесточена. "То, как они проверяли, находится ли колючая проволока под напряжением, говорит об оригинальности их мышления и желании просчитать все варианты. Но, опять же, проволока это достаточно коварная вещь, в которой можно легко запутаться и серьезно порезаться - об этом они не подумали", - отметил Багатурия. Согласно плану, заложников должен был взять квартирный вор Никита Федоров. К середине января 1992 года два главаря группы беглецов, Шапранов и Перепелкин, изготовили из обувных супинаторов заточки. Из хлебного мякиша сделали муляжи гранат и покрасили их в зеленый цвет. При этом однажды подельники чуть не попались - в их камере решили провести проверку. Все изготовленные приспособления участники спрятали под одеждой. Побег пошел не по плану Группа условилась сбежать из "Крестов" 23 февраля 1992 года - в этот день сотрудница СИЗО Валентина Авакумова планировала устроить небольшое застолье в честь дня рождения в корпусной комнате для контролеров. Операция началась в 10.30, когда всех семерых участников побега вывели на прогулку. Замыкающими были Федоров, прятавший заточку, и Уткин с муляжом гранаты - они должны были запугать идущего за ними сотрудника с собакой. Однако на лестнице кинолог, пока они спускались, ушел в служебную комнату. Удачей оказалось и то, что на смотровой вышке не было охранника. Заметив это, Королев дал сигнал остальным, что пора начинать. Как только арестанты подошли к прогулочному дворику, они напали на конвоира — мужчину ударили, забрали ключи и заперли. После этого они побежали к двери вышки, чтобы затем выйти на крышу и, перебравшись через стену, скрыться в городе. Но тогда беглецы еще не знали, что кроме внешнего замка существует и внутренний, который запирается изнутри надзирателем. Ключи, которые добыли арестанты, к этому замку не подходили. Сотрудник на вышке их заметил, заблокировал им дальнейший путь и сообщил о попытке побега в оперативную часть СИЗО. "Из-за ерунды побег не получился. Ключи сотрудник по случайности унес с собой после смены, за что ему потом вынесли служебное несоответствие. Это все есть в материалах дела. Если бы не забрал ключи домой, они были бы у нас, все получилось бы. Но, повторюсь, это был чистый побег, никто не собирался никого захватывать", - рассказывал впоследствии Перепелкин. Спустя несколько минут после того как была объявлена тревога и вызвано спецподразделение для захвата, вооруженная охрана уже подбегала к зданию корпуса. Арестанты приступили к "плану Б" и взяли в заложники находящихся в корпусной на втором этаже сотрудников "Крестов": Александра Яремского и Валентину Авакумову. Шапранов и Зеленов их связали. Уткин и Королев вышли в тюремный двор, а, заметив спецназовцев, попытались остановить их. Беглецы пригрозили взорвать гранату, но напугать силовиков не удалось. Тогда арестанты спрятались за массивной дверью служебного помещения. Преступники потребовали связаться с администрацией тюрьмы, чтобы сообщить руководству свои условия, которые необходимо было выполнить к 13.30 - тогда заложников пообещали оставить в живых. Перепелкин с сообщниками просили оружие, машину до аэропорта и самолет для вылета за границу. Штурм СИЗО В это время Перепелкин скрывался в глубине корпуса вместе с Яремским, от его лица говорил Федоров, который вместе с Авакумовой находился напротив окна. Переговоры с начальником регионального управления исправительно-трудовых учреждений полковником вел Шапранов, отмечая, что терять им всем нечего. Во дворе корпуса организовали штаб. Беглецам предложили вернуться в камеру, пообещав, что никакого наказания за случившееся не последует, но они отказались. Руководство МВД требовало начать штурм, а члены штаба хотели добиться психологического перелома преступников. Но этого так и не произошло, потому что арестанты нашли в служебной комнате бутылку коньяка. "К моменту, когда были захвачены заложники, сотрудники привезли в колонию мать одного из заключенных, девушку другого арестанта и криминального авторитета, чтобы они убедили их сдаться - это говорит о том, что готовился штурм, а сотрудники колонии просто тянули время", - пояснил бывший следователь. Когда сотрудники спецподразделения попытались установить лестницу к окну корпусной, Федоров выглянул в окно вместе с Авакумовой и велел отойти назад. Спустя несколько часов переговоров поступил сигнал из - высшее руководство потребовало провести штурм. Снайпер сперва должен был ликвидировать Федорова, а затем всех, кто окажется в прямой зоне видимости. В это же время первая группа спецназа планировала сбить кувалдой замок на двери корпусной, а вторая должна была пройти через окно на лестничной клетке. Живым приказали брать только Перепелкина. Однако штурм осложнялся тем, что другие заключенные стали кричать и подавать знаки преступникам о перемещении силовиков. Чтобы заглушить их, к корпусу подогнали пожарную машину с мощным двигателем. Беглецы потребовали ее убрать и для убедительности Перепелкин, высунув в окно Яремского, поранил его заточкой и заставил повторить требования бандитов. В 14.12, несмотря на критические обстоятельства, снайпер выстрелил в окно, а следом обе группы захвата ворвались в корпус. Решетка на окне со стороны лестничного пролета не поддавалась, а дверь выбить с первого раза не удалось. Лишь через десять минут группам захвата удалось проникнуть внутрь, и бандиты были обезврежены. "У беглецов все пошло не по плану, как только они решили взять заложников. Любая территория СИЗО - это структурированные сектора, там нельзя просто взять и прорвать блокаду. Это своего рода лабиринт. Есть шлюзы для перехода в разные зоны изолятора, которых обычно три - от входа в изолятор до прохода на внутреннюю территорию и даже между корпусами. То есть, по сути, любое СИЗО - крепость", - подчеркнул Багатурия. Были ликвидированы трое бандитов — Шапранов, Зеленов и Федоров. Заложнице Авакумовой удалось спастись, а вот Яремский скончался от более 20 ранений в области сердца, нанесенных Перепелкиным. У него остались двое сыновей и дочь, старшему из них на тот момент исполнилось семь лет. "Конечно, очень тяжело вспоминать эти моменты: как он погиб, как потом начальник следственного изолятора приехал домой и вот эту черную весть принес, а маленький ребенок подбежал к нему и говорит: "А где мой папа?" - делился сотрудник СИЗО N1 "Кресты" в 1984-2013 годах Леонид Булыгин. "Затея была абсолютно авантюрной и безрассудной" Суд над участниками побега состоялся в 1995 году. Королев был приговорен к 15 годам лишения свободы, Зиновьев - к 13, Уткин - к 6. Перепелкину назначили высшую меру наказания - смертную казнь, которую впоследствии заменили на пожизненное в колонии особого режима ИК-1 "Мордовская зона". По сообщениям СМИ, зачинщик скончался спустя несколько лет заключения. После этого система безопасности в "Крестах" была серьезно усилена. В коридорах появились дополнительные решетки с электрическими замками, позволяющие отсечь беглецов и бунтарей от выходов и от служебных помещений. Были установлены системы видеонаблюдения, а также усилены конвои, сопровождающие арестантов во время прогулок. "Вся эта затея была абсолютно авантюрной и безрассудной. Даже несмотря на то, что шел 1992 год, а меры безопасности в СИЗО существенно отличались в худшую сторону. Во время перестройки и после развала СССР очень было популярно захватывать заложников и требовать куда-то вылетать за рубеж. При этом большинство из этих захватов заложников заканчивались выдачей преступников. Они прилетали, например, в , и злоумышленников возвращали обратно", - заключил Багатурия.

Экс-следователь прокуратуры объяснил, в чем была ошибка беглецов из "Крестов"
© Газета.Ru
Газета.Ru: главные новости