Войти в почту

Каждый платит по счетам – гамбургским, московским

2 января в РАМТе премьера – «Свои люди - сочтемся». Ученик подробно, точно, атмосферно пересказал на Маленькой сцене первую комедию , которая сразу сделала ему имя.«Банкрот» (первоначальное название пьесы) или «Свои люди - сочтемся» - яркий пример того, как запрет власти, в данном случае «табу» Николая Первого на постановку, и восторженные отзывы современников, включая Гоголя и Гончарова, вознесли дебют на литературный Олимп.

Каждый платит по счетам – гамбургским, московским
© Вечерняя Москва

«Свои люди - сочтемся» - идеальная пьеса для театра, в которой есть все и даже больше: динамика, конфликт, серьезная общественная тематика в переплетении с личной и… диагноз эпохи. Равинский поставил комедию Александра Островского так, что персонажи – хорошо знакомые лица, их слова и поступки – из дня сегодняшнего, а мысли, чувства – как у героев любого сериала, где фигурирует семья с достатком. Важное уточнение – в этой семье единственная дочь, и она – на выданье.

Липочка или Олимпиада Самсоновна () – девушка активная, амбициозная и, что называется, «губа – не дура». Хочет выйти замуж за военного или барина, причем и высокого, и красивого, и с манерами, и образованного. Причем в этот морозный день, который она начинает с просмотра модных журналов, идея о замужестве становится маниакальной. Своей матери – малообразованной купчихе Аграфене Кондратьевне (), топоча ножкой, Липочка устраивает скандал и прямо требует: «Мужа!».

А до этой сцены ее отец, зажиточный купец Самсон Силыч Большов () мертвецки пьяный, прямо с порога, падает на пол, едва не расшибая лоб. Вот и как с такими родственниками свахе Устинье Наумовне () найти Липочке благородного жениха! Между прочим, пьют в комедии Островского и в спектакле «Свои люди - сочтемся» почти все действующие лица, и наливка не убирается со стола. Стряпчий Рисположенский () до того допился, что его выгнали со службы в суде. И на пьяную голову этот горе-стряпчий советует еще хорошенько не проспавшемуся от запоя Самсону Силычу переписать свое состояние на человека, которому доверяет. На тот момент купец во всем полагался на приказчика Лазаря Подхалюзина () и одним росчерком гусиного пера сделал его владельцем всего своего богатства и мужем единственной дочери.

Особое внимание стоит обратить на предметы той эпохи, включая предметы обихода, утварь, одежду. Они просто изумительно передают события, описанные Островским из жизни купеческой конца 40-х годов. Мы видим и понимаем, что купцы очень дорожили своим добром, и поэтому жили за высокими заборами, как примерно сегодня живут «новые русские». Эти заборы в то время, пока купцы не стали образованными и культурными, были утыканы гвоздями, чтобы не пролезли воры. Еще поэтому история банкротства богатейшего купца выглядит нелепо-парадоксальной и, конечно же, театральной.

Режиссер Егор Равинский, как все настоящие ученики Сергея Женовача, скрупулезно и вдумчиво исследуют характеры персонажей. Для этого придумана сценография дома купца Большова – в виде многочисленных шкафчиков, ящичков, сундучков, сейфов, коробочек…Герои выскакивают из своих укромных уголков и начинают хлопотать за кусок пирога в этом сытом доме. Поскольку у законной наследницы состояния отца Липочки больше всего прав, то она ведет себя как царица, и вокруг нее происходит борьба за богатство. А самая бесправная – баба Фоминична () только наблюдает за всем этим безобразием со стороны, и делает правильные выводы.

Режиссер вслед за Островский показывает, как страх – потерять деньги, страх остаться в старых девах, страх лишиться даже унизительной работы, делает из людей добычу для мошенников. Если бы Липочка не бредила замужеством и не бежала впереди паровоза, быть может, встретила бы и военного, а так стала женой – проходимца-приказчика. Если бы купец Большов больше всего на свете не боялся потерять деньги, то не пошел бы на незаконную аферу с фиктивной передачей своей собственности и доходов приказчику. Если бы родители сами воспитывали своих детей, о чем прямо говорит Липочка матери, а не доверяли бы их слугам и гувернерам, быть может, и дети бы вели себя по-людски, и не допустили бы, чтобы родной отец оказался в долговой яме?

Отец Островского Николай Федорович работал судебным стряпчим по имущественным и коммерческим делам в течение долгого времени, и сын был в курсе всего происходящего в этой области. То есть он писал о том, за чем наблюдал годами. Создатели спектакля сделали все, чтобы мы на примерах комедии Островского вспомнили: «А не прибегал ли я к хитростям, чтобы обмануть законы или правила?» А потом поймать себя на мысли, что за каждую хитрость придется платить по самому высокому счету. Справедливость рано или поздно восторжествует, иначе мир от изобилия лжи давно бы умер. Об этом – все творчество Александра Островского, такого близкого и родного особенно для москвичей русского классика.

Спектакль «Свои люди сочтемся» - 12 января в 19.30