Алексей: Сдержал слово - отвел сына в первый класс

"Спасибо защитнику нашей Родины!" - возле Чесменской церкви (Рождества св. Иоанна Предтечи) в Санкт-Петербурге к Алексею Упенику подбегает мужчина. Они не знакомы - просто Юрий Бакулин увидел человека в военной форме и с боевыми наградами. Вместе с женой Ириной и четырьмя детьми мужчина присутствовал на воскресной службе в храме, а теперь просит ветерана пожать руки Алексею, Юлии, Михаилу и даже маленькой Маше. Юрий говорит, что своих детей воспитывает как будущих защитников. А Алексей Упеник смотрит на воинское кладбище, расположенное позади храма. Здесь хоронили ветеранов Суворовских походов, Отечественной войны 1812 года, Русско-турецкой, а потом и Великой Отечественной войны. Но Алексей обещал сыну, что вернется с СВО и отведет его в первый класс. А слово настоящего мужчины крепче стали.

"Там нельзя мух считать"

Становление его характера пришлось на 1990-е годы, когда в одночасье можно было стать властелином жизни или потерять все. Алексей к тому моменту получил профессию судового электрика морского флота и удостоверение водолаза-глубоководника. Однако поработать по специальности не получилось: Балтийское морское пароходство находилось в серьезном упадке, корабли и суда сдавали, как говорили тогда, "на иголки".

Упеник попробовал себя в бизнесе, а затем "пошел по силовой линии": долгое время работал в системе безопасности, был даже личным телохранителем. А перед самым уходом СВО руководил группой быстрого реагирования, был старшим экипажа.

Так что с какой стороны браться за оружие, Алексей представлял себе неплохо. Кстати, после прибытия на СВО его особенно поразило, что на защиту Донбасса встали даже те, кто о подобных навыках и в книжках не читал.

- Для меня было шоком, что некоторые совершили поступок, подписали контракт, приехали. Но у них не было понимания оружия, сектора обстрела, других военных нюансов и тонкостей. А от этих тонкостей зависит жизнь не только твоя, но и твоих боевых товарищей, коллег, которые рядом. Там нельзя, как на гражданке, покурить, отвлечься, мух посчитать. Многие не совсем понимали, куда они приехали и зачем, - вспоминает боец.

Кстати, в зону СВО Алексей Упеник отправился только через год после того, как на Донбассе полыхнуло. Говорит, что сначала был убежден, что все скоро закончится и без его помощи. Но когда стало окончательно понятно, что быстро ситуация не разрешится, просто купил билет и через пять дней улетел в Чечню на базу "Ахмата", прошел спецподготовку. А дальше Ростов-на-Дону - КАМАЗы - Луганск. И началась служба.

Первое впечатление после прибытия - непонимание, как люди могут относиться так к людям, к своим же братьям, вспоминает герой.

- Люди убивают людей - ради чего? Я увидел разрушенные города, деревни, от которых мало что осталось, - рассказывает Алексей. - Мы же смотрели фильмы про Великую Отечественную, а там то же самое: деревни, от которых остались только печные трубы, где-то погреба, где-то частично заборы, где-то просто фундамент. А ведь раньше жили люди, у них было свое счастье, дети, впечатления, привязанность к родной земле. Видеть это было очень грустно и больно.

Самое большой сожаление Алексея - в том, что не получилось, как с Крымом: чтобы зашли "вежливые люди", и все разрешилось мирным путем. Вину за это он возлагает на страны, выступавшие гарантами мирных соглашений и предавшие доверие обеих сторон - и России, и Украины.

"А мы смотрели в небо"

"В окопах атеистов не бывает". Эту фразу приписывают разным авторам, в том числе иностранным священнослужителям, но большинство экспертов сходятся во мнении, что родилась она в годы Второй Мировой войны. Алексей Упеник признается, что все время, проведенное на СВО, носил в военном билеты икону Николая Угодника - перед отправлением из Чечни православный батюшка отслужил молебен и раздал образки всем желающим. Она и сейчас лежит у сердца.

Сам он признается, что крещеный и верующий, но внешней, обрядовой стороне православия уделяет мало внимания. А вот бойцы его подразделения на СВО по большой части были мусульманами, где религиозные предписания соблюдаются строго. Поэтому православные воины охраняли своих братьев иной веры, пока те совершали намаз.

- Во время войны можно делать короткий намаз, пятиминутку - но это все равно обязательно, - рассказывает Алексей. - А мы в это время смотрели в небо, чтобы никакая "птичка" не прилетела, снайпер не поработал, диверсионная группа не подошла, чтобы ребята спокойно помолились.

… В Чесменском храме, заложенном в 1777 году в честь победы русского флота над турецким в Чесменской бухте, Алексей Упеник поставил свечку у иконы Георгия Победоносца - покровителя воинов и заступника России. "Мы ехали не убивать - мы ехали освобождать мирных граждан, помогать им", - говорит боец. Но пережитое "за ленточкой" не отпускает.

Не отпускает еще и потому, что "на гражданке" Алексею пришлось столкнуться и с бюрократией, и с равнодушием чиновников, и с тем, что жизнь здесь - совершенно другая.

- Люди улыбаются, но при первой же возможности тебя обсудят и осудят. Честности очень мало, слишком много наигранного, - поясняет ветеран. - А там зародилось такое братство, которого здесь, в гражданской жизни, почти не бывает: ты как открытая книга. Частичка моей души до сих пор там, с ребятами. Я за них, конечно, молюсь. Но понимаю, что без потерь не будет.

Для Алексея Упеника СВО закончилась после одного из артналетов, когда снаряд попал в ближайший блиндаж и героя засыпало бревнами. Оказалось, поврежден позвоночник. Но как боевую травму на месте это не оформили, а медики посоветовали добираться своим ходом в Петербург, ведь в прифронтовой полосе госпиталя переполнены. Совет оказался плохим: для получения медпомощи по военной линии необходима целая куча документов, которых у Упеника не было.

По всем фронтам

Преодолеть бюрократические препоны Алексею Упенику помогли в Фонде "Защитники Отечества". Как рассказывает социальный координатор петербургского филиала Фонда Мария Луканина, заниматься пришлось буквально всеми проблемами - от получения удостоверения ветерана боевых действий до оказания психологической помощи.

- Мы оказывали помощь в истребовании личного дела, установлении всех выплат, получении удостоверения ветерана боевых действий, оказании психологической помощи и юридического сопровождения, - перечисляет социальный координатор.

Лечиться приходится по ОМС, лекарства Алексей покупает по большей части на свои деньги - так быстрее и проще. Но если возникают какие-то трудности - например, невозможно попасть к определенному врачу, то ставит в известность координатора Фонда "Защитники Отечества". Проходит какой-то небольшой период времени, ему отзваниваются или отписываются: "Алексей Алексеевич, с вами выйдут на связь в ближайшее время и скажут о дальнейших действиях".

Пока Упеник серьезно занимается своим здоровьем, только осенью 2025 года перенес две операции. Но параллельно Фонд "Защитники Отечества" подбирает ему варианты дальнейшего трудоустройства. Ветеран рассматривает возможность устроиться водителем большегрузного автомобиля, потому что квартира у него в ипотеке и кредит необходимо выплачивать.

Помощь Фонда Алексей оценивает очень высоко. Считает, что и сам мог бы там работать: "Правильные слова бы я им говорил. Для каждого свои". И никогда не отказывается, если предлагают принять участие в патриотических мероприятиях или уроках мужества для молодежи. 23 февраля, например, принимал парад у учащихся младших классов одной из петербургских школ и лучшим вручил настоящие военные береты и шевроны - не кому-то одному, а всему классу или группе: "Смотрите на этот берет и помните, что есть люди, на которых нужно равняться".

- Патриотизм нужно воспитывать, - уверен ветеран. - Мое счастливое детство начиналось в Советском Союзе, я был пионером. И сегодня нужно больше патриотических кружков, бесплатных секций, где чему-то учат. Молодежь в телефонах залипает, потому что не знает другого способа провести время.