Что за образование без науки в университете?

Что за образованиебез науки в университете? Разговор с новым ректором УдГУ. 64c2cb; " data-animationappear="off" data-record-type="449" data-bg-color="008e9b; " data-record-type="165" data-bg-color="ffffff; " data-record-type="127" data-bg-color="rec2290975781 .t119__preface{opacity:1;}

222 !important;}222 !important;}

— То есть это желание, а не необходимость?— Даже по-другому. Здесь я очень благодарна главе Удмуртии Александру Бречалову. Начиная со школы, у меня была одна мысль, что я должна уехать из региона. Окончу школу, поеду учиться в другой город. Там были разные обстоятельства, не поехала.Окончила вуз. У меня была хорошая работа, интересная задача, но и была мысль: «Как только что-то не будет получаться, надо будет сорваться и ехать жить в другой город». А когда Александр Владимирович пришёл в наш регион, он действительно сделал такую политику под лозунгом «влюбиться в Удмуртию». Я свой регион стала, честно, рассматривать совершенно по-другому.Потом стала появляться насмотренность, стала больше ездить, стала сравнивать. Мне действительно хочется жить здесь. Я не хочу, чтобы здесь у меня возникали мотивы, такие как: «мне здесь некомфортно, я не могу здесь реализоваться профессионально, поэтому мне надо ехать, у меня здесь низкий доход, поэтому мне надо уезжать. У меня здесь у детей нет будущего, мне надо уезжать».Мне как раз кажется, что университет — это очень важный инструмент образования, который может менять. Только я понимаю, что это долго. Но я очень хочу, чтобы мои дети учились в Удмуртии. Здесь остались жить, работать. Я их не ограничиваю в выборе. Но я действительно хочу, чтобы здесь им было хорошо. Не потому, что здесь мама решает какие-то проблемы, а потому что они тоже видят здесь самореализацию.Образование очень важно для самореализации. Я тоже в это верю, что оно формирует гражданина, профессионала.И поэтому университет для меня — задача про это, а не про карьерный рост. f2f2f2; " data-record-type="127" data-bg-color="rec2290975801 .t119__preface{opacity:1;}

Если человек мне очень приятен в общении, но он не делает дело, меня это не трогает.

— Обычно же ждут, что сейчас придёт новый руководитель и уволит всех неугодных начальников.— На самом деле такие вопросы не решаются на уровне личностей. Университет — большая организация, это же система. Нужно понять, почему какой-то процесс идёт неправильно. Он идёт потому, что там человек, принимающий решение, принимал их неправильно. А может быть, там задачи были поставлены неправильно? А может, вообще всё выстроено так, как привыкли делать, и поэтому это всё идёт неправильно.У меня действительно большие компетенции в постройке бизнес-процессов, в описании бизнес-процессов. Мне сначала нужна процессная модель. А потом уже понимание, люди способны в этом процессе участвовать или не участвовать. А то, что все люди разные, они есть сложные, эмоциональные, ругающие, ленивые, не исполняющие. Ну, они все разные. У меня очень низкий уровень эмпатии как к добру, так и к злу. Оно меня не трогает. #rec2291703951 .t119__preface{opacity:1;}

Если человек мне очень приятен в общении, но он не делает дело, меня это не трогает.Изменения вносятся. Но очень осторожно, потому что есть ответственность. На картинке в бизнес-процессе это всё выглядит хорошо, но за каждым «зачеркнуть квадратик» люди же стоят. Поэтому взвешивать приходится.Очень важно, чтобы люди сами пришли к изменениям. Надо с ними разговаривать, объяснять, почему это нужно, как их жизнь изменится после этого. А ещё лучше, чтобы они предложили эти изменения. А это время, чтобы пришло осознание, что что-то надо поменять. Ты тратишь больше времени, чтобы инициатором изменений больше был не ты, а сам человек. #rec2291482881 .t119__preface{opacity:1;}

Мне кажется, любую проблемуможно изложить за три минуты.

— Если не у директоров институтов, а у простых сотрудников вуза есть такая идея, они могут напрямую к вам обратиться?— Да. Я очень открыта «ВКонтакте». Второй способ — по четвергам у меня всегда приёмный день с 13:00 и до вечера. Я принимаю любых посетителей: граждан, родителей, студентов, компании. Можно записаться через помощника. А в пятницу я принимаю сотрудников, тоже любых, хоть лаборант может прийти.Единственный момент, запись идёт через помощницу, она всегда задаёт вопрос, по какому поводу встреча? Потому что на приём у меня 15 минут.Мне кажется, любую проблему можно изложить за три минуты. И у меня есть двенадцать, чтобы ответить: либо эту задачу могу решить не я, а кто-то из проректоров. Если там действительно требуется моё решение, я за эти 12 минут могу высказать.Это тоже обучение такому совместному языку. У нас тут норма: люди хотят прийти исповедаться. К сожалению, нас очень много. Мне действительно хочется с каждым поговорить, но тогда у меня тут жизни не хватит. И будет ощущение, что я не могу оказать влияние.И поэтому у меня есть просьба описать ситуацию, в чём проблема и где нужна область моего решения. У меня сейчас есть только возможность принимать людей, если надо что-то решить.А момента понять, успокоить — я с себя ответственность не снимаю, но это моя работа с руководителями. Я им пытаюсь объяснять, что я делаю. Они должны так же учиться относиться к своим сотрудникам.Думаю, есть определённая сложность, когда подчинённые в отделе этого не чувствуют. #rec2291458941 .t119__preface{opacity:1;}

«Быть лишним»

— То есть мы не можем сказать, что завтра вы уволите ректорат или директоров институтов?— Точно нет, людям нужно давать шансы.Кроме упомянутых дней приёма, я ещё раз в две недели провожу открытые встречи для преподавателей на полтора часа. Любые сотрудники могут приходить на них. Публично это называется «Диалог без рецептов».Действует единственное правило. Моё выступление обычно занимает минут 30. Можно задавать любые вопросы, но по теме разговора. Сопротивление изменениям уже обсуждали, и исследовательскую повестку, что такое современный лидер, и какие сейчас бывают университеты, как правильно выстраивать коммуникацию внутри коллектива.Планирую, что подобные лекции будут со следующего учебного года и со студентами в ежемесячном формате.Что я хочу донести до коллег? Мне очень важно, чтобы особенно руководители заняли субъектную позицию. И приняли свою субъектность.Она означает, что руководитель — это тот, кто чувствует, что он имеет право принимать решение, он принимает решение и несёт ответственность. Если решение было неправильным, можно признать, что человек был не прав, и мы можем на этой базе расстаться.Эта субъектность мне очень важна, иначе мы не будем двигаться дальше. Если я буду все вопросы решать, получая служебную записку характера «можно выйти в эту дверь, а можно взять вот этот кабинет», мы далеко так не уедем.Руководители должны руководить, начиная с заведующего кафедрой, у него своя субъектность. У директора института своя субъектность. Моя позиция такова, что я не вмешиваюсь. Есть установки по кафедральному устройству, по их количеству, чем они должны заниматься.Но как это должно быть устроено, перестроено — это задача их руководителя. Он их лучше знает, он должен с ними найти общий язык. То есть фраза «Идите, скажите, что вы так сказали» — я не пойду в тот коллектив. Ты субъектен или не субъектен? Если ты со мной не согласен, что нужно сделать так, так ты отстаивай свою позицию, объясняй, в чём я не права, что твоя модель действия института лучше.Мне как доктору экономических наук важны таблицы и цифры. Если тренды по цифрам идут вниз, это означает, что та модель, которая есть, она ведь не работает. Возможно, тот вариант модели, который я предлагаю, неправильный. Пока не попробуешь, не поймёшь. Гипотеза пока не апробировалась.Ты с ней не согласен. Предложи другую модель. А фраза «Должно остаться так, как было» — ты уже третий год видишь, что вот оно вниз идёт. Значит и на четвёртый год пойдёт вниз. Эта субъектность мне очень важна.Мне кажется, нужно на своём примере показывать. Важнее менять корпоративную культуру, отношение к своему труду, к руководству. Каждый должен задать себе вопрос: «Я какой руководитель?».А про «махание саблей» и про уволить — люди в этих ролях когда-то были, вот им предлагается новая роль. Пускай попробуют. Им на это надо дать время. Возможно, кто-то сам решит, что он не может это делать.Следующий вопрос, не менее важный — а кто эти другие? #rec2291211681 .t119__preface{opacity:1;}