В мире
Новости Москвы
Политика
Общество
Происшествия
Наука и техника
Шоу-бизнес
Армия
Статьи

Шнуров не собирается быть «негром с балалайкой»

Музыкант отказывается быть «негром с балалайкой» и исполнять песни на иностранном языке, выступая за рубежом. Об этом он заявил журналистам 22 июня, передает корреспондент ИА REGNUM. Как заметил певец, за границей группа «Ленинград» выступает часто, причём если в на концерты приходят выходцы из , то, например, в или — немцы и грузины.
При этом исполнять песни на любом языке, кроме русского, в отличие от некоторых своих коллег по сцене, Шнуров не пытается.
«Ближайший концерт в . Вы когда-нибудь слышали, чтобы кто-то из них пел на русском в России? Вот и я так не делаю. Я это вижу, как негр с балалайкой», — сказал Шнуров, добавив, что его основная задача — добиться, чтобы каждый зритель на концерте «почувствовал себя русским».
При этом он не стал открыто соглашаться с историком , который в одном из интервью назвал Сергея Шнурова истинным петербургским интеллигентом.
«Это его видение. Как явление ни назови, ты под одно определение его не уместишь. Кто-то меня считает быдлом, кто-то интеллигентом, где-то между этих понятий я и метаюсь», — заметил музыкант.
Шнуров также не собирается патентовать выражение «В Питере — пить», которое в различных вариациях стало массово использоваться в петербургском маркетинге после успеха композиции «Ленинграда».
"Нет, у меня была задача сложнее и объёмней. Победить вот это «Питер» значит «терпеть», «Пи-терпи-терпи», город слез, скорби, серой погоды и дождя. Я хотел как-то разрушить эту идиому, придумал свою и её разрушил. А делать из этого бренд глупо. «В Питере — пить» — это общее», — считает Шнуров.
Добавим, писатель вместе с Сергеем Шнуровым представили книгу «Ленинград. Невероятная и правдивая история», посвящённую истории группы и её существованию на протяжении двадцати лет.
Семеляк назвал книгу и переизданием той биографии, что вышла десять лет назад, и одновременно второй частью. «Выросло целое поколение людей, которые смутно себе представляют, откуда что берётся и как начинался «Ленинград», что там не было девушек, а за микрофоном стоял бородатый мужик», — заметил Семеляк, который в прошлом тоже был участником коллектива.
По его словам, книга увеличилась на треть за счёт новых глав, новых историй, а с учётом ранее неопубликованных фотографий — более чем наполовину. «Сплошная жуть. Все фото жуткие, какие ни открой — это же нулевые, аппараты-мыльницы. Страшно смотреть, особенно мне», — признался Сергей Шнуров.
Он заметил, что книга ему понравилась тем, что в ней нет ничего комплиментарного.
«Я это воспринимаю как некое туалетное чтиво, которое можно начать с любой страницы. Там описаны события двадцатилетней давности, многие из которых я не помню. Читаешь, вспоминаешь и удивляешься: «Неужели это было со мной?», — замечает Шнуров.