В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Игры

Стремительное падение Бережной Дубровы

Бережная Дуброва — село из пяти деревень на левом берегу реки Онеги — до 1950-х годов райцентр Приозерного района . Здесь было сельскохозяйственное ФЗУ, средняя школа и колхоз. В центральной деревне проживало около 500 человек. В 1950-х районы укрупнили, и центр перенесли в село Конево — на правый берег Онеги. Реформа районного масштаба привела к стремительному падению Бережной Дубровы. ФЗУ закрыли, вскоре закрыли и школу. Деградация привела к тому, что сейчас в селе живет одна семья — 65-летняя Мария Семеновна и ее 62-летний муж.

Стремительное падение Бережной Дубровы
Фото: ИА RegnumИА Regnum

Дороги, магазина, дров и зубов нет

Видео дня

Мария Тюрикова считает причиной бегства людей ряд проблем. Первая — плохая дорога. Зимой она прекрасна, прямые участки, где можно гнать по 90 км/ч, тянутся по нескольку километров. Но когда-то качественно отсыпанную 16-километровую гравийку догрейдировали до того, что дорожное полотно оказалось ниже окружающих полей. Весной и осенью все течет на дорогу, и она становится непролазной для легковых машин.

Отсюда следующая проблема — автомагазин в Дуброву ради двух пенсионеров по такой дороге не ездит. Пенсионерам приходится идти самим — зимой 16 км на лыжах, весной и осенью проблема.

У Тюриковых свои овощи с огорода. Рыбу они не ловят, домашний скот не держат. Держали, пока это занятие не стало намного дороже покупного мяса и утомительнее. «Устали от животных, теперь только кошечки-собачки — говорит Мария Семеновна, да и жевать, признается, нечем: — Стоматология очень дорогая, ходим без зубов».

Один зубной протез по расценкам архангельских клиник стоит 27 тысяч рублей, да другой столько же, и в набор бесплатных услуг ФОМС они не входят. Да ехать в с проживанием обойдется еще тысяч в 15 20. Пенсия у Марии Семеновны 15 тысяч. По словам председателя комитета по здравоохранению и социальным вопросам Архангельского областного собрания депутатов Сергея Эммануилова, бюджет не сможет компенсировать затраты на такие операции — «не потянет», а раздела «Стоматология» в нацпроекте «Здоровье» нет.

Совсем смешно, да не до смеха, с дровами. В лесном краю пенсионеры не знают, где их взять. «Районные начальники отвели нам делянку в 34 километрах, на другом берегу Онеги — говорит Мария Семеновна — где заготавливают лес предприниматели. Чтобы его вывезти, надо отдать половину. Стали рубить сорный ольшаник, а он пару лет назад вдруг стал «деловой древесиной». Пошли к председателю колхоза, земли якобы его, он говорит: «Рубите». Я ему: «Дай бумагу, в суд потащат». Не дал В этом году не знаем, где взять дрова».

Мучения пенсионеров чуть не закончились переездом в Конево, но поселковый совет подобрал им такое жилье, что Мария Тюрикова плюнула на затею и осталась в Дуброве.

Странная реставрация

Огромную Рождественскую церковь 1678 года местные берегут — те, что здесь круглый год, и те, кто приезжает на лето. Обкашивают траву, пару раз гасили травяной пал и подбирающийся к храму пожар на кладбище. Без дачников все бы давно сгорело. Летом даже благотворители появлялись, говорит Мария Семеновна, но толку пока не наблюдается. А церковь уникальна десятью главками — нигде такой нет. Про реставрацию последняя жительница говорить не хочет — «новодел», лучшее, что звучит о реставраторах.

Реставрация действительно странная. Проект лет восемь назад делал архитектор-реставратор «Спецпроектреставрации» , на приделе запроектировал две главки вместо пяти, упоминаемых в документах. «Плотницкая школа» Геннадия Петряшова разобрала придел, на фундамент использовала вместо бетона пенобетон и с объекта ушла. Фундамент оставила хлипкий. На следующем конкурсе победил «Модуль» Алексея Сулицына, завершивший странную реставрацию. Как говорит А. Сулицын, есть проект на реставрацию и Рождественской церкви, но при передаче документации из в его Северо-Западную дирекцию он утрачен. Да и заявку на реставрацию Минкульт РФ не примет — у церкви нет пользователя. Плесецкая районная администрация отказались принять храм из-за его состояния. И выделят ли 100 млн рублей на церковь в глухомани — вопрос риторический. Разобрать и отвезти церковь в Малые Корелы тоже не получится — встанет вопрос о 100 млн, и перевоз обойдется в большую цифру. Замкнутый круг.

Как «небеса» украли

Мария Семеновна: «Приезжает ли батюшка? Из Конева приезжал, пока реставраторы не появились, я даже покрестила сыновей. Сейчас почему-то не приезжает». У Марии Семеновны семеро детей!

Отреставрированный западный придел к Рождественской церкви светится новыми бревнами. А древняя церковь открыта врывающимся в выбитые окна и открытые двери ветрам. Несущие балки пола переломились, чудом сохранившиеся «небеса» пока на месте, кроме центрального элемента с ликом Вседержителя. «Украл паренек около 2000 года, приехал к бабушке на лето и украл. Иконостас разворовали в 1970-е, когда в церкви было зернохранилище. Приедут туристы, попросят показать иконы — и нет икон» — рассказывает Мария Семеновна.

Арсентьев за бегство, «держать оборону» или наступление?

Удивительно, но ни власти, ни Мария Тюрикова не повесили на церковные двери символ контроля — замок. Глава Плесецкого района Игорь Арсентьев пообещал позвонить главе поселения, чтобы замок повесила она. Игорь — молодой 35-летний руководитель, бывший координатор регионального . Бывший губернатор поставил его на район, после чего Игоря стали «мочить» новые руководители областного отделения ЛДПР, но при губернаторе Александре Цыбульском Арсентьев опять на хорошем счету, и конфликт затух. Арсентьев обещает «взять на контроль» «небеса» в церкви и думает передать их на временное музейное хранение в Кенозерский национальный парк. Директор парка Елена Шатковская считает, что все надо сделать законно, по просьбе местной власти — есть надежда, что остатки «небес» спасут.

«Страна советов»

«Страна советов» Россия превращается в страну «пиара», ценность советов растет. Рецептов по Бережной Дуброве несколько.

Эвакуировать Марию Семеновну с мужем, к чему склоняется Игорь Арсентьев, самое простое решение. Оно сэкономит небольшие будущие расходы — например, чистку трактором дороги зимой за 1500 рублей в час. Но вложения прошлых десятилетий безвозвратно погибнут. Веками крестьяне корчевали поля, в 16-километровую дорогу по нынешним ценам вложено около 250 млн рублей. Залитые потом и кровью плацдармы цивилизации, как это было в 1990-е, сдавать нельзя.

Перестанут ездить дачники, присмотра за церковью и домами не будет — сгорит храм от травяного пала или еще чего. А это уже потеря лица области, утрата духовных ценностей и демонстрация бессилия власти в части сохранения исторических традиций и православия. Не стоит это чистки дороги до Дубровы.

Правильно пригласить волонтерскую организацию московского священника «Общее Дело» сделать противоаварийку — перекрыть текущую крышу, закрыть окна и двери, заменить сломанные балки. Области не проблема помочь «Общему Делу» небольшим, миллионов на 5 (вместо 100 млн!!!), бюджетным противоаварийным контрактом, да и само «Дело» найдет благотворителей — как всегда.

В бытность руководителем архангельской областной инспекции по охране памятников истории и культуры шла речь о введении, по примеру других регионов, субсидий на содержание памятника как условие его взятия в пользование Церковью. Использовать субсидию можно на ремонт, а можно на сторожа — размер тысяч 60 в месяц. Рождественской церкви очень нужна такая субсидия!

О дороге позаботятся лесозаготовители, если им выделить лесной ресурс в ее конце. Например, делянку леса на дрова — для жителей левобережных деревень, которая сейчас далеко на правом берегу.

Для жителей левого берега Онеги и их родственников, приезжающих на лето, частную переправу надо делать бесплатной. Ее хозяева «подвинутся», понтон не основной их бизнес, люди занимаются лесом, и договориться, при желании, можно.

Будь Бережная Дуброва в Арктической зоне РФ, можно было бы поискать заявителей на арктический гектар, но не Арктика. Искать любителя природы из или Питера с деньгами нелегко, но нужно под максимальные льготы — электричество есть, место красивое, плоха дорога, но для внедорожника она не проблема.

На еще более высоком этаже власти, наверное, на президентском, надо вернуть людям зубы — включить в нацпроект «Здоровье» бесплатную стоматологию за счет государства и создать национальную индустрию здоровых зубов.

Идеи по отступлению людей из Бережной Дубровы — те же разговоры о «вахтовом методе» на Русском Севере, и это путь «в никуда». Вся Россия как Бережная Дуброва. Она по размерам и климату несравнима с любой страной мира. У нее особый путь — заданный имперским фундаментом, сложившимся из русских княжеств и языческих царств, и на чисто «рыночный проект» без неприемлемых потерь его не переделать.