Войти в почту

"За ошибки можно поплатиться жизнью". О работе военных художников в горячих точках

Монументы "Родина-мать зовет!" в и "Воин-освободитель" в берлинском Трептов-парке, картина "Победа" Петра Кривоногова, монументальное полотно "Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет", ставшие символами Великой Отечественной агитплакаты "Отстоим !" и Виктора Климашина и "Дойдем до Берлина!" Леонида Голованова — это лишь малая часть произведений художников студии, принесших ей мировую известность.

"За ошибки можно поплатиться жизнью". О работе военных художников в горячих точках
© ТАСС

"Студия — творческое объединение военных художников, задуманное Митрофаном Борисовичем Грековым и созданное по приказу Наркома обороны СССР после смерти художника. Служившие в нем одаренные красноармейцы освещали жизнь армии изнутри", — рассказывает художник. Сегодня студия, основанная 29 ноября 1934 года, также является творческой организацией . Ее полное наименование звучит так: Ордена Трудового Красного Знамени и ордена Красной Звезды студия военных художников имени М.Б. Грекова. В ее стенах работают более 30 мастеров живописи, графики и скульптуры — одни из лучших в стране.

Попасть в ряды грековцев — означает пройти строгий конкурс. Отбирают среди тех художников, кто уже получил профильное высшее образование. Как правило, это Суриковский институт, академия Глазунова или академия Андрияки. Из подавших заявки художественно-экспертный совет выделяет лучших — им и предоставляется возможность работать в студии.

"Художников сначала принимают на испытательный срок, и если они соответствуют тому уровню и ритму работы, который здесь должен каждый поддерживать, то тогда они становятся художниками студии", — поясняет Смирнов. Сам он выпускник Суриковки, грековец с 2015 года.

Одно из главных требований к работам студийцев — абсолютная точность и правдивость с военной точки зрения, так как первыми их будут оценивать именно профессионалы в этой области.

"Тем и интересна работа в студии, что заказ тебе могут дать любой и ты должен отлично разбираться, можно сказать, во всем: и в самолетах, и в картографии, и в танках, и в подлодках. Когда у БТРа, скажем, не восемь колес, то возникнут вопросы. Ты все время должен учиться сам. Нужно разбираться в любых темах, потому как они должны быть решены и с точки зрения художественной, и с точки зрения армейской. На помощь приходят консультанты в войсках, есть консультанты по истории, реконструкторы, и мы постоянно тесно общаемся", — отмечает художник.

В первую очередь военный, а потом — художник

Присутствие на учениях, командировки в горячие точки — неотъемлемая часть творческого процесса и профессионального становления военных художников, именно таким его в свое время определил и сам Митрофан Греков.

"Всю Великую Отечественную войну художники рядом с солдатами прошли от Москвы и до самого Берлина. И, соответственно, каждый следующий конфликт студийцы были в первых рядах, для нас это абсолютно естественное поведение. И, ко всему прочему, это наша профессиональная обязанность, мы собираем материал для работы", — говорит .

СВО не стала исключением. "Мое мнение и мнение, наверное, всех моих коллег, что военный художник не может быть баталистом, не видя войны, не видя войск, — считает он. — Поэтому и я, и мои коллеги с первого дня спецоперации сразу сказали: "Мы поедем".

В зоне СВО Егор Смирнов и его коллеги бывали неоднократно. "За ленточку" отправляются в основном молодые художники, так как это требует прежде всего физической выносливости. "И бронежилет нелегкий, и с собой тащишь свои вещи. Поэтому в основном в такие серьезные командировки ездит все-таки молодежь. Мы стараемся беречь наше старшее поколение, — добавляет он. — Но вообще военный художник, он в первую очередь военный, а потом — художник. Поэтому мы подготовлены и вполне осознаем ответственность, риски и наши задачи. И инструктаж, само собой, проводится".

"Конечно, тяжело, — говорит Смирнов о работе на передовой. — Ты рискуешь и своей жизнью, и если делаешь что-то не так, то рискуешь еще и жизнями тех, кто вокруг тебя. Ты должен отчетливо осознавать, что можно делать, а что нельзя. Ты жизнью можешь поплатиться за свои ошибки. Но нам немного проще ввиду того, что опять же многие из нас ездят по учениям, мы хотя бы понимаем, что там происходит". Сам он не раз попадал под обстрелы. "Но повезло, обошлось без ранений", — добавляет Смирнов.

Сбор материала для картины в условиях военных действий требует от художника быть максимально мобильным, поэтому вместо холста и этюдника в рюкзаке только небольшой планшет, бумага и карандаш. "И глаза. Ты должен видеть максимально все", — говорит художник. Непосредственно на месте делаются зарисовки, а по приезде в мастерскую создается большая работа.

"В искусстве всегда есть некая условность — тем оно и хорошо, что оно обобщенное. Но работа художника — это всегда пропускание событий через себя. Художник всегда делает отбор в своей работе: что-то добавляешь, что-то лишнее, случайное отбрасываешь. Любая картина — это результат отбора и своего рода квинтэссенция того, что ты хочешь сказать", — рассуждает Смирнов.

"Пока наши там, и студийцы там"

Сюжеты для картин, по его словам, искать не приходится — они находят художника сами. "Бывает, темы просто из воздуха появляются. У меня была работа — "На лисичанском блокпосту", она же абсолютно случайна. Мы ехали с передовой. Раннее утро промозглое, грусть жуткая, холод, все вокруг серое-серое. Мы приближаемся к этому блокпосту, ребята увидели машину, поняли — свои. Мы подъезжаем, а они смеются в голос. Это настолько странно было и как-то противоположно, что ли, тому, что ты себе представляешь. Вроде ты должен быть весь такой суровый, а все равно человек — он и на фронте человек. Я выбежал, и хорошо, что успел зарисовать ребят, сфотографировать. Собрал материал на эту картину. Главное — это то, что ты запоминаешь. Потому что ты никогда не передашь с фотографией ощущение от того, что ты видел, оно должно в голове сложиться. И такого много", — рассказывает Смирнов.

Военные, изображенные на его картине, запечатлены не аллегорически, это именно портреты конкретных людей, которые ему повстречались. "Я думаю, они себя вполне узнают", — с улыбкой отмечает он.

В этой же работе художник изобразил трофейную броню, которую российские военные приспособили для дополнительной защиты блокпоста. "Это дверь от украинского бронеавтомобиля "Казак", который пытался прорваться, но был остановлен недалеко от этого блокпоста. Любая броня на фронте полезна, поэтому ребята решили укрепить свой блокпост этой дверью. Саму машину сильно побило, и использовать ее как транспортное средство было невозможно, поэтому поснимали броню, какую возможно было, и защитились дополнительно, — объясняет он. — То есть все идет в ход. Смекалка солдата, она гениальная, порой такие штуки придумывают из ничего. И здесь как раз живой пример".

В память чаще врезаются не столько ситуации, сколько люди, продолжает он. "На передовой люди максимально между собой честные. Сидя в одном окопе, ты всегда будешь с соседом абсолютно честен. Запоминается мужество этих ребят, которые, сидя в, мягко говоря, не самых удобных для обычного гражданского человека условиях, умудряются сохранять и жизнелюбие, и человечность", — подмечает Смирнов. Есть и простые житейские моменты: "На передовой наблюдал много раз, что животные, коты особенно (их бросают, когда народ уходит), прибиваются к нашим ребятам, те их подкармливают. Кот был, весь такой замученный, но так забавно было наблюдать, как он с нашими спит, с нашими ест, они ему позывной дают".

У самих же военных, когда к ним на фронт приезжают художники, как правило, один из первых вопросов к тем — зачем? "Но когда они понимают, для чего, и видят, что ты в принципе знаешь, что делать и как, не создаешь им проблем и не являешься обузой, то отношение очень быстро меняется, — говорит Смирнов. — Солдат-то с оружием, а я — с карандашом. Они это видят, проникаются. Потом уже с радостью и позируют, и по возможности помогают всем, чем могут. Поэтому к нам отношение в войсках, как правило, очень радушное".

При первой же возможности художник намерен вновь поехать в зону боевых действий. "Потому как там жизнь, то, ради чего, собственно, мы и работаем. Пока наши там, и студийцы там", — добавляет он.

В планах у него — перенести на холст еще один сюжет, "задевший за живое": под лисичанским НПЗ шли жесткие бои, российские войска отодвинули противника, и при отходе вражеская сторона расстреляла доски с именами погибших в Великую Отечественную войну. "То есть они специально разбили все доски. Зачем? Для чего? На мой взгляд, это зверство. Ты не можешь с живыми бороться, и ты начинаешь уже мертвых… Это и твои же . Зачем их-то? Никто не понял из тех ребят, с кем мы там были", — говорит он.

Честность к себе

В гражданских условиях художники тоже не простаивают. "Занятость всегда очень сильная", — отмечает Смирнов. Один из недавних масштабных проектов, в которых были задействованы мастера студии, — реставрация знаменитой панорамы "Разгром немецко-фашистских войск" в волгоградском музее-заповеднике "Сталинградская битва" — также творение грековцев (работы по ее созданию продолжались почти четверть века — с 1958 по 1982 год). Панорамы и диорамы — это то, что студия делала едва ли не с самого начала своего существования и на чем в том числе специализируется до сих пор. "Нам как художникам было интересно работать с произведением предыдущих поколений. Ты смотришь и подсматриваешь какие-то ходы, приемы, как решали коллеги, которых мы не застали, старшие наши товарищи. Получается, ты как будто через время можешь соприкоснуться с ними", — рассказывает он.

На вопрос, что значит быть грековцем, Смирнов отвечает так: "Как таковых заветов, наверное, нет, но, я думаю, любой студиец — как минимум честный к себе и в своем искусстве. И должен быть просто работягой. Тут очень много труда. Искусство — это очень тяжелая работа — и физически, и умственно. Поэтому — всегда учиться и быть честным. Как-то так".

Современные картины, карикатуры и агитплакаты, созданные художниками студии Грекова, в августе — сентябре были представлены на палубе большого десантного корабля "Иван Грен", где также демонстрировались военные трофеи, добытые в ходе СВО. Корабль побывал в , , , и . Также работы грековцев, в том числе произведения прошлых лет, на постоянной основе размещены в художественной галерее студии в парке "Патриот" в Подмосковье.

Александра Подервянская